Чтение онлайн

Не дожидаясь, пока преследователь сообразит, куда она делась, Сара протиснулась между двух толстых перекрещивающихся ветвей ближе к стене, оказавшись почти вплотную к её каменной поверхности. Несколько тонких веток больно впились ей в плечо и хрустом обломились. Девочка замерла. На несколько секунд воцарилась тишина, а потом звучно захрустели веточки на земле у корней кустарника. Край огромной морды показался из-под редких листьев уже начавшего облетать орешника и хриплое дыхание зашевелило листву. Казалось, прошла вечность, прежде чем тиарци убрался.

Сара поняла, что всё это время не дышала и сделала глубокий

вдох. В тот же миг снаружи на куст с воем навалилась огромная туша. Девочка закричала и одна её нога соскользнула, но её удалось зацепиться за выступавший из стены камень. С трудом удерживаясь на трясущихся под рвущимся сквозь них тиарци ветках, она поднялась ещё почти на метр, прежде чем на щупала рукой край разлома.

Этот разлом проходил насквозь, образуя небольшой проход, надёжно спрятанный с обеих сторон стены густо растущими кустарниками. Ей удалость приподнять лиса и втиснуть его внутрь, где он слабо зашевелился и подвинулся, освобождая место. Сара упёрлась теперь уже двумя руками и, оттолкнувшись ногами, залезла в разлом. Он был узким, так что протискиваться приходилось боком, к тому же шёл под углом и, несмотря на то, что залезла она на приличной высоте, выбиралась уже у самой земли.

Лис брёл перед ней, медленно волоча лапы. Она вылезла из-под куста с какими-то ягодками, раскинувшегося с этой стороны и, раскинув руки, распласталась на земле. Несколько раз Сара глубоко вздохнула, позволяя свежему ночному воздуху охладить разгоряченное тело и вслушалась в завывания раздосадованного тиарци, оставшегося снаружи. Губы сами расплылись в улыбке – ему в жизни не пролезть сюда! Не с его огромными боками, даже голову не просунуть в разлом, не то что сам.

Но теперь это всё стало далёким, практически недосягаемым. Сердце продолжало бешено стучать, колени тряслись, но это пустяки. Она взглянула на звёздное небо, и эта далёкая безмятежность поразила её своим холодным равнодушием.

Глава 2

День задался пасмурным. Серые облака ползли по нему не предвещая дождя, но и не суля приятного солнечного тепла. Прохладный ветерок задувал приоткрытую форточку маленькой комнаты, шевеля тонкие занавески. От обычного чердака это помещение отличалось только наличием кровати, небольшого шкафа и стола.

На стоящем у изголовья низком табурете стоял таз, наполненный грязными бинтами. Большинство из них были выпачканы оранжевой мазью, горшочек с которой стоял радом. Свернувшись клубочком, на одеяле дремал лис. На первый взгляд он спал крепко, но при каждом звуке, доносящимся с улицы его уши подрагивали.

Когда открылась дверь комнаты, он поднял голову. Вошла Сара, держа в руках большую деревянную коробку. Её длинные чёрные волосы были распущены и мягкими волнами спадали по плечам.

– Вот, нашла, – улыбнулась девочка, – Думала Исидор уже выбросил, но, видимо как всегда, забыл.

Она поставила коробку в угол за кроватью и подошла к шкафу. Открыв дверцу, выгребла всю одежу и кучей бросила на кровать рядом с лисом. Тот заинтересованно обнюхал её и скептично посмотрел в опустевший шкаф.

– Мне всегда казалось, что у барышень большие гардеробы.

– Это у богатых барышень. Некоторые вынуждены довольствоваться тем, что есть, – ответила Сара, пожав плечами и вытаскивая из общей кучи пару вещей. Сложив их, она застелила дно коробки, –

Готово. Можешь спать здесь.

Лис спрыгнул с кровати, неловко приземлившись на три здоровые лапы. Одну забинтованную заднюю он поджал и прихрамывая подошёл к коробке. Сара украдкой посмотрела на него. В темноте он показался ей полностью чёрным, но теперь можно было разглядеть рыжеватые подпалины не только около ушей, но и на спине и боках. Правда обладателем известного лисьего белого кончика хвоста он не являлся, да и грязная, свалявшаяся местами шкура тоже не производила положительного впечатления.

– Премного благодарен, – лис закончил осмотр своей новой лежанки и залез внутрь. Коробка была невысоко, так что он легко перешагнул стенки. Свернувшись клубочком и вытянув больную лапу, посмотрел на Сару, – Тебе точно не жаль эту одежду?

– Она мне мала, – сказала девочка, убирая остальные вещи в шкаф.

– Так что ты искала в лесу? – поинтересовался лис.

– Кровоцветы. Я уже давно их ищу, но всё не удачно.

Сара со вздохом села на кровать.

– Тогда зачем ты лазила в корнях дуба?

– Говорю же, искала цветы.

– Кровоцветы? У дуба? Ничего абсурднее не слышал, – хрипло рассмеялся лис.

Девочка недовольно покосилась на него. Собирая непослушные волосы в хвост, она произнесла:

– И много ли ты о них слышал?

– Да я всё о них знаю, – гордо вскинулся он.

– Ну и где их искать? – подняла бровь Сара.

– А тебе зачем?

– Значит не знаешь, – она откинулась на подушку и осталась лежать, глядя в потолок. Лис так и подскочил на своей лежанке.

– Ещё как знаю! Я знаю побольше тебя, ясно?

– Я конечно слышала, что магималы очень умные животные, но не настолько же.

Лис возмущённо фыркнул.

– Магимал?! Не сравнивай меня с этими зверушками. Я – демон! Высшее существо.

– Ага, ври больше, – Сара сцепила руки на животе, продолжая разглядывать потолок. В углу обнаружилась небольшая паутинка, очень искусно сплетённая. Паучок, создатель маленького шедевра, сидел в центре и пристально наблюдал за происходящим своими восьмью глазками, – Всем известно, что демоны это злые ёкаи, занимающие чужие тела. А ты на ёкая не очень похож.

– И чем это не похож? – насупился лис.

– Хотя бы тем, что у ёкаев не физического тела. А ты вполне физически, ещё и кусаешься.

– Какие мы нежные. Подумаешь, куснул разок.

– Два.

– Ну два, – согласился он, – Между прочим, было надо для дела. И вообще, для дела было надо. А откуда такие глубокие познания о природе ёкаев?

– Всем в школе объясняют, что с ними опасно связываться. Особенно с демонами, они несут смерть.

– Что ж, ясно. Но может скажешь, зачем тебе кровоцветы? Это ведь редкое и опасное растение.

Вытянув руки перед собой, так что они оказались подняты к потолку, Сара позволила рукавам кофты съехать почти до середины плеча. На запястьях блеснули два тонких металлических обруча, а на левой руке красовалась завитушка Метки. Размером метка чуть меньше Сариного сжатого кулака, но таких размеров она достигла всего за две недели и не переставала расти.

– Хочу снять вот это, – произнесла она, согнув запястья и демонстрируя тонкие обручи. Когда блик света пробегал по гладкой поверхность, мелькала слабо заметная гравировка, тут же исчезавшая.