Сын герцога
Шрифт:
Гайны ценились у людей, поэтому достаточно было одного удачно проданного клинка для того, чтоб обеспечить целое семейство. Но решались на такое немногие. Потому что мастер, изготовивший подобный клинок терял репутацию оружейника и навсегда мог распрощаться с любимым делом (и основным источником своих доходов). Поэтому чаще всего гайны ковали тайно и так же тайно продавали только через доверенных лиц. Этим объяснялась и баснословная стоимость таких клинков.
Но все это не касалось мечей незнакомца. Потому что как раз они были настоящими. Действительно древними. Потому что тайна создания такого оружия была утеряна народом Гавина очень давно. Как и способность к магии, с помощью которой и создавались
Понаблюдав за навязанными ему мальчишками, бывший советник подгорного короля решил, что эти двое, скорее всего, были аристократами. Потому что если младшего еще можно было принять за слугу. То старшего выдавали надменно выпрямленная спина и повелительный взгляд. Но, к сожалению, кто они на самом деле, Гавин так и не смог ничего определить. И в этот момент ему было очень жаль, что Дрейн в кои то веки продумал все до мелочей, и в своем письме недвусмысленно дал понять, что не потерпит, если бывший советник устроит незнакомцам допрос. Роль Гавина сводилась к простому "найти и отвести".
Ну что ж, найти он их нашел, теперь осталось только отвести. А потом советник, наконец, сможет вернуться к привычным делам. И если все сложится так, как рассчитывал его величество, к тому времени, когда он вернется в королевство, с заговорщиками уже будут разговаривать дознаватели.
Добравшись до гостиницы, Гавин отдал помощнику распоряжение собирать их вещи и заодно позаботиться о Тэне. А сам отвел мальчишек в специальную комнату для переговоров (в больших гостиницах всегда устраивали такие вот укромные уголки для того, чтобы купцы или другие посетители могли уединиться и спокойно поговорить).
– Так о чем вы хотели со мной поговорить?– спросил Джай, едва за слугой закрылась дверь, отделившая комнату для переговоров от основного зала. Осведомленность гнома не могла не настораживать. Да и постоянные задержки в дороге уже начинали раздражать.
– Об одном предложении.
– От которого я не смогу отказаться?
– Нет, почему же, сможете. Но я надеюсь, что вы согласитесь,– покачал головой гном.
Идея, рассказать мальчишкам какую-нибудь историю поправдоподобнее, уже не казалась ему такой привлекательной. Они, конечно, были детьми, но не наивными же младенцами, чтобы верить в сказки. Поэтому Гавин решил рассказать правду (насколько это было возможно).
– Меня просили доставить вас в столицу Империи,– сказал он.
– Кто просил.
– Один уважаемый глэд.
– Надеюсь, у этого глэда есть имя?
– Конечно, есть. Но я не хотел бы его упоминать. Скажу только, что вы недавно с ним познакомились, и он кое-что вам задолжал. Поэтому попросил меня вернуть его долг.
Несколько долгих мгновений Джай смотрел на гнома, раздумывая, соглашаться или нет. В том, что подгорник не солгал ему, юноша не сомневался. Способность чувствовать своего собеседника, которая иногда появлялась у него, помогла и на это раз. Молодой лорд размышлял о другом. С одной стороны, теперь они с Ларом и сами могли добраться до столицы. Но с другой – двое детей (если сам он все еще выглядел на шестнадцать, то эльфу в маске нельзя было дать больше четырнадцать) путешествующих без сопровождения, фактически без денег, зато с очень дорогим оружием. Даже если они не станут добычей охотников за легкой наживой, то наверняка будут привлекать к себе внимание (что было гораздо опаснее всех бандитов вместе взятых).
– Хорошо, я согласен,– принял решение молодо лорд.– Но вы говорили, что предложение будет выгодным для нас обоих.
– Свою выгоду
я от него уж получил,– загадочно улыбнулся гном, подумав о том, что если кто и получил что-то от этой сделки, то точно не он. И Гавин очень хотел бы узнать, что именно досталось Дрейну.А в это время в сердце подгорного королевства… Его величество совсем не по-королевски бегал по кабинету и никак не мог успокоиться.
– У тебя что, совсем нет головы на плечах, Дрейн? Заброшенные тоннели, недостроенный портал… пожалуйста, сделай мне одолжение, в следующий раз, когда ты захочешь покончить жизнь самоубийством, просто прыгни в забой. Зачем так изощряться?
– Да ладно, ничего же страшного не произошло,– протянул гном, с удобством устроившийся в королевском кресле и с интересом наблюдавший за метаниями брата.
– Ничего страшно? Это ты называешь, ничего страшного? Ты безголовый…
Дальше шли такие эпитеты, что Дрейн даже заслушался, отметив про себя, что за последнее время словарный запас его величества изрядно пополнился (все-таки давненько он не был при дворе). Он уже давно уяснил, что успокаивать брата в такие моменты просто не было смысла. Нужно было просто запастись терпением и переждать, пока король успокоится сам. Вот и в этот раз, побушевав несколько минут, его величество снова уселся в свое кресло и, тяжело вздохнув, произнес:
– Тебя еще в детстве нужно было прибить за твои выходки.
– Кто бы тебе тогда помогал распутывать заговоры? И вообще, иногда мне кажется, что ты мне завидуешь,– протянул недавний опальный родственник.
– Это чему?– полюбопытствовал король. Сердиться на брата по-настоящему, у него уже не было сил. Слишком много забот навалилось в последнее время.
– Ну, у меня же такая интересная жизнь: ссылка, заговор… кстати, как там наш драгоценный дядюшка, по совместительству главный заговорщик? Уже все рассказал, или все еще молчит?
– Пока молчит. Но это ненадолго,– ответил король, и в этот раз уже совершенно серьезно спросил:– Зачем ты это сделал, брат? Как можно было так рисковать? Тебе оставалось побыть на границе всего пару дней…
– Мне нужно было доставить этих мальчишек в Империю. Я не мог отказаться от этой сделки.
– Ради чего?
– Не ради чего, а ради кого? Ради всех нас. Ты не думал, чем будешь заниматься после того, как разделаешься с этим заговором, брат?
– Займусь обустройством южных отрогов. Старый город нуждается в реставрации. Да у меня куча работы. Хватит на десять жизней.
– Это не работа, это рутина, которой не будет конца. Всегда будут проблемы с тоннелями и обустройством городов. Но разве этим ты хотел заниматься? Вспомни, о чем мы с тобой мечтали, когда был и детьми. Отыскать старые сокровищницы, разгадать тайны древних…
– Ты правильно сказал, мы были детьми. А теперь, мы выросли, у меня нет времени на мечтания. Я – король, Дрейн, ты понимаешь, король,– его величество стащил с головы обруч, в будни заменявший ему корону, и с ненавистью швырнул его на стол,– а это чертова уйма ответственности. Ты знаешь, в каком состоянии сейчас свод над малым городом? Что южные тоннели недавно снова затопило? Что нам не хватает питьевой воды? Что центральный город перенаселен почти в два раза? А тут еще этот заговор.
– Я все понимаю,– начал, было, страж южных границ, но его перебили.
– Нет, ты не понимаешь. Если бы ты понимал, то помогал бы мне, а не бегал по заброшенным тоннелям не известно ради чего.
– Очень даже известно,– на этот раз рассердился уже Дрейн, и он швырнул королю ту самую подвеску, которую получил за доставку человеческого мальчишки и замаскированного эльфа в Империю. Что бы там не говорил его брат, но в этот раз он прекрасно осознавал, на что шел, и ради чего это делал.