Тартуга.Обратно в Хелл
Шрифт:
– У меня нет полномочий!
– Трон, ты что мелешь? Пасуешь в самый важный момент! "ТАртуга" кругами ходит, мы тут все потонем из-за тебя! Сейчас встанет боком к волне и все. Приплыли! Твори знак! Исполнять! – Взорвался офицер. Демонстративно отвернулся, принялся крутить рулевое колесо в разные стороны, создавая видимость работы.
«Ну-да, ну-да, давно ли научился снимать штаны, прежде чем поссать отойти?». В слух же, хотя и нехотя, сказал; – будет исполнено! – Вздохнув, принялся выполнять приказ вышестоящего.
Вообще, скажу по секрету, творить знак разрешено только в спокойную погоду, но в водах Калакеана можно делать, что душе угодно. Тем более, заклинания подобного рода весьма
Активировав и настроив слуховой рожок на общую волну, юноша проревел в него;
– Криста! Дорогой! Вели марсовым поднять все до единого паруса! Да побыстрее, а потом убраться всем молодчикам к чертям! Кто замешкается, того посетит Карачун! Все, надеюсь, меня услышали?! – Трон выглядывал собрата по несчастью среди суматохи. Мокрый и грязный моряк обреченно поднял вверх правую руку в ответ, дав понять, что обращение дошло до адресата.
Забежав на самый верх кормы, повернувшись лицом к мачтам, принялся выжидать. Работа закипела с новой силой, и спустя некоторое время, гладкоголовый убедился, что марсовых больше нет на такелаже, а паруса спущены. Про боцмана Смурфа и не думал переживать. Вечно пьяный всегда прочно фиксировал себя в гнезде. Трудившиеся матросы либо спустились в трюм, либо же прочно закрепили себя у палубных орудий. Безымянные так же следовали примеру своих биологических собратьев.
Собравшись духом, тартужанин сказал сам себе: «пора действовать».
– Я начинаю, – Прокричал в связное устройство лысый пират. Не дожидаясь ответа, отключился от эфира. Принялся творить.
Сложил руки на груди, положив ладошки на противоположные плечи, про себя нашептывая заклинание. Почувствовал иголки в пальцах. Продолжаем. Приступил к выполнению пасов, четко и аккуратно выполняя их. Со стороны данное действие выглядело, как причудливый танец. Словно обезумев, решил сплясать напоследок. В заключение этого "танца", ощутив перед собой невидимый энергетический шар, развел руки в стороны. С силой хлопнул.
Что случилось потом… Ой-ё! Мощный порыв ветра налетел на корабль, наполняя воздухом не только влажные от мокроты и гноя паруса, но и гуляя по палубе. «ТАртуга» рванулась вперед с такой силой, что колдующий влетел в мощную спину старпома. Страховочный механизм напрочь оторвало от жилетки. Вместе с ним и помощниками грохнулся с кормы, перелетев над рулевым колесом, прямиком на середину палубы, образовав стонущую и кряхтящую кучу-малу. Нагромождения экскрементов сдуло. Криста долетел аж до носовой палубы, а безымянные, что так и не нашли безопасного места, вылетели в открытые воды, поглотившие их мгновенно.
Галеон, словно стрела, несся по волнам сквозь ураган. Оснастка выдержала. Мачты противно скрипели, а капли скверного дождя кололи, словно иглы, однако обстановка менялась прямо на глазах. Спустя незначительное время стало заметно, как фекальный ураган остается далеко позади. Исполняя кульбиты в воздухе, первый помощник приземлился на заклинателя, придавив его своей массой. Поэтому на происходящие перемены моряк наблюдал исключительно лежа. Как только буря начала сходить на нет, офицер быстро встал, протянул абордажнику руку. Он принял ее, и его рывком поставили на ноги, зарядив ладошкой другой руки между лопаток.
– В следующий раз контролируй силу! Ты нас в пух и прах разнесешь!
– Как скажете. – Трон почесал бороду, липкую от слизи. Поднял рядом лежащий черных колпак, сброшенный порывом ветра. Чтобы разнести корабль "ТАртуга", нужно очень
постараться, и еще на полном ходу в утес врезаться.– Трон! – Краболов уже поднялся к штурвалу, кричал сверху; – сходи, проверь остальных, и пулей обратно. Ты меня утомил своими выкрутасами! Жалко безыменных. – Задумался, пожевал губами, добавил, – вычтем из твоего жалованья.
– Решим, решим, господин старпом! – Абордажник наигранно поклонился, – Криста в помощь, одна нога тут, другая там! – Развернувшись, процедил сквозь зубы, – как будет угодно.
Безымянные. В любом порту можно набрать этих уродов. Одушевленные деревянные фигуры, с узким спектром возможностей. Их всегда пускали в расход, и стоили они до двухсот серебряных рыбок максимум.
Вновь возвратившись в относительно спокойные воды, абордажник дал задание своей бригаде, которую на время пополнили люди покойного Проныры: отчистить палубу от последствий минувшего калашторма. Марсовых погнали обратно наверх. Им в этом помогали специальные желеобразные зачарованные перчатки и ботинки, которые прочно прилеплялись к мокрым реям и канатам. Хотя и они иногда давали осечку. Если на палубе жутко шатало, то наверху, на реях, качало в разы больше. Там работали настоящие акробаты моря, ибо падение на доски означало смерть. И точка. Игнорирующие данное приспособление давно уже сменили место пребывания с корабля на пучину морскую. Вы в этом, мои дорогие читатели, уже смогли убедиться.
Озябшие, злые, уставшие моряки заметно ожили, оставив дурно пахнущую неприятность в прошлом. Вдалеке, за кормой, еще можно узреть тайфун Саки-пуки. Легкий дождик и редкие порывы ветра, что еще могли беспокоить пиратов, сейчас рассматривались как благодать. Все в прошлом. Действительно, как мало человеку нужно для счастья!
Перед спуском в опер-дек, абордажник снял с себя покрытый мерзкой субстанцией плащ, вместе с разорванной страховочной жилеткой. Бросил экипировку около лестницы, по которой поднимались на корму. Парой резких движений проведя грубыми ладонями по промокшей одежде, согнал излишек вонючей влаги. Потом отряхнулся, как собака, не забывая сыпать ругательствами, адресованные неизвестно кому.
Постоял минутку, наполнил легкие относительно свежим воздухом. Вздохнул тяжко. Творить знаки невероятно утомительное занятие. Немного переведя дух, осмотревшись и поняв всю убогость происшедших событий, изрек: – Боже, как меня занесло-то на этот корабль, на галеон "ТАртуга"?!
Большинство ни разу в жизни не задаются вопросом, что их толкает на те или иные деяния. Они попросту живут, довольствуясь необходимыми крохами для смиренного существования. Идут по накатанной дороге, и их жизни похожи на до дыр затертый шаблон. Однако существуют отличные от основной массы людей, умы.... Но что за странная сила заставляет их подниматься по утрам? Идти в большой мир. Мало, кто может похвастаться амбициями настолько серьёзным, что, излагая их окружающим, многие сочтут это неосуществимыми фантазиями.
Демоны, живущие внутри каждого из нас, шепчущие и искушающие регулярно. Нести деньги продажной женщине, дабы получить хоть толику тепла, суррогата любви. Или, поглощая литры этиловой жидкости, дурманящих веществ, ради мимолетной эйфории. Коллекционирование предметов, изучение тонких областей знания, чтобы создать значимость собственной жизни. Попытки прикоснуться к искусству, науке, дабы достичь, хоть и мнимого, бессмертия. Перечислять можно до бесконечности, а есть ли смысл?
Скорее всего, движущей силой является интеллект, который развит у всех в разной степени. Ведь не зная, что такое манго, разве можно желать его? Тогда почему многие интеллектуалы предпочитают затворничество, закрываясь от внешнего мира тщательно выстроенными стенами?