Чтение онлайн

И не давая Дэвиду опомниться, Антиклея яростно пришпорила коня и ускакала прочь, а Дэвид, онемев от возмущения, только и смог проводить ее взглядом.

Потом, посмотрев на девушку, забыл обо всем, кроме беспомощности этого создания, и громко окликнул хозяина. Он звал и требовал воды, пока тот не выбежал на улицу с тазиком и полотенцем. Подбежав, хозяин опять начал причитать и жаловаться:

– О Господи, тот джентльмен все еще лежит, сам еле живой, а требует свои пистолеты. Ох, бедное мое ухо…

– Держите тазик! – приказал Дэвид.

– Ох, бедная моя жена…

– Дайте полотенце!

– Смотрите,

– Уйдите! – велел Дэвид.

Девушка застонала, открыла глаза и, увидев себя в объятиях Дэвида, залилась краской. Она принялась просить прощения, робко высвободилась, но осталась сидеть на скамье.

– Скажите, мэм, кто вы и как случилось, что вы оказались во власти этого мерзавца? – спросил Дэвид.

– Я была чересчур доверчива, просто глупа… Я очень тревожилась за отца – он сказал мне, что отец заболел.

– А кто ваш отец?

– Доктор Пибоди, сэр. Не слышали о нем?

– Пибоди! – воскликнул Дэвид. – Тот врач, что лечит бедняков?

– Да, сэр! Его все знают, особенно бедные люди, – с гордостью сказала она. – Он такой добрый, умный и простой! Зовет меня своей спасительницей… А я чуть не стала его горем и позором. Если бы не вы… О, как мне отблагодарить вас?

Дэвид отправился искать пистолеты, подобрал их и вернулся.

– Не стоит благодарности. Скажите, куда вас отвезти?

– Я живу в Брайтелмстонской школе, сэр, – ответила девушка, с явным неодобрением глядя на пистолеты. – Я там учу детей… Три недели назад познакомилась с этим отвратительным мистером Истменом… А сегодня он попросил меня о встрече и сказал, что мой дорогой отец заболел и прислал его за мной. Я немного боялась, но все-таки собралась и села в почтовую карету, где меня ждал этот человек, и мы поехали… А потом… Я поняла, что не зря боялась этого негодяя! Слава Богу, карета сломалась… затем появились вы… Как же я теперь вернусь в школу, ведь это так далеко отсюда, наверное, много миль?

– Вы что-то говорили о почтовой карете…

– Нет, нет! Ее нанял этот господин.

– И отлично! Он вам ее одолжит!

– А если он откажется, сэр?

– Неважно!

– И она, может быть, еще не починена.

– Пойдемте, посмотрим. Но сначала надо куда-то деть эти штуковины. – Дэвид подошел к кормушке для лошадей и бросил туда пистолеты джентльмена, после чего отправился на конюшенный двор. Девушка решила держаться поближе к нему и последовала за ним. Возле конюшни крутился угрюмый человек в короткой куртке и высоких форейторских сапогах. Он как раз запрягал лошадей в пыльную почтовую карету.

– Все в порядке, сэр! – закричал он, не поворачивая головы. – Будет готова через пять минут, черт бы ее побрал!

– Очень хорошо! – ответил Дэвид. – Чем раньше, тем лучше. Мы должны прибыть в Брайтелмстон до наступления темноты.

Тут форейтор поднял голову и, разинув рот, воззрился на Дэвида круглыми глазами.

– Чтоб я сдох! – ошалело пробормотал он. – Вы – не тот джентльмен!

– Но вы везли эту даму, верно?

– Да, сэр… Но…

– А теперь отвезете нас обратно, в Брайтелмстон.

– Вас, сэр? А как же насчет того джентльмена?

– Он останется здесь.

– Вот как, сэр? Я хотел бы услышать, что он скажет по этому поводу!

– Что ж, сходите и передайте ему то, что я сказал. Наверняка услышите

Оставив лошадей на попечение конюха, форейтор дотронулся до своей кожаной фуражки и отправился в харчевню, откуда вскоре раздался яростный рев, а еще через мгновение форейтор выскочил с еще более выпученными глазами.

– Ну? – мрачно улыбаясь, осведомился Дэвид.

– Вы были правы, сэр! Я ни разу в жизни не слышал, чтобы джентльмен сказал так много за одну минуту. И сомневаюсь, что захочу когда-нибудь услышать столько такого еще раз.

– Значит, вы отвезете нас обратно?

– Согласен, сэр… Только кто заплатит мне мои тридцать шиллингов?

– Вот, держите! – сказал Дэвид, отсчитывая деньги в ладонь озадаченного форейтора. – Ну а теперь пора трогаться.

– Что ж, сэр, тогда занимайте места!

Подсадив девушку в карету, Дэвид вскочил на лошадь, и они двинулись в путь, предоставив брошенному на произвол судьбы джентльмену (теперь далеко не томному и с синяком под глазом) размахивать бесполезной тростью и посылать им вслед неслыханные проклятия.

повествующая о долгожданной встрече

Проехав около мили, Дэвид завидел вдали быстро приближающиеся клубы пыли. Впереди этого катящегося облака скакал всадник на лошади. Словно обезумев, гнал он взмыленное животное бешеным карьером.

– С дороги! – дико заорал он, ибо Дэвид, узнав наездника, выбросил руку, чтобы остановить его. – Прочь с дороги, или, ей-Богу, вам не поздоровится!

– Отец… Отец! – крикнула девушка, высунувшись из окна кареты. Увидев ее, всадник немедленно осадил лошадь.

– Сольвейшн! Салли! – завопил он и, спрыгнув на землю, побежал, спотыкаясь и воздевая руки, к дочери.

Дэвид не стал мешать радостной встрече, повернул свою лошадь и ускакал.

Он скакал легким галопом между цветущими изгородями, однако вскоре сзади послышался крик, дробно застучали копыта, и, повернув голову, Дэвид снова узнал мистера Пибоди, который, оказывается, пустился за ним в погоню.

– Сбежать собираетесь, сэр?! – кричал на скаку эскулап, вытянув правую руку, словно собирался схватить Дэвида. – Удрать и лишить меня права, привилегии выразить мою благодарность? Я не сразу узнал вас в этой одежде, да к тому же был в таком расстройстве! Благослови вас Господь, вы спасли мою Сольвейшн! Да, да, она уже рассказала, как вы расправились с гнусным, трижды проклятым мерзавцем… Отличная взбучка!.. Не спешите, дайте же мне высказать свою, то есть нашу, признательность… Нет, не могу… слов не хватает… О, позвольте пожать вашу руку, сэр!.. Кстати, я должен вам тридцать шиллингов – возьмите их, сэр!

– Фу! – осудил его Дэвид.

– Фу-то оно фу, но все-таки возьмите, друг мой! – И мистер Пибоди вложил ему в руку деньги. – А теперь, – продолжал мистер Пибоди, обменявшись с Дэвидом рукопожатием, – вы должны поехать с нами. И не возражайте, сэр, вы просто обязаны, иначе Салли меня отругает! Она сказала, что не знает даже вашего имени. Я тоже не осведомлен на этот счет, единственно, слышал, что будто бы ваше христианское имя – Дэвид.

– Да, сэр, так меня и зовите. Но откуда вы узнали?