Тайна Караидели
Шрифт:
Ребята записывают, расспрашивают о подробностях. Что же я — должна все это пресекать? И как в этом случае объяснить ребятам, почему я пытаюсь скрыть от них половину правды?
Как же все-таки быть? Напишите, пожалуйста, Рустам-агай!
Для того чтобы мой вопрос выглядел конкретнее, коротко пишу вам о Карабаше.
Он орудовал в районах, по которым мы путешествуем, почти до двадцатого года. Сколотив свой разбойничий отряд, он совершал налеты на аулы, грабил население. Награбленное добро грабители возили продавать в Уфу, Челябинск и другие отдаленные города, чтобы не попадаться на глаза тем людям, которые были свидетелями
Таким образом, он наносил двойной вред, настраивая людей против Советской власти.
«Трофеи» свои Карабаш не делил ни с кем. Говорят, даже и от сына родного прятал, хотя сын-то ведь вместе с ним ходил на грабежи. В конце концов Карабаша поймали. Сыну удалось скрыться. Было это в двадцатом году.
На следствии выяснилось, что настоящее имя Карабаша — Тахвитдин, сокращенно — Тахай. Судили его открытым судом. Народу пришло очень много. Люди были готовы разорвать его на куски.
Сын Карабаша, Сахай Тахаев, вовремя скрылся. Говорили, что до того, как попасть в отряд отца, он служил в Красной Армии. На суде Карабаш пытался воспользоваться этим, чтобы добиться снисхождения.
Карабаш был расстреляй.
Где сейчас его сын? Наверно, за границей. Или прячется где-нибудь».
Сабантуй
В ауле Кызылъяр путешественников ждал неожиданный сюрприз — сабантуй.
Сабантуй — это веселый народный праздник, который бывает у башкир в конце июня, после завершения весенних полевых работ. Во время сабантуя в одном из больших аулов собираются жители целого района и с самого утра до позднего вечера поют и танцуют, в игры разные играют, состязаются в беге и прыжках, устраивают скачки.
Вот и в Кызылъяре на обширной площади — майдане — собралось множество народу.
На самой середине майдана установили длинный шест, к верхушке которого крепко-накрепко привязаны были призовые полотенца, предназначенные для победителей — борцов, бегунов, прыгунов. Рядом с шестом возвышалась временно построенная трибуна из свежевыструганных досок. На трибуне стоял большой репродуктор, из которого время от времени доносился голос одного из членов сабантуйской комиссии, объявлявшего программу праздника и называвшего фамилии наиболее известных участников соревнований. Между объявлениями звучала музыка.
Люди были одеты празднично. Даже старики, нарядившиеся в старомодные, но сохранившие свою свежесть бешметы, важно и чинно прохаживались по краю майдана.
Со своими внуками и правнуками за стариками следовали старушки в нарядных платьях.
Попарно или небольшими группами стояли и ходили девушки, а где-то рядом под гармонь пели джигиты. Тут и там сновали любопытные, неутомимые, вездесущие дети.
«Бег на тысячу метров!» — прокричал голос из репродуктора.
Когда были перечислены участники, по команде «начинай» бегуны вышли на большой, специально для них вычерченный круг и помчались.
Зрители подбадривали их:
— Ахмад, нажимай!
— Давай, давай, Рамазан!
— Быстрей, быстрей!
Но вот один из бегунов стремительно вырвался вперед и, оставив товарищей на почтительном расстоянии, достиг финиша первым.
Тут же, на ходу, бросили ему на шею вышитое полотенце с узорами и подняли на
руки.Весь сабантуй приветствовал победителя.
Его ожидал еще один приз, более ощутимый, — тучный баран.
Затем на середину майдана вышли скакуны.
Репродуктор рассказал, из каких колхозов эти кони, какой они породы, назвал имена наездников.
Победил Буланый. Под одобрительный гул всего сабантуя он сорвал ленту финиша.
Коня тоже одарили полотенцем, которым искусно обернули его красивую голову. Наезднику-победителю, мальчику лет четырнадцати, вручили радиоприемник.
Очень понравилась ребятам игра «бой мешков». Два противника уселись друг против друга на подвешенных бревнах и принялись колотить друг друга мешками, наполненными сеном. Когда один из участников игры упал, на его место уселся новый игрок.
Вслед за «боем мешков» начался «бой горшков». К стоящему на земле горшку направился мужчина с завязанными глазами. Ему, наверно, казалось, что горшок рядом, когда он был всего-навсего на полдороге. Мужчина размахнулся палкой, желая ударить по горшку. Но, конечно, мимо. И, конечно, — хохот всего сабантуя. Со всех сторон посыпались остроты.
Много было и других игр. Но, пожалуй, самым интересным была для ребят башкирская национальная борьба — куреш. Съехались на сабантуй батыры-борцы из разных аулов, сошлись, чтобы помериться силами.
Удар молота служил, по традиции, сигналом к началу борьбы. Открыли состязание два молодых борца. Долго они ходили друг возле друга, словно присматриваясь и приглядываясь, оценивая возможности противника. Но вот в какой-то момент, совершенно неожиданно для публики, один из борцов схватил другого и, оторвав его от земли, перекинул через себя. Майдан зашумел. Кто-то даже одобрительно похлопал победителя по спине. Но победитель недолго торжествовал. Следующий борец уложил и его. Борьба «на победителя», при которой один борец вытесняет другого, длилась несколько часов. Наконец выявился самый упорный батыр, совсем молодой борец из аула Карагайлы по имени Апуш. Он вышел победителем сначала в первом, а потом и во втором туре. Апуш тоже получил почетное полотенце и барана.
После этого объявили борьбу на особый приз. Этот приз был обещан тому, кто сумеет победить Апуша. Если же такового не найдется, то особый приз достанется Апушу, полное имя которого прозвучало так: «Батыр Абдулла Ярмухаметов из аула Карагайлы».
— Батыр Абдулла Ярмухаметов из аула Карагайлы ждет достойного противника!
Майдан ответил почтительным молчанием. В самом деле, кто решится выйти против победителя победителей?
— Желающие бороться с батыром, выходите!
Казалось, никто так и не выйдет.
Иршат услышал, как один мужчина сказал:
— И чего они тянут? Заработал Апуш свой приз, честно заработал в открытом бою, значит, отдай! Нет, обязательно надо на нервах поиграть!
Но вот гул удивления и восхищения прошел по майдану.
Коренастый старик с загорелым лицом сделал несколько шагов вперед и отделился от толпы.
Подняв брошенное кем-то полотенце, человек, вышедший бороться с самим Апушем, скрутил его с такой силой, что оно едва не разорвалось. Этим он, видимо, хотел показать, что шутить не намерен.