Чтение онлайн

– Векс. Покажи ему, – сказал Роберт Гловер.

Немой подбросил кинжал, поймал, а потом метнул его в карту, изображённую на овечьей шкуре, украшавшей стену лорда Вимана. Кинжал вонзился в неё и задрожал. Потом парень осклабился.

На какое-то мгновение Давос задумался, не попросить ли Вимана Мандерли вернуть его назад, в Волчье Логово, к сиру Бартимусу с его историями и Гарту с его смертоносными дамами. В Волчьем Логове даже заключённые ели кашу по утрам. Но есть в этом мире и такие места, где голод утоляют человеческой плотью.

Каждое утро

королева выходила на западные укрепления и считала паруса в Заливе Работорговцев.

Сегодня получилось двадцать пять, хотя некоторые из них были слишком далеко и, к тому же, двигались, так что трудно было назвать точное количество. Иногда она пропускала корабль или считала один и тот же дважды.

«Какая разница? Для того чтобы задушить, нужны всего десять пальцев».

Вся морская торговля прекратилась, и её рыбаки боялись даже высунуть нос в залив. Самые отчаянные все-таки ловили рыбу в реке, хотя и это было опасно, большинство же отсиживалось за сложенными из разноцветного кирпича стенами Миэрина.

В заливе были и миэринские корабли – боевые и торговые галеры, находившиеся в море во время первой осады города. Сейчас они вернулись и присоединились к флотам Кварта, Толоса и Нового Гиса.

Совет её адмирала оказался бесполезным, если не сказать хуже.

– Спустите на них драконов, – предложил Гролео. – Пусть юнкайцы отведают драконьего огня – сразу очистят путь торговцам.

– Нас окружают корабли, а мой флотоводец только и знает, что говорить о драконах, – сказала Дени. – Ты адмирал или кто?

– Адмирал без кораблей.

– Так построй корабли.

– Боевые корабли из кирпича не построишь. А работорговцы выжгли все леса на двадцать миль от города.

– Тогда езжай на двадцать первую милю! Я дам тебе телеги, рабочих, мулов – всё, что понадобится.

– Я моряк, а не корабел. Меня отправили к вам с приказом привезти ваше величество назад в Пентос. Вместо этого вы завели нас сюда и разобрали мой «Садулеон» по досочке. Я больше никогда его не увижу. И возможно, никогда не увижу ни свой дом, ни старуху-жену. Это не я отказался от кораблей Даксоса. В конце концов, я не могу воевать с квартийцами на рыбацких лодках!

Его выпад встревожил королеву, и Дени даже какое-то время думала, не окажется ли седой пентошиец одним из предсказанных ей предателей. «Нет, он всего лишь несчастный и тоскующий по дому старик».

– Но должны же мы хоть что-нибудь предпринять.

– Да, и я уже говорил, что именно. Все корабли сделаны из канатов, смолы и холстины, из квохорской сосны, соторосского тика, старых дубов Норвоса Великого, тиса, ясеня или ели. Одним словом, из дерева, ваше величество. А дерево горит. Драконы...

– Я не желаю больше слышать о моих драконах. Оставь меня. Иди, помолись своим пентошийским богам и попроси у них бурю, которая потопит наших врагов.

– Ни один моряк не станет просить богов о буре, ваше величество.

– Мне надоело слушать, чего ты не будешь делать. Ступай.

– Сейчас наши амбары полны, – напомнил оставшийся с ней сир Барристан, – и по приказу вашего величества были высажены бобы, виноград и пшеница. Ваши дотракийцы выгнали работорговцев с холмов и освободили их рабов от цепей. Так что бывшие невольники тоже занимаются посевами,

а потом привезут свой урожай на рынок в Миэрин. И ещё у вас будет поддержка лхазарян.

«Даарио завоевал для меня их дружбу, чего бы это ему ни стоило».

– Ягнячьи люди. Ах, если бы у ягнят были клыки!

– Тогда, несомненно, волки стали бы осторожнее.

Это её рассмешило.

– Как учатся ваши сироты, сир?

Старый рыцарь улыбнулся:

– Прекрасно, ваше величество. Спасибо, что спросили. – Мальчишки были его гордостью. – У четырёх или пяти есть все задатки будущих рыцарей. А может даже и всей дюжины.

– Хватило бы и одного, окажись он таким же, как вы.

Очень скоро может прийти день, когда ей понадобятся любые рыцари.

– Они смогут устроить для меня турнир? Я хотела бы посмотреть.

Визерис рассказывал ей о рыцарских состязаниях, которые посещал в Семи Королевствах. Сама же Дени никогда в жизни турнира не видела.

– Мальчики еще не готовы, ваше величество. Придет время, и они с удовольствием продемонстрируют вам свое искусство.

– Надеюсь, этот день близок.

Она поцеловала бы своего доброго рыцаря в щеку, но как раз в этот момент в дверях показалась маленькая наатийка.

– Чего тебе, Миссандея?

– Ваше величество, Скахаз просит аудиенции.

– Пригласи его.

Бритоголового сопровождали две Медных Твари: один в маске сокола, другой – с личиной шакала. Под медью были видны только глаза.

– Ваша лучезарность, прошлым вечером видели, как Хиздар вошел в пирамиду Жаков и покинул её лишь глубокой ночью.

– Сколько пирамид он уже посетил? – спросила Дени.

– Одиннадцать.

– И сколько дней прошло со времени последнего убийства?

– Двадцать шесть, – глаза Бритоголового сверкнули яростью. Он по своей инициативе послал Медных Тварей следить за нареченным женихом королевы и примечать все, что тот делает.

– Пока что Хиздар держит слово.

– Да, но каким образом? Дети Гарпии больше не берутся за оружие, а почему? Потому что благородный Хиздар их вежливо попросил? Говорю вам, он один из них, вот почему они ему повинуются. Может, он и есть Гарпия.

– Если Гарпия вообще существует.

Скахаз был убежден, что в Миэрине у Детей Гарпии есть высокородный вожак – тайный полководец, повелевающий армией теней. Дени не разделяла его убеждения. Медные Твари отловили уже множество Детей Гарпии. Тех из них, кого оставили в живых, подвергали суровому допросу, и они сообщали имена... слишком много имен, на её взгляд. Отрадно было бы думать, что все смерти – работа одного-единственного врага, которого можно схватить и казнить, но Дени подозревала, что на самом деле все не так. «Имя моим врагам – легион».

– Хиздар зо Лорак умеет убеждать, и у него много друзей. Кроме того, он богат. Возможно, он купил это перемирие золотом или убедил других аристократов, что наш с ним брак в их же интересах.

– Если он и не Гарпия, то знает, кто это. Мне не составит труда выяснить истину. Разрешите подвергнуть Хиздара допросу, и я добьюсь от него признания.

– Нет, – сказала она, – не верю я этим признаниям. Их у тебя слишком много, и все бесполезны.

– Ваша лучезарность...

– Нет, я сказала.