Сварог
Шрифт:
— Ого, нас уже встречают! — воскликнул Белобог и замахал руками, приветствуя товарищей, которые шли к ним навстречу. Когда Сварог проследил за тем, куда смотрит Белобог, то увидел силуэты приближающихся людей: двое крупных светловолосых мужчин и двое молодых девушек. Один, что шел впереди всех, отрастил себе густую светлую бороду и выглядел на порядок старше остальных. Одет он был почти так же, как и Белобог, только рубаха у него была длиннее и на спине был завязан широкий кожаный пояс. Сварог отчего-то сразу подумал, что это был тот самый Велес - он своей внешностью, хмурыми чертами лица и тяжелой походкой, невольно напомнил ему о Велераде, которым Сварог когда-то, также как и Белобог, по-детски восхищался. Позади него шли две девушки издалека можно было заметить только то, что цвет волос одной
По крайней мере, хотя бы сегодня.
Глава 7. Мир тебе, Сварог.
Глава 7. Мир тебе, Сварог.
Сварог угадал, мужчина с бородой действительно оказался Велесом. Он показался ему добрым, но ворчливым мужиком. Так и есть, Велес всегда был добрым, участливым, посему и ворчал больше всех. Почему все вокруг, все время, заставляют его переживать? А с другим мужчиной ему было повезло меньше - это оказался Хорс. Обычный человек. Не огромное могучее чудовище, а всего лишь мужчина. Сварог оказался даже чуть выше него. Ему не терпелось скорее поближе познакомиться с каждым из них, увидеть собственными глазами всю их силу и мощь. Девушками, встретившими его, оказались темноволосая Дивия, сестра Хорса, и прекрасная Лада, увидев которую, Сварогу показалось, что перед ним воскресла его мать - так сильно Лада была похожа на неё, только волосы были светлые и глаза не того цвета. Его сердце замерло, не зная, радоваться ему или печалиться. Сварог, не поверивший глазам, ещё долго на неё смотрел, чем вызвал смех у мужчин и смущение самой Лады. Он понял, что выглядит глупо, посмеялся вместе с ними и попросил прощения у девушки, на что она мягко улыбнулась и сказала, что рада, что он, все-таки, решил прийти к ним Ирий.
На протяжении всего дня, пока Лада была рядом, он не мог сдержать свой взгляд и не посмотреть на неё ещё разочек.
Приняли его радушно и тепло, что не могло не радовать Сварога. Ему не говорили столько приятных слов, казалось, за всю жизнь. Они и глаза его добрыми назвали, и дух сильным, а сердце чистым и нетронутым. Он впервые попробовал пшеничную кашу, мед и яблоки. И даже Ирийское вино! Оно ему особенно понравилось. Женщины, узнав, что к ним пришел гость из другого мира, захотели показать ему все своё мастерство и тут же принялись за стряпню. Не одной же кашей его бедного кормить? Он, в конце концов, проделал такой длинный путь, чтобы встретиться с ними! К трапезе присоединился Перун, который сначала показался Сварогу очень серьезным, неулыбчивым человеком, но Велес быстро привел его в чувства, и вот они уже сидели все вместе, смеялись друг над другом. На душе Сварога сделалось тепло от той доброты и трепетности, с которой обходились между собой Ирийцы. Он никогда и мечтать не мог о том, что видел перед собой сейчас.
— Мы рады, что ты пришел, хоть и думали, что так и не захочешь, — сказал Перун, откусив яблоко. Оно оказалось таким сочным, что сладкий сок тонкой каплей потек из его рта к его подбородку, — С твоего огорода яблоки, Велес? — тут же догадался он. Велес коротко кивнул.
— Надолго ты к нам? — спросил Велес. Сварог смутился от вопроса, не зная, как объяснить им, что он пришел к ним жить, а не в гости. Украдкой бросил взгляд на Белобога, который что-то обсуждал с улыбающейся Дивией. Тот поймал его взгляд, но не понял, что происходит, потому что успел потерять суть диалога. Сварог понял, что ему придется объясняться самостоятельно.
В целом, справедливо.
— Навсегда, если позволите, — ответил Сварог. Да, и, если не позволите, придется смириться. Куда ему ещё идти?
Велес и Перун переглянулись между собой, видимо, пытаясь спросить, знает ли кто-нибудь из них, почему Сварог останется навсегда и
почему их не предупредили. Сварог напрягся и снова посмотрел на Белобога, его порыв поддержали Старшие Боги и тоже оглянулись на мило воркующего с Дивией молодого Бога. Тот, наконец заметил на себе взгляды и подошел к ним ближе.— Что такое? — спросил он и присел рядом со Сварогом.
— Ты не говорил, что Сварог к нам навсегда, — начал Перун. Его слова обратили на себя внимание и всех остальных жителей Ирия, которые уже успели расслабиться и начать обсуждать свои рутинные проблемы и дела. Наступила тишина.
— А что такого? Будто в Ирие места мало. Вы не рады?
Сварог тоже хотел услышать ответ на этот вопрос. Казалось, бы почему они должны радоваться? Они не знают Сварога, он чужой для них человек. В Ирие и без него хорошо живется
— Мы бы хоть место для ночлега ему приготовили, Белобог, так дела не делаются, — ответил Перун. Белобог не ответил, только сейчас подумав о том, что Сварогу негде жить.
— Поживешь у меня, коль хочешь остаться, но только до тех пор, пока не построишь себе избу, — начал Велес, его не волновал вопрос о том, где он будет жить, для него была проблема посерьезнее этого, — Но отчего ты землю свою родную бросил? Она тебя кормила, растила, жизни выучила. Чем она заслужила участь быть брошенной тобой?
Как поверить тому, кто бросил свою Родину? Что может стать заверением того, что бросивший родную землю, вырастившую его, не бросит не родную, ту, которая его приютила его? Велес тронул за то больное, которое ещё не успело зажить. Совесть и без того мучила Сварога, непрерывно спрашивая то же, что сейчас спросил его новый друг, отчего тревога и стыд, терзающие его, загорелись в его груди ярче, и он на миг потерял способность говорить. Он не хотел себя оправдывать, все его тело будто бы сопротивлялось трезвому рассудку, не позволяя своим товарищам объяснить своё плачевное положение. Сварог думал, что только он повинен в том, что произошло и считал справедливым подозрения Велеса.
— Хотун его убить хотел, что ему ещё оставалось делать? — вступился за друга Белобог, почувствовав, что эти вопросы, мало-помалу снова начинают загонять его товарища в болото боли и уныния. Услышав слова Белобога, все ирийцы переглянулись, то ли не поверив, то ли не расслышав. Не видано было в Ирие убийство, оттого им казалось, что и в других мирах такой же мир царит, но они, к великому сожалению, ошибались. — Он еле спасся и пришел ко мне за помощью! — но Велеса, казалось, его слова не убедили, он задал вопрос Сварогу и ждал от него ответа. Прекрасно, что Белобог за него ручается, но готов ли сам Сварог поручиться за себя или ждать ирийцам беды от его присутствия?
— Моя земля ничем не заслужила эту участь, — сказал, наконец, Сварог. Он вдруг понял, что нельзя допустить того, чтобы Белобог все время его защищал и говорил за него. Чужак здесь только он и только от него самого будет зависеть, примут его или объявят изгоем. Он нашел в себе силы рассказать обо всем самостоятельно и продолжил говорить, — Она заменяла мне мать, когда у меня её отняли, заменяла друзей, когда их всех лишили жизни на моих глазах. Я отказывался идти с Белобогом именно потому, что не хотел стать предателем Родины, но смерть, в конце концов, добралась и до меня самого. Я смог сбежать от рук палачей, которые хотели задушить меня в моей же постели. И пришел к вам, за новой жизнью и просьбой принять меня в своем мире. Так как на своей земле мне, увы, не выжить. Я обещаю, что вложу все усилия для процветания вашего дома. Я отблагодарю вас своей преданностью и сделаю все возможное, чтобы вы не пожалели о том, что когда-то дали мне кров над головой.
Велес выслушал, внимательно глядя ему в глаза, увидел, что не врёт. Он понимал, что молодому Сварогу, за свою короткую жизнь пришлось многое пережить. Велес сочувствовал ему, как человек, но и впустить в свой дом кого попало он не мог, оттого и заставил Сварога рассказать всё несмотря на то, что это причиняло ему боль. Пора ему все оставить в прошлом, если он действительно хочет начать новую жизнь.
— Мир тебе, Сварог, — сказал Велес. Белобог, сидящий рядом, украдкой выдохнул. Сварог не совсем понял Велеса, поэтому вопросительно посмотрел на своего друга, пытаясь понять, почему он радуется.