Чтение онлайн

Вдруг мы остановились -- перед нами предстал барак, в котором, несомненно, жил со своей семьей Роберт Ресталл, последний искатель пиратских сокровищ. Проржавевшая от дождей и снега жестяная крыша, со временем не вы выдержала и провалилась, обнажив утыканные старыми гвоздями балки. Ветер укрыл ободранный скелет дома легким слоем песка. Я заглянул в окно с тонкими матовыми стеклами. Пустая комната тоже была засыпана песком. На полке в углу валялась небольшая розовая кукла. Конечно же, это была игрушка дочери Роберта Ресталла. Она лежала без одной руки и, казалось, пристально смотрела огромными голубыми глазами на пригорок, где находился колодец,

– - Бедные люди!
– - по-испански тихо произнесла Линда у меня за спиной. Я обернулся к девушке. Она была очень бледна.

– - Да, -- сказал я, -- здесь жили очень бедные люди...
– - и тотчас же осекся. Невозможно было говорить что-либо еще в этой юдоли безнадежной нищеты. Я кивнул и, указывая вперед, двинулся дальше, остальные последовали за мной. Мы прошли еще немного и оказались у края колодца. Это был широкий кратер, заполненный грязной зеленоватой жижей. Мы остановились. Слышно было только, как скрипели раскачиваемые ветром доски. И где-то далеко надрывно горланили чайки.

Некоторое время все молчали. Потом Брэггс произнес:

– - Эта грязь...
– - и умолк. Я увидел, как он вздрогнул при звуке собственных слов. Я знал, что он хотел сказать, и закончил его мысль:

– - Эта грязь, -- громко заговорил я, нарушая трепетное волнение, охватившее нас, -- покоится тут вот уже полтора столетия, с того самого утра, как колодец заполнился водой. С того дня и начались разные беды. Но мы пришли сюда не для того, чтобы отметить печальный юбилей или позволить себя испугать... Мы должны сделать свою работу, и мы сделаем ее, Дег, -- приказал я, -- сфотографируй все это. Мисс Линда, не хотите ли приняться за дело? Прошу вас!

Мои товарищи посмотрели на меня с изумлением, едва ли не с обидой, но всем, похоже, стало немного легче. Пока Дег делал первые снимки, Линда открыла кожаную сумку, висевшую на плече, и достала из нее небольшой прибор, похожий на транзисторный приемник. Девушка направила прибор в сторону колодца и нажала кнопку. Послышалось негромкое тиканье. Мы все внимательно смотрели на нее. Она скривила губы и, взглянув на нас, объявила:

– - Легкие следы лучей дельта.

– - Тогда идемте на берег, -- предложил я.
– - Раз речь идет о туннеле, через который поступает вода в колодец во время отлива, то давайте не медля искать это место. Мы не имеем права терять время.

Дег поспешил вперед, чтобы сделать снимки. Мы вдруг увидели, как он споткнулся и упал. До нас донесся металлический лязг.

– - Дег!
– - крикнул я, и мы поспешили к нему, но он уже поднялся.

– - Проклятье!
– - воскликнул он.
– - Именно тут это должно было произойти.

Оказывается, он упал в яму, заваленную металлоломом и мусором. Никто из нас даже не улыбнулся. Мы двинулись дальше на север. На песке не было видно никаких следов, лишь кое-где встречались прогалинки зеленой и желтоватой травы.

Спустя какое-то время мы увидели еще одну сторожку и под нею колодец, в котором нашел смерть Роберт Ресталл и трое его отчаявшихся товарищей. Из длинной железной трубы, торчащей в гранитной скале, с легким плеском лилась, устремляясь к колодцу, вода. Недалеко стоял джип, мотор которого служил, очевидно, генератором электричества, рядом лежало несколько канистр из-под бензина.

Илк наклонился, поднял резиновый сапог и перевернул его. Он был полон воды. Неподалеку валялась почти засыпанная песком старая

Мы осмотрели колодец. Он был глубиной метров в десять и медленно заполнялся водой. Внизу виднелись балки. Именно там погибли от внезапного выброса газа четыре человека. Казалось, тут ощущалось какое-то ледяное, смертоносное дыхание. Тот, кто прорыл этот колодец, защитил его с изощренной фантазией, с жестокой решимостью, на какую только был способен. Внезапно во мне родилось сильнейшее чувство протеста. Ну, что ж, если нам брошен вызов...

– - Пошли, ребята, спустимся к берегу. Начнем оттуда!

Мы не стали больше обращать внимания на окружающее нас -- на утесы, покрытые мхом и маленькими розовыми цветочками, на деревья, сгибающиеся от ветра, на могучие дубы. Мы двинулись вдоль берега, и Линда пристально следила за стрелками своего небольшого прибора.

Мы уже два часа обследовали побережье. Профессор Брэггс с тревогой спросил:

– - Опять ничего, мисс Линда?

В его голосе звучал едва ли не страх. Девушка сжала губы и покачала головой:

– - Легкие следы... Такой уровень радиоактивности можно обнаружить повсюду.

– - Ну, а у тебя, Дег, как дела со снимками?
– -спросил я у фотографа.

– - Я сделал немало хороших кадров. И должен признаться, -- добавил он, -- немного проголодался.

Мы преодолели гряду скалистых камней, усыпанных ракушками, и прошли небольшой участок песчаного пляжа. Я помогал Линде перебираться по камням, на которых росли низенькие, ярко-зеленые сосны. Волнение усилилось. Море словно нападало на нас, время от времени обдавая колючими холодными брызгами. В одной из скал на берегу я заметил широкую расщелину, где вода бурлила и пенилась как-то особенно сильно.

– - Посмотрите-ка сюда, мисс Линда, -- попросил я, -- а потом отправимся в другую сторону, чтобы...

– - Мартин!
– - перебила меня девушка.
– - Идите сюда!

Подбежав, я услышал, как громко -- словно большие напольные часы -тикает приборчик в ее руке.

Глава 7. НАКАНУНЕ

Нам показалось, будто ветер внезапно утих и море успокоилось: мы слышали только ритмичное тиканье счетчика, суровое и настойчивое, словно голос, доносящийся из какого-то иного мира.

Мы окружили Линду и, затаив дыхание, смотрели на ее маленький прибор, на котором то загоралась, то гасла желтая сигнальная лампочка, казавшаяся нам живым существом.

Я спросил:

– - Что все это значит? Есть радиация?

Линда с трудом оторвала взгляд от прибора и посмотрела на меня. Мне показалось, она была испугана.

– - Да, -- ответила она не совсем уверенно, -- лучи омикрона и... очень сильные. Смотрите! Стрелка указывает на отметку 32, это значит...

– - Неважно, что это значит, мисс Линда, -- прервал я ее.
– - Мы все равно в этом не разбираемся. Нам ясно только одно -- вход, видимо, здесь.

Я посмотрел на широкую расщелину в скале. Оттуда из-под этого мрачного укрытия сквозь бурлящую воду какой-то таинственный голос вот уже Бог весть сколько веков шлет свой загадочный призыв. И все это время, вплоть до сегодняшнего пасмурного утра, он оставался не услышанным. Услышать зов предстояло нам -- услышать, понять и ответить. Наступило долгое молчание. Я понял, что все мои товарищи тоже страшно волнуются, предчувствуя непредвиденные испытания. Первым заговорил Брэггс. Он неуверенно шагнул по скользким камням, взглянул на бушующие у самых его ног волны и обратился к нам: