Связанные шрамами
Шрифт:
Дрожащим шепотом она сказала:
— Марс?
Брат отпустил ее руку. Он несколько раз кашлянул, голос его звучал слабо, а затем сказал:
— Зачем, во имя Святых, ты вернулась сюда, мышонок.
Брин хватала ртом воздух, пока не нашла его плечи. Ей нужно было убедиться, что он из плоти и кости, а не призрак. Ее дыхание участилось, и она подумала, что потеряет сознание.
— Это действительно ты?
Он снова усмехнулся.
— Я.
— Мне сказали, что ты умер!
— Не все слухи правдивы.
Она крепко сжала его плечи.
— Я не понимаю. Как…
— Капитан Карр планировал
Это объясняло, почему в этих проходах не было пыли и паутины.
— Хочешь сказать, что прятался здесь несколько месяцев? В одиночестве? В темноте?
Ее брат странно молчал. В конце концов, он сказал:
— Темнота меня не тревожит. — прежде чем она успела спросить, что он имел в виду, он нашел ее руку и поднял к своему лицу, ее пальцы коснулись знакомой челюсти и носа, а затем обнаружили ткань, повязанную вокруг его глаз. — Раны Финли оставили меня слепым.
Ее сердце дрогнуло, когда она подавила вздох.
— Но ты узнал меня. И поймал кирпич.
— Я воспользовался слухом, а не зрением.
Она прижала руку ко рту.
— О, Марс.
Он отпустил ее руку.
— Боюсь, это не самое худшее. Раны были тяжелые, я чуть не умер, когда в них попала инфекция. Я только недавно смог самостоятельно передвигаться. Если бы не Иллиана…
— Кто такая Иллиана?
Марс заколебался.
— Кухонная служанка. Она следит за садом… и знает толк в целебных растениях. Она приносила мне лекарства, еду, новости извне. Могу добавить, с большим риском для себя.
— Она на стороне мятежников? — спросила Брин.
— Да.
«Если это так, то она может передать сообщение Кристофу Джостеру», — поняла Брин.
Марс снова зашелся в приступе кашля, и Брин нахмурилась.
— Тебе не идет на пользу то, что ты столько времени проводишь здесь, внизу. Тебе нужен свежий воздух и солнечный свет.
— Чтоб Карр увидел, что я жив? Нет. По крайней мере пока я не вылечусь настолько, чтобы встретиться с ним лицом к лицу.
Брин сдерживала страхи, которые закрадывались в ее голову. Потерянное зрение Марса не исцелится, даже если все остальное тело восстановится; как он сможет выступить против капитана Карра в таком состоянии?
— Это Иллиана рассказала тебе, что я вернулась?
Голос Марса помрачнел.
— Да. Вот откуда я узнал, что это ты здесь. Она говорит, что весь замок судачит о том, что Карр намерен на тебе жениться.
При воспоминании об ухаживаниях капитана Карра Брин пробрала дрожь.
— Уверяю тебя, у меня нет чувств к этому узурпатору. Ты можешь попросить Иллиану передать мятежникам, что я на их стороне. Я вернулась сюда не под тем предлогом, которому все верят. Трон не является моей целью. Я здесь только потому, что…
Она остановилась, прежде чем произнести имя Рангара.
Марс надавил.
— Зачем ты вернулась, если не ради трона?
Брин пришло в голову, что если Марс жив, то корона больше ей не принадлежит. Она принадлежала ему по праву,
и все же не зря беженцы в Берсладене радовались, что она досталась Брин, а не Марсу.— Брат, — нерешительно начала она. — До меня дошли некоторые слухи о тебе. Говорят, что перед своей смертью ты правил Миром с такой же суровостью, как и наши родители.
Она надеялась, что брат опровергнет эти обвинения… возможно, эти слухи были такими же ложными, как и слухи о его смерти. Брин ждала, что он будет отрицать свою похожесть на деспотичных родителей.
Но Марс молчал.
В конце концов, он медленно сказал:
— Хотел бы я сказать, что это не так.
Она отшатнулась, ошеломленная.
— Но почему? Ты же знал, как жестоко правили наши родители народом Мира!
Его одежда зашуршала, как будто он прижался спиной к стене.
— Мышонок, ты многого не знаешь. После осады здесь царил хаос. Мать и отец были мертвы. Ты и Элисандра пропали. Я не мог понять, кому из наших советников можно доверять. Капитан Карр возглавил восстание, и я решил, что могу на него положиться. Я искренне верил, что мы с ним хотим для королевства одного и того же. Он убеждал меня, что нужно править сильной рукой, чтобы предотвратить любые атаки извне, многие могли узнать, насколько мы слабы.
— Есть разница между сильной рукой и угнетением, — натянуто сказала она.
Марс испустил долгий вздох.
— Да. Теперь я вижу это, веришь ты мне или нет. Моя хватка за королевство ослабевала. Я встал на сторону мятежников, но их требования выходили из-под контроля. Они обанкротили бы все королевство. Я не знал, что делать, кроме как обратиться к своему политическому образованию. Я хотел лишь подтвердить свое лидерство, но все вышло из-под контроля.
Брин внимательно слушала, неуверенная.
Марс подчеркнул:
— Я был неправ. Теперь я это знаю. Иллиана… именно она объяснила мне, как я ошибался. Я считаю, что она указала мне правильный путь.
Ах, вот она, нотка правды в его голосе, которую Брин так ждала.
— Я верю тебе, — прошептала Брин.
Он взял ее за руку. Мгновение они так стояли, их общая сила перетекала из одной в другую. Затем Марс снова вздохнул.
— Теперь мне осталось убедить все королевство мне поверить.
Из конца коридора донесся скрип петель. Брин затаила дыхание и машинально потянулась к кирпичу, но Марс ее остановил.
— Все в порядке, — успокоил он ее.
Еще через несколько мгновений кто-то зашагал в их сторону. Брин почувствовала запах розмарина.
Голос Марса был ласковым, когда он сказал:
— Брин, это Иллиана.
Глава 29
ТРАВНИЦА… ОДИН КЛЮЧ И ТРИ КОЛЬЦА… ИСКРА НОВОЙ ЛЮБВИ… ПОДКРЕПЛЕНИЕ… НОВЫЙ ПЛАН
В темном проходе замерцал свет. Иллиана чиркнула спичкой и зажгла взятую с собой газовую лампу, поднеся ее к лицу.
Это была одна из служанок, которую Брин видела на кухне. Молодая женщина с темными волосами замешивала тесто вместе с пожилыми работниками кухни. Вблизи она оказалась еще красивее, чем показалось Брин. Полные губы и темные, бархатно-карие глаза. По выражению лица Марса было понятно, что их отношения не ограничиваются тем, что травница рискует своей жизнью, чтобы помочь опозоренному принцу.