Строптивая сиротка для Айсберга
Шрифт:
И как вот этим можно пахнуть? Дурдом. Завтра же верну толстовку.
Хотя нет, завтра суббота, в понедельник верну или никогда. Вообще возьму и выброшу. Меня начинает колотить. Нервы совсем разошлись. Он же меня травил всю неделю, всё не то и не так ему было, постоянно недоволен и хмур.
Иди Маша туда не знаю куда, принеси мне черевички как у царицы да цветочек аленький. Я даже Ивану нажаловалась, тот только руками развёл. Мол, сама понимаешь сын босса.
Чая все ещё хочется, но домой сильнее.
–И чего спрашивается, тиранил меня всю неделю? Отстал бы
Глава 7. Маша
Нерешительно замираю перед дверью говно-босса. Прислоняюсь лбом.
Ну, чего тянуть то? Надо идти сдаваться, раз решила.
Вчера мы снова полночи переписывались, потому что у меня еще была надежда договориться и решить вопрос иначе. Две недели тирании и откровенных придирок, глупых поручений и вечных замечаний. И вывод неутешительный: Снежинский мстит мне за отбитые яйца. Прилетела ответочка.
Уже после первых дней стажировки, мне очень хотелось уволиться.
Но в доме у Сафоновых начались разговоры на тему:
– Маша, ты уже совсем взрослая, работаешь, а значит, сама себя можешь содержать.
Отец Кати за ужином сказал, что отменяет моё ежемесячное содержание, и намекнул, что как только получу квартиру надо бы съехать.
Было очень неприятно, хоть и ожидаемо.Учитывая что никакой привязанности между нами не случилось. А Катя молча ела салат, даже слова не сказала. Она ведь тоже зарабатывает, но ей дотации не отменили.
А потом еще смска пришла с авансом. И я чуть соком не захлебнулась от увиденной суммы. Думала какая-то ошибка, утром позвонила в бухгалтерию.
Всё верно. Просто у меня очень хорошая зарплата. И перспектива оказаться на улице. А если ещё и без денег, то совсем страшно.
Глупо делать вид, будто я не понимаю, чего Кай от меня хочет. Он хочет закончить то, на чём мы остановились в клубе.
Уязвленное самолюбие? Да какая мне разница. Я просто не хочу потерять эту работу. Мне уже и так не раз намекнули, что я блатная, еще и косячу. Блин, это первая работа. Я научусь всему, если меня конечно не вышибут.
Стучу. Толкнув дверь, захожу в кабинет.
Кай говорит по телефону, смеется. Заметил меня, но все равно продолжает разговор. И по обрывкам фраз понимаю, что его собеседница девушка.
У меня начинают гореть щеки, топчусь на месте, не зная, что делать дальше.
– С меня ужин. Да, ладно я сам тебя позже наберу.
– отбивает звонок.
– Привет. – прокашливаюсь.
– Привет, каратистка.
Это никогда не кончится. Я уже извинилась сто раз, но ему этого мало.
– Я могу извиниться еще раз. Но тебе ведь не это нужно?
Устав от вечных придирок и замечаний, я начала огрызаться и между нами стали случаться перепалки, в которых мы незаметно перешли на ты. Когда мы спорили в последний раз Иван надел 3д-очки,достал поп-корн и попросил остальных заткнуться.
Я заткнулась первая, как только до меня дошло, что весь отдел с интересом следит за нашими разборками. Стояла красная, как рак от стыда, а Кай отобрал попкорн у Ростова со словами:
– В следующий раз купи сладкий! – свалил к себе в кабинет.
Мне
хотелось сквозь землю провалиться, а он шёл и ел попкорн!Я злюсь и это очевидно, но Айсберга это не трогает. Иван рассказал, что это прозвище к нему приклеилось еще в подростковом возрасте, тренер по боксу так прозвал. Вот уж действительно ледяная глыба, ничем его не пронять.
– Нет, не это. – Снежинский крутит в руках ручку, слегка покачиваясь в кресле.
– Мы оба понимаем, что наше знакомство началось неудачно. И этого не исправить. И то, что ты оказался моим боссом, меня тоже не радует. Но мне нравится в компании, и мне очень, нужна эта работа.
Я максимально честна. Пожалуйста, услышь меня.
– Это я уже понял, иначе ты бы уже давно сбежала. – усмехается— Не каждая выдержит такую стажировку.
Сверлим друг друга взглядами.
– Ты блатная, без образования, без опыта и косячишь. На той неделе не на ту почту отправила прайс, а когда и без того проблемный Прохоров наконец-то к нам дозвонился, ты ему нахамила. Это чуть не стоило мне контракта.
Да блин, я и так была как лошадь в мыле от твоих же тупых поручений и вечных претензий, расстроенная этой историей с почтой. И этот Прохоров так не вовремя позвонил. Зачем я вообще взяла трубку? Потому что Леночка рыдала в туалете после очередного расставания с парнем.
– Всё так и я, правда, сожалею, но я исправлюсь, и буду очень стараться! – складываю руки в молящем жесте.
Давай поверь мне, говнюк.
– Этого мало, Маша. Что ещё ты можешь мне предложить? – щурится качок, азартно прикусив губу.
Не прокатило. Он и сам понимает, нет у меня ничего. Кроме меня.
– Секс? Ты этого хочешь? – хриплю убито.
Не договорились. Придется продаться. Возможно, это не такая уж высокая цена за шанс найти сестру.
– Хочу, по-моему, еще в клубе это было очевидно. Я парень настойчивый и изобретательный. – хмыкает подмигнув мне.
Это он намекнул, что сделает мою жизнь еще веселее? Тогда меня точно вышибут. Зажмуриваюсь, мысленно стараюсь договориться с внутренним ребенком.
Зарёванная девочка внутри топает ногами и орет что это нечестно. Но в моей жизни вообще было мало справедливости. Начиная с того, что родная мать отвезла нас с сестрой в детский дом. Она любила нас, я это точно помню, значит, была причина. И я её выясню, но для этого мне нужны деньги, много денег.
– Я согласна, но у меня есть условие. Это будет один раз, плюс ты гарантируешь мне успешное прохождение стажировки и премию равную зарплате ближайшие три месяца.
Если мне придется переехать у меня должна быть подушка безопасности.
– Согласен. Но у меня тоже условие: мы сделаем это прямо сейчас.
Кай встаёт с кресла, что-то быстро пишет на цветных стикерах и лепит на монитор компьютера.
Когда мы подъезжаем, к какому-то пригородному отелю я понимаю, что погорячилась. Очень, мне страшно.
Я никогда особо не цеплялась за свою девственность, есть и есть, но всегда думала, мой первый раз будет с парнем, который мне будет нравиться. А не бесить. И почему у меня всё через жопу?