Сын змеи
Шрифт:
– Странно, что такой эльф, как Эйдар, возится с черной работой.
– Ничего удивительного. Он настоящий хозяин своего поместья, и лучше всех знает, что и где нужно делать, - ответил князь. – Здесь когда-то стоял прекрасный дворец. В нем жили многие поколения дома Фаннайрэ. От него мало что осталось во время войн. Как и от самого рода Фаннайрэ. То, что ты видишь, возведено на старых развалинах.
Провожатый чуть улыбнулся, чутким ухом расслышав беседу гостей.
В доме путников встретила Элайна.
– Гилэстэл! – безупречное лицо
Но смотрела она при этом на Астида. И полукровка, помня слова князя, не стал на этот раз опускать взгляд. Провожая гостей по светлым анфиладам комнат, Элайна чуть поотстала от Гилэстэла, и, поравнявшись с Астидом, произнесла с лукавой полуулыбкой:
– Здравствуй, Астид. Надеюсь, ты не сбежишь от меня на этот раз?
– Как вам будет угодно, - ответил тот, глядя в её беззастенчивые глаза.
К ужину собрались все. Кроме Эйдара и его детей, за столом находились еще с дюжину эльфов – родственников и друзей, имен которых Астид не запомнил. Трапеза была шумной и обильной. Разговор вертелся в основном около строительства, и полукровка с удивлением смотрел, как Гилэстэл с неподдельным интересом внимает Эйдару и его сыновьям. Утомившийся с дороги и хлебнувший немало вина Астид осоловевшими глазами разглядывал сотрапезников. Гилэстэл, заметив, что его воспитанник устал, отпустил его. Элайна поднялась вместе с Астидом.
– Я провожу его, отец.
Эйдар кивнул, братья усмехнулись. Остановившись у дверей в комнату Астида, эльфийка коснулась его плеча, приблизила лицо.
– Доброй ночи, Астид. В эту ночь я позволю тебе быть одному. Но только в эту.
Он чувствовал, как пахнут её волосы. Ощущал тепло её руки на своем плече. Она постояла еще несколько секунд в ожидании, и, не дождавшись того, о чем просили её глаза, отстранилась и улыбнулась.
– Дикаренок, - прошептала она. – Доброй ночи, уголёк.
Астид смотрел хмельными глазами, как она идет-плывет по сумеречному коридору, как её силуэт то пропадает, то появляется в полосах света. Его сердце колотилось все сильнее и громче, щеки пылали, и в низу живота словно разгорелся огонь. Хотелось броситься за ней, догнать. Он перевел дыхание, вошел в свою комнату, и, не раздеваясь, бросился на кровать.
Утро разбудило щебетом птиц и ярким солнцем. Астидприподнялся, оглядываясь. Он всю ночь проспал в одежде. Ему снился «Златолесский вепрь» и мертвый трактирщик.
Весь день Астиду пришлось слоняться за Гилэстэлом, который очень живо интересовался восстановлением поместья. Полукровке все это было нелюбопытно. Он бы с удовольствием покинул это место поскорее, но князь был намерен задержаться у Эйдара на несколько дней. Если бы была возможность поохотиться, Астид бы её не упустил. Однако в поместье Фаннайрэ весной не охотились. На протяжении всего дня Астид то и дело замечал светлые локоны Элайны, настойчиво появляющейся на его пути. Когда Эйдар привел гостей в сад, его дочь была уже там. Астид заметил
её силуэт у входа в беседку, увитую вьюном с лиловыми и синими цветами.Неподдельное восхищение Гилэстэла было приятно Эйдару. А так как князь любил цветы не меньше книг, то и сад, благоухающий ароматами многочисленных цветов, был оценен им весьма высоко. Элайна негромко окликнула Астида, когда они проходили по аллее мимо беседки. Он помедлил, и, отстав от князя, поднялся по ступеням в беседку.
Элайна смотрела на него, улыбаясь.
– Ты привез мне подарок, уголек? Я не верю, что ты по мне совсем не скучал.
Астид не ответил. Элайна рассматривала его, как кухарка рассматривает тушку невиданной доселе добычи, прикидывая, как ловчее её разделать.
– Как тебе наш сад?
– Он красив, - ответил Астид, глядя вслед удалающимся Эйдару и Гилэстэлу.
– А я?
Астид перевел взгляд на Элайну. Она смотрела на него снизу вверх. Глаза её синели, соревнуясьс лепестками цветов, увивающих беседку, и выигрывая у них. С потолка опустился лепесток и застрял меж тканью и белым плечом эльфийки. Астид протянул руку и осторожно отцепил лепесток. Коснулся волос Элайны, пропуская меж пальцев светлую прядь, вдыхая запах её кожи.
– У тебя красивые волосы, - ответил как-то нехотя.
– И это всё? – насмешливо подняла бровь Элайна, и вдруг, рассмеявшись, хлопнула в ладоши. – Я поняла! Как же я сразу не догадалась… Ты из тех, кто предпочитает мужчин? В таком случае, я могу позвать сюда Иллориса. Нам будет хорошо и втроем.
– Это лишнее, - ответил Астид, выпустил её волосы, и, резко развернувшись, спустился на мощеную белыми плитами дорожку.
– Многие мужчины были бы счастливы оказаться на твоем месте. Чего же хочешь ты, недотрога? – окликнула его Элайна.
– У тебя этого нет, - отозвался Астид уже издалека.
Следующие три дня он старательно избегал встреч с Элайной. Настолько старательно, что Эйдар и Гилэстэл стали над ним посмеиваться. Дабы Астид не слонялся без дела, Гилэстэл, испросив разрешения Эйдара, отправил его в библиотеку Фаннайрэ. Там Астид и пропадал целыми днями, вполне этим удовлетворенный.
На четвертый день Гилэстэл и Эйдар с сыновьями отправились на каменоломни, где добывался известняк для строительства. Астида князь оставил в поместье, разбирать книги. Астид увлеченно рылся на стеллажах, и не услышал шагов Элайны. Она приблизилась к нему, и, обняв сзади, нежно прошептала:
– Жду тебя в саду, в беседке. Если не придешь, скажу отцу, что ты украл это. Ты ведь дорожишь своей репутацией? И репутацией князя Гилэстэла?
Она взяла с полки первую попавшуюся книгу и вышла. А опешивший Астид остался стоять с рукописью в руках. Постояв несколько минут, он отшвырнул свиток прочь и вышел вслед за Элайной.
В беседке было прохладно. Нагая Элайна, расположившись на ложе, без интереса листала «украденную» книгу. На вошедшего Астида взглянула с довольной улыбкой, отбросила книгу.