Чтение онлайн

Мы подъехали к большой деревне, где жили мои родители. Когда-то они сами ее выбрали, потратив деньги от продажи нашей квартиры, а я помог отстроить новый дом. С тех пор они тут прижились и переезжать никуда не желали. Я не настаивал. Больше, чем за десять лет, родители обжились, обросли хозяйством, завели живность. Все у них было так, как они когда-то мечтали. Теперь были и внуки, и женатый сын.

– Маш, - я позвал жену и ласково провел тыльной стороной ладони по ее щеке.

– Что? она сонно заморгала, оглядываясь по сторонам. Приехали?

– Почти, - с улыбкой ответил я.

Железнова достала

– Лучше всех, - успокоил я ее и удостоился гримаски.

Машка поправила макияж, волосы и повернулась ко мне.

– Я волнуюсь, Дим, - призналась она. Я для них столько лет предательницей была.

– Мои все знают, что ты дергаешься? ответил я, останавливая машину. Ты для них моя жена и мать их внуков, которых, между прочим, они уже заждались.

– Вот-вот, - проворчала моя супруга. Они ждали, а внуки были, но никто об этом не знал.

– Не так уж и никто, - усмехнулся я. Наша схожесть с Киром никого не обманула, и кто его отец, знали все, кто его видел кроме меня.

– Ты все еще злишься? нахмурилась Машка.

Я заглушил двигатель и обернулся к ней.

– По мне похоже, что я злюсь? изломив бровь, спросил я.

Она улыбнулась, отрицательно покачала головой и ойкнула, глядя куда-то мимо меня. Я расплылся в широкой улыбке, уже зная, кого увидела Машка.

– Мама, - произнес я и обернулся.

Конечно, моя родительница сидела в засаде с самого утра. Открыв дверцу, я выбрался из машины и распахнул маме объятья. Старушечка моя, генерал в юбке. Мама обняла меня, расцеловала в обе щеки и отстранилась.

– Ну, где он? Показывай! потребовала родительница.

– Здравствуйте, тетя Галя, - Машка тоже вышла и скромно остановилась в сторонке. Здравствуйте, дядя Вова.

Отец подошел следом. Он обнял меня, похлопал по плечу и улыбнулся Машке.

– Привет, Мария, - произнес отец и направился к ней. Ну-ка, покажись, какая ты стала, - он тепло обнял невестку, затем покрутил ее и вынес вердикт. Расцвел наш Светлячок. Хороша Маша, и вся наша.

– Вовка, пень старый, - мама протиснулась к ним и отпихнула отца локтем, - отойди-ка. Дай и я погляжу.

Мама подперла щеку ладошкой, пристально глядя на все больше краснеющую Машку. Затем обняла младшую Железнову и притянула к себе.

– Ну, здравствуй, Маш, - произнесла родительница строгим тоном. Дуреха ты. Что ж ты нам-то не сказала? Даже, если бы Димка отказался, мы бы не бросили. Да и ему ума бы вправили, живо бы из Москвы своей примчался. Как миленький примчался. Дуреха и есть.

– Простите, - прошептала Машка, а я оскорбился. Отказался бы я, как же.

– Чего уж теперь, - махнула рукой мама. Живите, да радуйтесь. Она выпустила мою жену из рук и вопросительно взглянула на меня. Внук наш где?

В этот момент открылась задняя дверца, и заспанный Данька вылез на улицу. Моя мама, забыв о сыне и невестке, всплеснула руками и ринулась к мальцу.

– Умотали ребенка, - констатировала она, единолично завладевая внуком.

– Галка, - воззвал к ней отец, но родительница лишь отмахнулась, запуская маятник своей заботы на полную катушку.

Покрутив Даньку вокруг своей оси, мама сообщила:

– Светлов, а глаза наши, Железновские. Идем, знакомиться будем, - она потянула ошеломленного пацана за собой. Бабушка

– Иду, генеральша ты моя, - усмехнулся папа и покачал головой. Пропал парень, сейчас мать в себя придет, уши, зубы все проверит. Ох, пропал внук.

– Он парень крепкий, - успокоил я отца, обнял жену, и мы последовали за бабой Галей и приговоренным к вселенской любви Данькой.

Страсти улеглись только к вечеру. Мама отстала от внука, и мой отец увел его кататься на лошадях, обещав еще и ночную рыбалку. Последнее для пацана новостью не было, но согласился он с энтузиазмом. Владимир Иннокентьевич Железнов с людьми всегда сходился легко и быстро, что и передал мне по наследству. Данька, урвавший мой характер, был в этом схож с нами с дедом. Он быстро нашел общий язык с бабушкой, преодолев смущение и робость. А за дедом к вечеру уже ходил, как привязанный, именуя поначалу несмело «Дедушкой Вовой», а вечером к калитке несся уже, вопя:

– Мань, мы с дедом пошли кататься на лошадях!

Бабушка покачала головой и насела на Машку, оставив меня наедине с телефоном. Позволить себе продолжительное время находиться вдалеке от дел, я не мог. И уже несколько дней мой телефон разрывался от звонков: Ирки, партнеров, компаньона в совместном предприятии. Звонили мои старые друзья: Свешников, Штырь, Лом. Последний, чтобы узнать, когда у меня проснется совесть. Узнав, что у меня медовый месяц, он отстал, но обещал вернуться Карлсон.

Машка сначала прислушивалась, я замечал и усмехался. Особенно хмурилась она, когда я уходил, чтобы поговорить по телефону. Сама она упорно отнекивалась от того, что госпожу Железнову снедают подозрения. Пришлось вывести на разговор, начиная его издалека. Случай представился достаточно быстро. Еще в гостинице, когда мы с Данькой вернулись из поездки на аттракционы, куда наша мама отказалась ехать, сославшись на усталость, я вошел в номер и увидел, что Машка смотрит какой-то фильм. В фильме присутствовал богатый мужичок и девушки модельной внешности, крутившиеся вокруг него.

Устроившись рядом с женой, я немного посмотрел и кивнул на экран:

– Красивые ляльки, - подло ударил я в самый центр Машкиной подозрительности.

– Угу, - кивнула она, не глядя на меня. У тебя такие были?

– У меня всякие были, - пожал я плечами.

– Небось, табуном за тобой ходили, - ядовито отозвалась она.

– Ага, эскадроном скакали, - я не удержался от усмешки.

– Любовница модель это же престижно, Да? Машка посмотрела на меня.

– Не то слово, особенно эскадрон, - не стал я спорить. Когда у тебя есть эскадрон моделей, это же первый показатель престижа и успешности. Зачем мозгами шевелить? Завел свой эскадрон и все, сплошной престиж.

– Железнов, хватит ерничать! возмутилась Железнова. Вот надоест тебе старая тетка, и опять пойдешь на свою конюшню. Телефончик твой, наверное, у многих остался?

– У всей Москвы, - деловито кивнул я. Мой номер это же народное достояние. И сам я такой невероятный, замечательный и неповторимый. Спасибо, любимая, - я притянул ее к себе и от души поцеловал. Кстати, завтра же займусь поиском старой тетки и приобретением конюшни. Жена сказала, муж сделал.

– Паяц, - фыркнула Машка и насупилась.