Свет для падшего
Шрифт:
— Ты хоть представляешь, с кем ты разговариваешь, дерзкая девчонка? — процедил он, толкнув меня на диван и нависая сверху.
Он сильно сжал мои запястья, которые уже начинали неметь.
— Я мог бы движением одной руки вырвать из твоей груди свет. Не церемониться с тобой, а просто убить.
— Ну, так убей. Не придётся терпеть твою компанию — проговорила я, тяжело дыша.
— Неужели я правда так тебе неприятен, что ты готова умереть, лишь бы не находится рядом? Или ты настолько глупая? Такая же, как и все вокруг! Вы восхваляете того, кто обрекает вас на вечные страдания, того кому на вас плевать! На
— Мне больно, отпусти… — скривилась я.
Он ослабил хватку, но не отпустил.
— У тебя пока есть выбор. Отдать свой дар добровольно и исполнить любое желание, либо сопротивляться и умереть ради безумца, которому дела до вас нет. Решать тебе. Я лишь даю тебе шанс выжить.
— Безумец здесь только ты! — плюнула в лицо ему я.
Он отпустил мои руки и быстро поднялся, нащупав в кармане чёрный, расшитый золотом платок. Пока он вытирал лицо, я измученно села, разминая запястья.
— Ты монстр, — тихо произнесла я.
— А ты глупая, — холодно ответил он, стоя ко мне спиной и не поворачиваясь, сказал:
— Асмодей, уведи нашу дорогую гостью в её покои.
В помещение вошёл здоровенный накаченный мужчина со зверским выражением лица. Он быстро глянул, сначала на падшего, а потом на меня. А затем направился в мою сторону большими тяжёлыми шагами.
Я попятилась назад, и не заметив стену, вписалась прямо в неё.
— Пошли, — грубо сказал здоровяк.
— Азарий, — прошептала я со страхом.
— Агата, иди с ним. Ты устала, и разговор у нас всё равно не клеится, — также, не поворачиваясь, сказал он.
Последний раз, глянув в спину Азарию, я недоверчиво посмотрела на Асмодея, который небрежно схватил меня за локоть и повел от падшего прочь.
Мы шли по темному, сырому коридору, в котором тут и там виднелись полупрозрачные силуэты. Они плавно извивались и тянули ко мне свои бледные тонкие руки. Пару раз Асмодей на них злобно рыкнул, тогда они расступились, провожая меня голодным взглядом. Не упокоенные вселяли дикий страх, и я была даже рада, что меня ведет этот грубый, здоровый мужчина.
— Пришли, — рявкнул он, толкая меня внутрь небольшой, но уютной комнаты.
Он сразу вышел, закрыв дверь на замок. Сначала я стала в нее тарабанить и кричать, но все было тщетно. Меня никто не слышал.
Оглядев комнату, я увидела большую мягкую кровать, а у стены располагался овальный журнальный столик. Окон также не было, а стены были занавешены светло-бежевой тканью. В углу я увидела дверь, которая была не заперта, там находились туалет и ванная комната.
Когда душа живет в Светлом мире, в своем родном доме, у нее нет таких потребностей как прием пищи и нужда в туалет. Поэтому я немного удивилась, увидев его в промежуточном мире.
Впрочем, в скорости, я остро ощутила эти потребности. И если с туалетом все было понятно, то с едой дела обстояли куда сложнее. Не думаю, что тут в одной из комнат работает личный шев-повар Азария. Хотя, кто их знает. Я бы и такому уже не удивилась.
Я понюхала свой балахон, и поняла что мне пора в душ. Стало даже как-то неловко, что падший мог это почувствовать. На кровати лежало светлое лёгкое платье в пол, видимо приготовленное специально для меня. После душа я надела его и легла на
кровать, погружаясь в мысли и проигнорировав урчание живота.Я знала, что убить меня для Азария не составило бы никакого труда. Души с фиолетовым свечением очень уязвимы. Если силой вырвать свет, душа погибнет. Именно поэтому свет извлекает только специально обученный ангел, который занимается этим множество веков. Если заключить сделку, и передать свет добровольно — не умрешь, но можешь серьезно пострадать ментально. Чего мне тоже не очень хотелось.
У меня было множество вопросов, которые хотелось ему задать. Например, каким образом ему удалось убить ангелов, если они обладают бессмертием, и как он хочет избавиться от Бога? А самый главный вопрос — зачем? Мне слабо верилось, что это просто жажда власти и справедливости, тут замешано что-то еще.
«Нужно его разговорить. А для этого надо играть по его правилам» — подумала я, взбивая подушку и подминая ее под себя.
Сон долго не шёл. А ситуация с падшим не выходила из головы. Я плюнула ему в лицо — это уже поступок, достойный смерти. Но он сдержался, не стал причинять мне боль. Это как минимум странно для жестокого, безжалостного убийцы.
Сны были беспокойными. Мне снилось, что сущности хватают и тащат меня в какой-то тёмный угол, вонзая в моё тело острые как иглы клыки. Несколько раз за ночь я просыпалась в холодном поту от страха и снова засыпала. Мне снилась прошлая жизнь. Илиодор должен был забрать воспоминания о ней, но не успел, и она постоянно всплывала у берегов моего сознания. Частичка меня даже была рада этому, ведь я все еще помню дорогих моему сердцу людей и помню себя человеком, девушкой, женщиной, мамой. Я знаю, что такое любовь, отчаяние и страх за любимых людей и будущее.
Возможно поэтому, я не теряю надежды найти в падшем хоть крупицу света, таящуюся в глубине его темной души.
Я проснулась от странного ощущения, будто кто-то на меня смотрит. Открыв глаза, я увидела Азария, сидящего на стуле у кровати. Увидев, что я проснулась, он спокойным голосом произнес:
— У тебя не забрали воспоминания. Если хочешь, я могу помочь с этим.
— Откуда ты… — удивилась я, но не успела договорить, как он меня перебил.
— Не забывай, что мы связаны. Я чувствую тебя, твои мысли, эмоции, вижу твои сны.
— Ах, да, связь… Спасибо за предложение, но я пока не готова попрощаться с прошлой жизнью, — вздохнула я и обратила внимание на прикроватную тумбу, на которой стоял поднос с ароматными блинчиками и кофе с молоком.
Я сглотнула, нахлынувшую слюну.
— Что ж. Мое дело предложить. Главное, не затягивай с этим, ты не должна привязываться к прошлому. Да, и, кстати, это твой завтрак.
— Почему ты так добр ко мне? — вдруг спросила я.
Мужчина замер и немного округлил глаза:
— Добр?
— Ну, я была груба с тобой, а ты просто отправил меня спать. А теперь еще этот завтрак. Мог ведь бросить в какую-нибудь темницу, без еды и воды…
— Не подавай мне идеи, — улыбнулся он, — Просто я знаю, что добьюсь своего, нужно лишь немного подождать. И я не убиваю за плевок в лицо, как ты там себе напридумывала. — приподняв брови, проговорил он.
— А за что ты убиваешь?
— А ты бы за что убила, Агата? — заинтересованно спросил он.
— Ну, я бы вряд ли смогла это сделать.