Чтение онлайн

Глаза запекло от подступивших слёз.

Либи ещё раз обняла Генри и печальным шагом отправилась наверх.

— Долго ты жил в браке с Беатрис? — вырвалось у меня.

Я хотела всё знать. Имела право. Хотела знать всё, что нас когда-то связывало, но сделалось прахом.

— Девять лет, — поглядел мне в глаза Генри.

— Девять?! — воскликнула я.

— Что тебя удивляет?

Все мы знаем, как быстро стареет женщина.

— И не завёл детей? Ты ведь так хотел…

— Не завёл. Беатрис не хотела.

Леди Элизабет, которая всё это время сидела молча, прочистила горло.

—

— Мама, ну не только поэтому. Сэр Грон был моим наставником.

Леди Элизабет скромно улыбнулась и перевела на меня взгляд.

— Либретта очень любит Генриха. Пока как отца, но в ней уже проявляются женственные порывы, — сказала она.

— Я заметила, — произнесла я, поглядев на Генри, и с трудом сдержала порыв ревности.

— Но Либретта ещё молода, а я очень хочу внуков, — многозначительно добавила герцогиня. — Если родишь бастарда, знай, он не будет нуждаться.

— Перестаньте, мама, Трис не желает…

— Генри уже говорил… — мы заговорили с ним одновременно. — Спасибо, — добавила я, встретившись взглядом с герцогиней.

— Вот и славно. А теперь идите спать, я вас отпускаю.

Мы вошли в спальню. Генри закрыл дверь, и уже с порога мы начали целоваться.

Крепкие руки паладина нежно сжимали мою талию, пальцы ласкали позвоночник, словно виолу, и по коже разбегались волнующие мурашки. По жилам горячо растекалась кровь.

— Милая моя, я видел, как ты сверкала глазами на малышку Либи, как разъярённая кошка! — Генри рассмеялся возле моего уха. — Тебе не о чем волноваться, в моём сердце есть только ты. И всегда в нём будешь только ты. Я никогда не пожелаю других женщин. Я люблю тебя.

Я затрепетала от признания. Слёзы брызнули из глаз. Не в силах произнести ни слова, я обняла паладина за шею и прижалась дрожащим телом, не желая расставаться ни на миг. Прильнула губами к его шее.

— Возьми меня с собой в поход, — прошептала я.

— Невозможно, — хрипло ответил он, ведя губами и языком по шее и спускаясь поцелуями к ключице.

Тело била дрожь. Дыхание сорвалось. Я замерла от предвкушения сокровенной ласки. Плавилась под прикосновениями паладина, как свеча, и совершенно не могла сопротивляться.

— Но… но… там опасно, а мой огонь может помочь, — выдохнула я, наконец, собравшись с силами.

Генри отстранился и поглядел в глаза.

— Трис, я не могу тебя взять. Это выдаст твою магию. Ты была в руках тёмного, а значит, мне придётся надеть на тебя магические кандалы и отвести на суд.

— Генри, возьми меня, возьми, как целителя. Я не буду выдавать свою магию, но в критический момент она может спасти жизнь! Вспомни дракона! Ты один его бы не одолел!

— Трис… — понизил голос Генри, ухватив меня пониже спины. — Отшлёпаю! Если ещё раз об этом заговоришь. Единственное, куда я согласен тебя взять — так на эту постель! — кивнул потемневшим взором на кровать. — А рисковать тобой я больше ни за что не намерен!

Вербена сводила с ума. Вдох. Выдох.

Судорожно дыша, я стараясь держать себя в руках, но это было невозможно трудно. Любимый мужчина сжимал в крепких объятиях.

За свою жизнь он много страдал, воевал, потерял любимую женщину. Он хотел наследника, но Беатрис не позволила ему за девять лет брака… Пресветлая, за девять лет! И он терпел!

— Я схожу в уборную, — сказал он. — Потом раздену тебя и поцелую везде, как захочу. Заодно расскажу о способах успокаивать разбушевавшийся внутри огонь. Я обещал.

Голова закружилась, ноги ослабели, и сердце заколотилось от предвкушения.

Генри отстранился, подошёл к прикроватному столу и вынул баночку с мазью, поставив на столешницу.

— Что это? — изумилась я.

— То, что позволит тебе насладиться нашим занятием, ни о чём не тревожась.

— Ты позаботился? — не верилось мне.

— Видел, как ты волновалась при моих прикосновениях. Я не хотел остаться без сладкого.

Паладин стянул сорочку и брюки, стоя по другую сторону кровати, и отправился в уборную.

Заплескалась вода.

Я с опустошением присела на кровать, сжав пальцами покрывало и поглядела на баночку с мазью.

Хватит бегать от своего предназначения. Не зря Пресветлая вернула меня из лап Тёмного. Не для того, чтобы я шла воевать. Моя магия не спасла меня, но ребёнок, которого я рожу, может дать надежду ордену паладинов на продолжение. Я хочу стать матерью. И ещё больше я хочу, чтобы Генри стал отцом. Он любит меня чисто и искренне. Не давит и не настаивает на ребёнке, мазь вот сам принёс. Он принимает меня и мой выбор.

Осталось мне сделать свой.

Я дотянулась до баночки, подошла к камину и подкинула в огонь вместе с ещё парой поленьев, чтобы стало светлее.

Паладин вернулся в комнату в халате и застал меня на коленях у огня. Присел рядом и увидел в пламени баночку.

— Ты уверена? — поглядел на меня ошалевшим взором. — Правда этого хочешь?

Лицо его озарял свет языков пламени. Серые глаза искрились тёплым мягким свечением.

— Да, — кивнула я. — Очень хочу.

Генри нежно поцеловал меня и прижал к себе:

— Клянусь тебе, я всё сделаю, чтобы ты ни о чём не пожалела.

Я обвила руками его плечи, расслабилась и отдалась его власти. Генри перенёс меня на постель и положил, потянул вверх подол платья. Поцеловал оголённое колено, проведя рукой выше по бедру.

Я засмущалась и сдвинула ноги. Неужели паладину ведомы особые поцелуи, о которых говорил Расс? Вот уж не верится!

— Что ты делаешь, Генри? — прошептала я, сдерживая судорожное дыхание.

Пальцы, гладящие его влажные волосы, задрожали и похолодели. С губ срывались стоны, я выгибалась и закусывала губы в исступлении от ласк.

Он коснулся горячим языком тугой горошинки между ног, я вознеслась к небу, но осыпаться пеплом мне не дали. Быстро убрали язык от самого чувствительного места и потянулись невесомыми поцелуями вверх.

— Пресветлая… — простонала я. — Пожалуйста, Генри… Иди ко мне…

— Не так скоро, огненная моя, — хрипло прошептал паладин.

Генри взял за запястье и прижал к постели, второй рукой принялся развязывать корсет. Я податливо выгнулась, помогая себе освободиться от одежды.