Танцующие девушки
Шрифт:
Джо держала каменное лицо и старалась не смотреть на Арнетта. Судя по её опыту, между изменой и любовью почти никогда не было ничего общего.
– Она бы вам сказала, если бы встретила кого-то?
– Думаю, да. В смысле, наверняка я не знаю. Но если бы она кому и сказала, то мне, – Паола снова замялась, отбрасывая прядь волос с глаз. – Но иногда, когда мне казалось, что я знаю о ней абсолютно всё, она могла выпалить что-то такое, отчего я смотрела на ней с выражением: «Стоп, это вообще ты сказала?» Вы меня понимаете?
Джо кивнула.
– Получается, такое возможно, чтобы она
– Если честно, я сомневаюсь. В её поведении ничего не изменилось, как и в жизни. Я даже представить не могу, как такое было бы возможно, – заверила Паола и на мгновение задумалась. – Но если вопрос стоит в том, могла ли она хранить секреты, то я обязана дать утвердительный ответ. Она могла быть очень скрытной, когда хотела.
Джо нагнулась вперёд, чувствуя важную улику.
– В каком смысле?
Паола провела своим красным ногтем по крышке.
– Ну… где-то полтора года назад, может, чуть меньше, у неё были проблемы с племянницей, Терезой. Ну, вообще, это племянница Роджера. Но они были близки, и для Джанин это было очень важно. У них никогда не было детей, и хотя она никогда не жаловалась, я думаю, Тереза стала для нее почти как дочь. Они проводили много времени вместе, даже играли в онлайн-игры друг с другом, когда не общались лично. Джанин всегда заботилась о Терезе, потому что у той было много проблем ещё с подросткового возраста. Вечно в ссоре с родителями, мало друзей, едва смогла окончить среднюю школу и так далее. Джанин взяла Терезу под своё крыло и терпела от неё кучу выходок, потому что хотела, чтобы у Терезы всегда было безопасное место, куда она могла бы прийти.
Рассказывая, Паола наклонилась вперёд, её глаза сияли.
– А потом Тереза набросилась на нее, превратила в злющего врага и обвинила в каких-то ужасных поступках, типа эмоционального насилия. Но Джанин не говорила об этом ни мне, ни Лорейн, нашей общей подруге, где-то полгода. И мне кажется, она бы и тогда не сказала, вот только ей позвонил шурин, когда мы все вместе поехали на выходные в Вегас. Она ушла и разговаривала с ним больше часа, так что было очевидно – что-то не так. Джанин сказала, что не говорила нам об этом раньше, потому что не хотела настраивать нас против Терезы, если в конце концов всё успокоится.
– И всё успокоилось?
– Зависит от того, что вы имеете в виду. Они с тех пор не разговаривали.
– Когда это произошло?
– Она сказала нам где-то год назад – получается, за несколько месяцев до этого.
– И ничего такого не происходило, что раздуло бы огонь снова? – спросил Арнетт.
– Я ни о чём не слышала. Но вполне возможно, что она просто не хотела об этом говорить.
Джо задумалась. Может, так, а может, и нет. В любом случае, Джанин смогла скрыть всю эту ситуацию до звонка.
– Получается, если бы у неё была интрижка, она не захотела бы вмешивать вас, чтобы не портить ваши отношения с её мужем, ведь он тоже с вами общается? Так же, как и не захотела натравливать вас на Терезу?
Паола нахмурила брови и резко мотнула головой.
– Может быть. Я не знаю. Мы с Лорейн общались больше с ней, и она это знала. Но всё же, может быть, – Паола не сводила глаз с Джо. – Но даже если так, я не понимаю, как такое могло произойти. Она никогда не гуляла одна.
Джо перешла к последнему вопросу.
– Вы знаете кого-то, кто хотел бы ей навредить? Может,
кто-то таил на неё обиду или что-то вроде того?– Мне о таком неизвестно. Звучит ужасно, но у неё была не такая уж интересная жизнь, понимаете? Она почти никуда не ходила, а если ходила, то только с нами и Роджером. Она почти ни с кем не общалась. У неё даже страницы на Фейсбуке не было.
Джо встала и вытащила визитку.
– Этот разговор нам очень помог. Спасибо ещё раз, что уделили время. Вы с нами свяжетесь, если что-то придёт на ум?
Паола взяла визитку.
– Конечно. Я знаю, что вы заняты, но можете держать нас в курсе дела?
Джо встретилась с ней взглядом.
– Когда мы поймаем этого ублюдка, вы узнаете первая.
Губ Паолы коснулась грустная улыбка.
Джо и Арнетт зашагали через толпу к выходу. Пока Арнетт придерживал дверь для беременной женщины, Джо обернулась и последний раз взглянула на Паолу, которая смотрела на крышку своего стаканчика с выражением озадаченной сосредоточенности.
Глава четвёртая
Мужчину на самом деле звали Мартин, хотя Джанин так этого и не узнала. Всё напряжение покинуло его тело, когда входная дверь с щелчком закрылась. Он на мгновение замер, чтобы глубоко вдохнуть знакомые ароматы – ароматизатор с запахом свежевыстиранного льна и полироль, и скользнул взглядом по тёмному деревянному полу и чёрно-белой гравюре пустыни в коридоре. Этот вид успокаивал.
Он отнёс свою сумку в главную спальню в задней части дома. Когда снял шляпу и пальто, чтобы повесить их на крючки, отлетела пуговица. Он поднял треснувшие половинки и выругался себе под нос; придется купить новую. Отработанными движениями распаковал небольшую сумку, разложил вещи по местам, аккуратно отложив в сторону полиэтиленовый пакет с кольцом Джанин и галстуком, которым он её душил.
Закончив, он пошёл в гостиную и развёл огонь. Потом отнёс кольцо в свой кабинет, пока огонь разгорался, открыл маленький ящик в гладком чёрном столе, положил кольцо рядом с четырьмя другими, спрятанными там, и снова запер ящик. Он вернулся к камину и подбросил дров в огонь, чтобы пламя горело сильнее и ярче. Когда результат его устроил, он вытащил галстук из пакета и бросил его в центр. Он смотрел, как пламя буквально обнимает галстук, облизывая края, как ребёнок, который хочет как можно дольше есть эскимо. Несколько мгновений огонь и галстук существовали порознь, но потом на золотистом шёлке расцвели несколько тёмных пятен, и снизу вырвалось пламя. Ткань свернулась под разными углами и зашипела, а затем разорвалась и исчезла в пепле.
Мартин снял рубашку и бросил её вместе с пакетом в огонь. Наверное, в химчистке галстук постирали бы так, что никакой ДНК не осталось бы, но зачем так рисковать. Он закрыл стеклянные двери, чтобы избавиться от химического запаха, и стал ждать. Когда исчезла и рубашка, он просмотрел пепел, чтобы убедиться, что не осталось ни одного кусочка. Завтра, когда всё остынет, он ещё раз проверит пепел и выбросит в мусор.
На него навалилась усталость – на глазах виднелись лопнувшие капилляры, но нужно было завершить все и только потом ложиться спать. Да и он всё равно не сможет уснуть, пока не закончит. Он вымыл руки, заварил себе крепкого «Эрл Грея», приготовил бутерброд с ветчиной, перебрался в кабинет и поел, пока загружались компьютеры.