Чтение онлайн

– Марочка! У тебя в сумке имеется съестное?

– Какой же ты обжора! Вот, держи краюшку.

В ладонь легла четвертинка от каравая. Вкусная, нежная, с хрустящей корочкой! Не то что пластмассовый землянский хлеб. Ощущаю прилив бодрости.

Внезапно Мара остановилась. Я едва не протаранил ее, но успел среагировать.

– Слышишь, в кустах шипят? Их там несколько, давай отступим? Позовем плотника Никошку, он мастерски владеет луком.

Я вспомнил яростных монстров и задумался. Наверное, спутница права. Не хочется, чтобы с меня лишнего жирка отщипнули. Мы смиренно попятились назад, но не успели. Четыре шерстяные твари синхронно выскочили из куста и попрыгали

Мара пустилась обходить бурунгов по кругу. Выждав нужный момент, она метнула копье. Одну тварину пробило насквозь. Оружие проскочило навылет и угодило в шею другому бурунгу. Как же хороша красавица!

Третья тварь в финальном прыжке летела в сторону спутницы, яростно брызгая пеной изо рта. Мой двуручный меч ударом в спину разрубил тушку прямо на лету. На песок вывалились кишки. Части тел судорожно выгибались. В нос ударил едкий запах нутра бурунга. Я и не заметил, как последняя особь опрокинула меня на спину. Едва успел всунуть меч в пасть. Да они что, вообще боли не чувствуют? Тварь клацала зубами, разрезая себе щечные мешки. Мара воткнула копье в зверину, да с такой силой, что та закатила глаза, издав прощальный визг.

Столкнув обмякшего бурунга, я поднялся на ноги. Лицо мое было бешеным, точно как у беглеца из психбольницы.

– Успокойся! – строго произнесла Мара. – Все кончено. Мы в безопасности.

Вокруг меня витали разноцветные плотные сизые дымки.

– Ну! Собирай кали, чего застопорился?

– Нечестно как-то. Ты же убила бурунгов, значит и кали – твое.

– Ха-ха-ха, – переливистый смех окончательно привел меня в чувство. – Свое-то я собрала, твое же не могу видеть, так что не стесняйся и будь порасторопнее в будущем!

Мысленно желаю поглотить энергию, облака эфемерной субстанции потянулись навстречу. Мной бурно овладела первозданная эйфория. Вот это да! Никакие сериалы, даже секс не сравнится с остротой полученных ощущений.

– Мара, почему кали не полностью вобралось?

– Покажи-ка запястье. – Воительница ловким движением руки засучила мне рукав. – Твоя шкала полна, поздравляю с первым повышением! Ого, как интересно. Оттенки радуги, они очень яркие. Это значит, что у тебя высокий потенциал. Иными словами, от одного повышения ты получишь больше мощи, чем слабак с пяти.

– А можно как-то узнать потенциал других людей?

– Естественно! Достаточно обратить внимание на цвет и насыщенность свечения глаз. У тебя ослепляющие темно-синие с фиолетовыми нотками! Ты в зеркало-то смотрелся?

– В твоей лачуге зеркала я не обнаружил.

– В отражении воды не додумался? В Калиджии яркость зрачков не как в родных мирах! Обладатели красных зенок – самые слабые, фиолетовых же – наисильнейшие! Вспомни шкалу цветов радуги, о которой я говорила ранее.

– Круто, вестник что-то говорил про некий потенциал во мне, но я был так пьян… что уже и забыл. Мара, какой кругляш выбрать? Посоветуй.

– Бери зеленый! Слишком ты вялый, как мешок с дракошкой.

– Чего-чего? – Лицо мое исказилось в непонимании.

– А-а-а. Ты же не кушал дракошку. Овощ такой, корнеплод. Срезаешь чешуйчатую кожуру и жаришь внутренности в масле с грибочками, такое объедение! М-м-м. – Мара, как индуска, потряхивала головой слева направо с зафиксированной шеей.

– Местная картошка, значит. Понял.

Прикасаюсь к зеленому кружку на запястье и получаю дополнительную порцию дофаминов. Тут же замечаю, как жировые валики слегка иссушились, на бицепсах проступили вены. Ну куда же

– Ты чего загрустил? – изумилась спутница.

– Пару килограмм потерял. Нам по телевизору говорили, что жирок надо любить и беречь! Чем больше хорошего человека – тем лучше! Худые – злые. А толстяки – добряки.

– Да у тебя его хватает с лихвой, но это временно! Будь готов однажды стать крепким, как я! Как же много предрассудков на планете Зэмлия. – Последнее слово Мара произнесла с особенным акцентом.

Чтобы вобрать оставшееся кали, нужно выбрать талант, картинку из второго ряда и опустошить шкалу прогресса. Изображение меча явно повысит мастерство владения оружием. Изумрудная ступня наградит стремительностью и выносливостью при долгих передвижениях. Третью иконку с изображением синего черепа я не смог опознать.

– Мара, что мне даст выбор вот этой кляксы?

– Можно рассмотрю подробнее? – Спутница приблизила к лицу мое запястье и долго всматривалась. – Никаких идей! Одно знаю точно: синий цвет говорит об улучшении дара и является приоритетным при выборе.

– Точно?

– Бери не раздумывая. Лучше махать мечом научишься со мной на тренировках, а в походах на охоту станешь выносливее! Дар же такими дурацкими методами не улучшить.

Последую совету бывалой калиджийки. Тапаю иконку с черепом, и шкала убывает до нулевого значения. Поглотив остатки кали, отметил, что полоска заполнилась на десятину.

Мара отправилась к поодаль лежащим бурунгам и, сноровисто схватив туши, закинула за плечо.

– Вик, бери остальное, и отправляемся в лагерь.

– Зачем? Неужели тоже вкусные?

– Фу-у-у. Не вздумай есть мясо бурунгов, если не хочешь потом сутками напролет согревать седалищем отхожее место. Шкуры можно будет продать, не дорого, но любая денежка пригодится. Сойдет и в дань приложить. К тому же знахарка извлечет железы, зубы и прочую требуху да сварит зелий или порошков каких ступкой в пестике надробит.

Спустя час мы вернулись в деревню. Жители радостно нас встретили. Почти все они преклонного возраста, только плотник Никошка в расцвете сил, старше меня лет на пять, а то и десять. Кулинар Машук, шеф-повар азиатской внешности, улыбаясь и закатив глаза, вручил мне котелок с похлебкой. Втянув широкими ноздрями ароматы, я подытожил: уха.

Никошка поделился табуреткой, теперь ведь в лачуге Мары будет обитать два жильца. Я на это надеюсь. Кстати, кровать-то лишь одна. После шерстяных бестий и сытного ужина немного постельной кардионагрузки – то, что нужно для крепкого сна. Еще бы пару серий человека-жука глянуть перед сном. Э-эх, пора забыть о сетевых удовольствиях. Ни к чему душу травить. Пойду-ка лучше лицо всполосну прохладной водицей, освежусь.

Я навис над бочкой, боясь пустить рябь по воде. Рядом на столбе горел факел, освещая пространство. Мои глаза… такие яркие и опасные. У всех встреченных мною людей были насыщенные оттенки, но не настолько!

Возбужденный сам собой и довольный как удав, тихонько направляюсь домой, и вот какие мысли в голове. А ведь, пожалуй, мне нравятся односельчане! Добрые, приветливые. Смотрят на меня с восхищением. Хотя весь почет должен Маре достаться. Я так, на подхвате помогал.

Вернувшись в лачугу, я огорчился. Моя боевая подруга дрыхла, тихонько похрапывая. Озорной чертик будоражит мое сознание. Ложусь рядом и обнимаю ее. Моя рука совершенно случайно ложится на большую, упругую грудь амазонки. Ладонь игриво сжимается и разжимается, от этого моя красавица начинает просыпаться.