Чтение онлайн

«Человек, до искупления рода нашего Спасителем, не мог противиться страстям, хотя бы и хотел: они насильно увлекали его; они властвовали над ним против воли его. Христианин, при посредстве святого Крещения, свергает с себя иго страстей: он получает силу и возможность противиться страстям, попирать их. Но и искупленному человеку, обновленному, помещенному в духовном раю – в Церкви – предоставлена свобода: по произволу своему он может или противиться страстям и победить их о Господе, или покоряться и поработиться ими. Так и в чувственном раю предоставлено было на произвол первозданному человеку или повиноваться заповеди Божией, или преслушать» (свт. Игнатий Брянчанинов).

Всякая

душа, не препятствующая страстям действовать в ней, или, того более, потакающая им, проходит, согласно свт. Григорию Паламе, три состояния: во-первых, «как только мы открываем дверь страстям, ум тотчас рассеивается, блуждая все время по тленному и бренному, по многообразным удовольствиям и пристрастным помыслам»; во-вторых, ум, забывший Творца, «необузданный, он совращает и его (желание) в блуд и безрассудство… Когда ум расслабляется, сила истинной любви в душе приходит в упадок и, раздробленная на разнообразные сладострастные влечения, устремляется к желанию то нечистот непотребных, то дел срамных, то денег неправедных, то пустого и бесславного почета»; наконец, в-третьих, «человек уподобляется не просто неразумным тварям, но животным пресмыкающимся и ядовитым – скорпиону, змее, порождениям ехидниным».

Следует различать страстное состояние души от болезненного. Хотя и в том, и в другом случае внутренний мир человека подвергается глубокому расстройству, в крайних степенях которого страстное и болезненное почти совпадают, однако, причины их различны. Страстные состояния, как мы видим по мысли св. отцов, проистекают от свободного произволения человека и усиливаются по мере поощрения их. Кстати, мнение о том, что удовлетворение страсти уменьшает или прекращает ее, глубоко ошибочно; напротив, оно лишь способствует развитию греховных наклонностей. Страстное состояние души означает духовное ее повреждение.

Душевная же болезнь проистекает от, так сказать, поломки одной из трех сил души, в чем человек не властен. Например, при олигофрении (слабоумии) или т. н. реактивных психозах поврежден ум, но желание и воля сохранены; при шизофрении расстроена воля и частично желание, но ум вполне сохранен; при маниакально-депрессивном психозе имеет место расстройство желаний, но ум и воля не изменены. Душевное страдание отнюдь не означает духовного повреждения: душевнобольные несут свой особенный крест, а душа их, по словам свт. Феофана Затворника, живет своей жизнью и развивается собственным чередом.

Человек, делающий грех, в конце концов, делается его рабом. Всякий, не противящийся страсти, по сути одержим бесом, но не все, по милости Всеблагого Бога, доходят до степени абсолютного демонизма подобно Чикатило. Появление таковых становится возможным лишь в силу неверия и бездуховности нашего мира. «Чтоб не быть тебе в недоумении относительно благоденствия злых людей, знай, что как города содержат палачей не потому, чтоб похваляли их злейшее произволение, но для того, чтоб посредством их наказывать достойных того; так и Бог попускает злым преобладать в житейском для того, чтоб чрез них наказывать нечестивых. После же их самих предаст Он суду, потому что не Богу служа, а собственной злобе раболепно удовлетворяя, причинили они людям зло» (святой Антоний Великий).

Состояние общества в целом таково, что оно едва ли способно к покаянию и обращению ко Христу. Растление нравов, культ страстей, телевизионный «беспредел» достигли своего апогея. Поистине, лишь Божий Покров может сохранить человека конца XX века от демонской злобы. Православным христианам ныне подобает всеусердно пещись о душах своих, памятуя о Божием Суде: «Смертные должны

заботиться о себе, зная наперед, что их ожидает смерть. Ибо блаженное бессмертие бывает уделом преподобной души, когда бывает доброю, и смерть вечная сретает ее, когда она бывает злою» (святой Антоний Великий).

Всякая болезнь представляется нам врагом. Но, пожалуй, раку присущ самый устрашающий образ врага. Сложившийся стереотип представлений об этой болезни таков: мучительная, безжалостная, неизлечимая, смертельная.

Причины рака до сих пор неизвестны. Резкий рост онкозаболеваний в XX веке (3-е место в мире по уровню смертности после сердечно-сосудистой патологии и травматизма) связывают с прогрессом цивилизации и обусловленными им экологическими проблемами, изменением образа жизни человека и т. д. Думается, однако, что не одни лишь внешние причины играют роль в развитии этого недуга.

Какова сущность онкопроцесса? Опухоль вырастает из нормальных тканей организма; в какой-то момент нормальные клетки превращаются в ненормальные и начинают безудержно размножаться, отравляя организм продуктами своей жизнедеятельности, ущемляя здоровые ткани. Когда развитие опухоли доходит до некой критической точки (поражение жизненно важных органов или чрезмерная интоксикация), человек погибает. О злокачественной опухоли можно сказать так: изнутри, из тела человека, исходит то, что это тело убивает.

Человек, согласно Писанию, есть неразрывное единство души и тела. Душевное состояние человека, как известно, отражается в его теле: уныние, печаль или радость имеют характерные внешние проявления. Но не всегда состояние души отпечатывается во вне столь явно. Затяжные внутренние конфликты иногда прикрываются маской благополучия. Однако, в конце концов, душевный конфликт непременно отразится в теле, как в зеркале – если нечто «убивает изнутри» душу, то и в теле разовьется страдание, убивающее изнутри тело…

Что же смертельно для души? Кратко говоря: все, что не соответствует ее природе. По выражению церковного писателя III в. Тертуллиана, душа по природе своей христианка. Это значит: для нее естественно познавать Бога, стремиться к Богу, любить Бога и творить Его волю. Ей, нематериальной и бессмертной, невозможно быть целиком погруженной в мир исключительно вещественных попечений и сугубо низменных понятий. Ее томит пустота и бесцельность бытия без Бога. Трагическое несоответствие присущего душе стремления к свободе, чистоте, надмирности и скованности стихиями мира приводит к тому, что душа как бы мертвеет, погружается в летаргический сон. Христос уподобил таких людей мертвецам (Мф.8,22). Душа погружается во тьму, полную призраков. Ее манит несущественное – деньги, власть, почет.

Каждый остров, замеченный в дымке туманной,Кто из нас Эльдорадо своим не считал?И фантазия буйствует в оргии пьяной,Чтобы утром наткнуться на линию скал.(Ш. Бодлер)

В погоне за ними душа рассчитывает обрести устойчивость, смысл и цель бытия, но никогда не обретает. Тогда она либо ожесточается и окончательно помрачается, либо впадает в отчаяние. Последнее состояние носит хронический, затяжной характер; медицина именует его скрытой психогенной депрессией. Депрессия же подсознательно всегда тяготеет к саморазрушению. Рак и есть род самоубийства человека, не нашедшего себя.