Связанные пламенем
Шрифт:
Сначала я подумала, что он имел ввиду своё сексуальное мастерство, потому что он больше чем утомил меня ночью. Затем я нырнула руками под простыни и пробежалась ими по телу.
– Я все еще могу чувствовать следы сущностей, – сказала я удивленно. – Ты не сделал этого?
Что-то мрачное мелькнуло на его лице.
– И да, и нет. Я сжег твою кожу, но не накрыл своей аурой, так что на тебе лишь мои следы.
Я испытала истинное облегчение от того, что проспала сжигание. Вероятно, истощить меня заблаговременно, было выгодой во многих смыслах.
– Почему ты пропустил часть с аурой?
Он резко вздохнул.
– Потому что мне нужно обжечь
У меня свело желудок, когда в голове всплыла фраза: Есть много способов провернуть это дело. Да, я бы предпочла огонь. С одной стороны, я бы прошла через это во сне. С другой, это будет намного быстрее, чем "другие методы" и, даже если я проснулась бы в процессе, скорость была бы подобна милосердию.
Кроме того, я не хотела ассоциировать Влада с ужасными воспоминаниями о свежевании. От одной лишь мысли об этом меня бросает в дрожь.
Влад понял это и снова тень промелькнула на его лице.
– Я тоже не хочу делать этого. Жечь тебя было довольно тяжело.
На меня обрушилось чувство вины.
– Извини. Я была так занята, придумывая, как с этим справиться, что не задумывалась, насколько трудно это будет для тебя.
– Тебе и не нужно, – тут же ответил он. – Не я пережил постоянные пытки за последние несколько недель. Сначала от моих врагов, затем от меня в силу необходимости. Лейла, ты должна сосредоточиться на собственных потребностях, иначе, сойдешь с ума.
Он вернул свои щиты, и от меня не укрылось, что в последнее несколько дней, они были всегда подняты, кроме моментов, когда мы занимались любовью. Влад не должен думать, что я не в состоянии справиться с его чувствами, когда страсть не на первом месте.
– Ты ошибаешься, – сказала я тихо. – Пытали не только меня. Шилагай использовал меня как оружие против тебя. И я знаю, те раны все еще причиняют боль. Влад, не нужно скрывать свои чувства. Я могу с этим справиться.
Влад улыбнулся, без намека на радость, и прижал свой рот к моему уху.
– Я не от тебя прячу свои чувства. – Его голос был таким тихим, что даже при такой близости, мне пришлось напрячься, чтобы расслышать. – Я прячу их от других вампиров, которых обратил. С момента атаки на замок, я заботился лишь о твоем спасении и если мне придется пожертвовать каждым в моей линии, я так и поступлю. Поэтому я блокирую свои эмоции. Если мои люди прознают о том, насколько мала теперь моя забота о них, это уничтожит построенное единение, за которое я так усердно боролся.
Закончив говорить, и чмокнув меня в ухо, Влад поднял меня с постели. Я двигалась, будто на автопилоте, уступая его указанию принять душ, потому что мы должны были вскоре уйти.
Он остался в ванной, и наблюдал, аура Влада трещала будто была сделана из сотен римских свечей. Если бы я слишком долго смотрела на стеклянные стены душа, он бы расплавил их.
Я предположила, что это был знак доверия, которого Влад не выказывал прежде. Закончив мыться, я оделась в один из нарядов, который Влад упаковал для меня, и последовала за ним из отеля, голова у меня все еще шла кругом.
С момента нашей встречи, отношение Влада к своим людям было движущей силой всех его поступков. Он как-то сказал мне, что верит в Бога и Судный День,
но это все равно не изменило его жестокой тактики, потому как это единственный способ обеспечить безопасность тех, кто ему принадлежал.Я знала, он любит меня, но услышать, что он готов пожертвовать каждым своим человеком ради меня, повергло не просто в шок, поразило до глубины души.
Я не считала себя достойной подобной любви, в особенности от такого человека как Влад. Он – многовековой воин, который преодолел все, что человеческая и вампирская жизнь ему подкинула, а это были жестокие удары.
Кроме того, я немногое знала о людях из линии Влада, и все они были героями, мои скромные достижения бледнели на фоне их смелых подвигов. Кем я была? Нелепо удачливой девчонкой, влюбившейся в мужчину, который был из настолько далекой лиги, что представить сложно, вот кем я была.
В дополнение к восторгу от заявления Влада, я боялась за него. По причинам, которые я не могла постичь, он любил меня настолько сильно, что у плана Шилагая были большие шансы на успех.
Вдруг то, что со мной сделал Шилагай подтолкнуло Влада к безрассудной погоне за местью, которая, в конечном итоге, убьет его?
Кто знал, как долго продлиться эта война, и она уж стала грязнее и более жестокой, чем мы могли себе представить.
Если все станет хуже, доведет ли это до предела Влада, когда он будет готов на что угодно – даже на ужаснейшие поступки – чтобы защитить меня? Я не могла смириться с мыслью, что из-за меня Влад потерял бы все те лучшие черты в себе.
Влад столько пережил и умудрился не превратиться в монстра, которым был Шилагай.
На пике страха, меня наполнила решимость. Я не позволю такому случиться, остановлю его прежде, чем он пересечёт черту, став мстительным мужем, и превратиться в нечто иное. Если он любит меня настолько сильно, что я могу стать причиной его гибели, то я также могу стать той, кто все предотвратит, либо вернет его.
Я была настолько поглощена этой мыслью, что даже не спросила куда мы направлялись, пока Влад не остановился перед железными воротами кладбища с надписью Сент-Луис номер один.
Я огляделась и увидела призраков, которые бледными, вызывающими страх тенями парили вокруг многих склепов кладбища. Я задрожала. Дело во мне или температура упала на несколько градусов, как только мы дошли до кладбища, которое выглядело как плохое предзнаменование?
– Зачем мы здесь? – спросила я, задумавшись еще и над тем, почему мы здесь одни? Влад должен был привести свою охрану или он не прошептал бы свою потрясающую новость в нашей комнате.
– Чтобы увидеть знакомую, – ответил он. На мой подозрительный взгляд, он язвительно улыбнулся. – Мари Лаво принимает всех посетителей в своем склепе. И они ещё называют меня выпендрежником.
Имя показалось знакомым, но я не могла вспомнить точно. Но появление с другой стороны ворот крупного афроамериканца оборвало мои мысли на пол слове.
– Влад Цепеш, – произнёс он, почтительно склонив голову. – Тебя ожидали, и ты можешь войти. Тебя, – он перевел свой взгляд на меня, – не ждали и ты должна остаться здесь.
Я напряглась, а Влад лишь улыбнулся.
– Моя жена пойдет туда, куда иду я, в соответствии с законами обеих сторон.
Законами обеих сторон. У здоровяка не билось сердце, и я уже знала, что он не человек. Высказывание Влада сузило вероятности до одной: гуль. Я беспокойно переступила с ноги на ногу. Последний гуль, которого я встретила, пытался съесть меня, и не в самом романтичном смысле этого слова.