Танец под звуки эха руин
Шрифт:
Не желая смущать Кинтану и дальше, я вышел на прогулку, ведь чувствовал себя скорее виновником, чем спасителем. Царство моего отца лишало темных эльфов спокойной жизни. Эльфы, снующие туда-сюда, очевидно не выспавшиеся, старающиеся работать еще более усердно, выглядели максимально несчастными и изнуренными. Никто вокруг не сидел без дела, лишь изредка косо поглядывая на меня - пришельца с чужого царства, поработившего этот народ. Царство моего отца, в свою очередь, процветало. Наши эльфы ели досыта, могли путешествовать и отдыхать, когда им это потребуется. Они не знали нужды ни в чем, пока этот народ спал на камнях и просто старался выжить, не имея права подняться на поверхность без позволения.
Я направился
После рынка мне повстречались уличные танцоры, которые скорее пытались порадовать народ, нежели заработать. Эти эльфы были из числа несовершеннолетних, которым еще не было позволено работать, но они пытались хоть как-то быть полезными для своей семьи. Я кинул в коробку для сбора несколько золотых монет, отчего дети тут же рассыпались в благодарностях.
Пройдя несколько жилых домов, я остановился для того, чтоб связаться с Раши и выяснить обстановку в царстве гномов.
– Ваше Высочество, гномы приняли нас, но ждут оплаты за оказанный приют.
– Я понял. Много погибших в бою с отрядом Нидель?
– Пятеро. Все маги потратили силы на заклинания для темных эльфов по защите от солнца, поэтому не смогли участвовать в бою.
– Значит, без нас троих, вас осталось всего двадцать три... Плохо. Кто погиб?
– Олан, Хайдин, Кимали, Жон, Лигиан. Ваше Высочество, а где же Вы сейчас находитесь? Скоро ли прибудете?
После этих вопросов, которые совершенно не были свойственны Раши, меня словно пронзили в спину ножом.
«Никто из моего отряда не мог докладывать обстановку Нидель, ведь всегда находятся друг у друга на виду. Отлучись один из них хоть на час, это бы заметили другие. Никто ничего не подозревал, а, значит, информацию докладывали дистанционно. Именно так, как мы общались сейчас с Раши. Другие маги не умели создавать артефакты для общения на расстоянии. Мне не хотелось даже думать о том, что именно Раши стал предателем, но, кроме него, никто не был настолько осведомлен о моих действиях».
– Мы скрываемся неподалеку от южных врат царства темных эльфов, - солгал я, чтоб проверить, узнает ли об этом Нидель.
– Скоро прибудете?
– Задержимся на несколько дней, чтоб сбить преследователей. Остальным это знать не нужно.
– Удачного пути, Ваше Высочество.
На сердце стало тяжело от такого предательства. Из всех членов моего тайного отряда только Раши и маме я доверял безоговорочно. С ним мы встретились около сотни лет назад в один жуткий денек, когда я направлялся в царство магов за просьбой установить магический защитный барьер на наше царство. Песчаная буря, сбившая нас с пути, едва ли не погубила меня и весь отряд стражников. Песок не давал даже вздохнуть, а ветер едва не сбивал с ног, но поблизости не виднелось и намека на укрытие. Мы оторвали из своей одежды клоки ткани и завязали их вокруг носа и рта, но глаза закрыть было нечем. При таком ветре мы не могли даже разбить лагерь, но внезапно перед нами появился мальчишка, зазывающий всеми своими четырьмя ручками за собой. Он проводил нас в вырытое под землей, находящееся совсем рядом укрытие и дал воды, которой у него оказалось совсем мало. Мы же отдали ему часть наших запасов еды взамен. Тогда я и узнал Раши, которого прогнали из царства из-за его уродства. Он оказался сыном ракшаса и женщины-мага, а таких детей отказывались принимать, ведь смешение кровей было недопустимо в этом царстве. Раши оказался не один. Помимо него было еще двое ребят: один постарше, а второй помладше. Они втроем выживали в пустыне: вырыли для себя укрытие, таскали еду с рынка, копали глубокие ямы, чтоб добыть воды. На обратном пути я забрал
мальчишек с собой и попросил маму позаботиться о них. С Раши мы очень быстро сблизились и, несмотря на мои редкие визиты, стали почти как братья. От того я не мог принять его предательство.Когда я наконец-то добрался до здания военного лагеря, увидел генерала Гонтимура, рассматривающего карты и попеременно фасующего какие-то письма. Я поприветствовал его и спросил:
– Не было ли письма от королевы?
– Вы вовремя, Ваше Высочество. Только что пришло. Ее Величество одобрила аудиенцию, но будет одно условие: она доложит Королю Элиндану о вашем нахождении в нашем царстве сразу после встречи, поскольку вы находитесь в розыске.
– Согласен. Сможете ли Вы помочь нам добраться до столицы поскорее?
– Ее Величество выделила для вас повозку. Дорога займет сутки.
– Благодарю.
Собрав маму и Кинтану, я проводил их к повозке, и мы двинулись в путь.
– Нориндан, зачем мы едем к королеве?
– спросила Кинтана.
– Соскучился по роскоши дворцов.
Женщина цокнула, так и не дождавшись от меня серьезного ответа, но я пока что не желал говорить лишнего. После бала в честь совершеннолетия принца Малама у меня закрались подозрения о том, что и сама королева может быть замешана в частых задержаниях темных эльфов на поверхности. Нидель не могла знать о незаконных вылазках Кинтаны, а значит, ей это поведал кто-то из темных эльфов. Да и королева не старалась защитить даже высокопоставленные лица. Я должен был разобраться, кто еще в сговоре с отцом и Нидель.
Сияющие статуи семи королев вскоре показались в поле нашего зрения, но Кинтана попросила меня остановиться у дома ее родных. Я не смог ей отказать, ведь когда она сможет увидеть родителей в следующий раз - неизвестно.
Кинтана выскочила из повозки, бросившись в те же самые двери, что я видел в ее сне, но буквально через несколько минут вышла с опечаленным выражением лица.
– Их нет, - пожав плечами, сказала женщина, - наверно, мама сейчас во дворце, а папа в лагере.
– Если хочешь, можем заехать в лагерь на обратном пути, - предложил я, ведь несколько минут нас не спасли бы в любом случае.
Кинтана благодарно кивнула, и мы проследовали дальше, выйдя у главного входа во дворец, на котором нас обыскали, изъяли оружие и только после этого впустили к королеве. Каждый из нас поклонился и поприветствовал ее. Мать Кинтаны стояла возле трона, высеченного в каменной стене и украшенного редкими драгоценными камнями.
Кинтана плюнула на все правила приличия и со слезами на глазах побежала в объятия матери, но та не смела принять таких ярых проявлений любви от дочери, находясь на службе, поэтому мягко отодвинула ее от себя.
– Сайна, все в порядке, можешь пообщаться со своей дочерью. Я бы хотела обсудить некоторые моменты наедине с Хиалин и Норинданом, лишившихся своих титулов, - сказала королева.
Сайна вместе с дочерью вышла из зала, оставив нас втроем.
– У меня есть несколько вопросов: для чего вы явились ко мне и как вы лишились титулов?
– Ваше Величество, - начал я, - привели нас к Вам некие сомнительные моменты, которое мы хотели бы обсудить. А про титулы Вы наверняка уже знаете.
– Я не могу верить Нидель, поэтому и спрашиваю вас про титулы.
– Я спас мою мать и Кинтану от верной гибели, что и повлекло за собой лишение титула.
– Дорогая подруга, - с улыбкой сказала мама, - если бы я могла, явилась бы гораздо раньше и все бы тебе поведала, но не хотела до последнего восставать из мертвых.
Королева улыбнулась и позвала маму ближе к себе. На мой удивленный взгляд мама лишь пожала плечами. Я не знал, что они были подругами. Этот факт меня изрядно удивил, ведь крайне редко можно было встретить друзей в паре темного и светлого эльфов.