Страсть. Ненависть. Любовь
Шрифт:
Я прикоснулся к его щеке и, огладив теплую скулу, запустил пальцы в его светлые волосы. Леви положил руку мне на плечо и резко притянул ближе. Наши тела столкнулись, языки сплелись, и от хриплых звуков удовольствия Леви у меня почти подкосились ноги.
Черт, от издаваемых им звуков у меня заболел член, готовый ринуться в бой. Но если раньше я поторопился бы отпереть дверь и оказаться внутри вместе с Леви, то сейчас точно знал, что делать, чтобы завоевать столь долгожданное доверие этого мужчины.
Леви хотел доказательств, что он важнее еще одной зарубки на столбике моей кровати. Он хотел увидеть,
Черт возьми!
Это означало, что сегодня ночью он ляжет спать… один.
Нехотя я отстранился и выпустил Леви, затем поднес пальцы к губам, чтобы прикоснуться там, где сохранился его поцелуй.
— Восхитительно, — произнес я. — Спокойной ночи, Леви.
Я сделал шаг назад, и Леви, поняв, что продолжения не будет, нахмурился.
— Приятных снов, — пожелал я и лучезарно улыбнулся. Я мог сделать только это, чтобы не прижать его к стене. Затем я заставил себя повернуться и отправиться в собственный номер.
Ты можешь это сделать. Шаг за шагом.
— Киллиан?
Услышав голос Леви, я оглянулся и понял, что если сейчас же не уберусь отсюда, то все мои благородные побуждения окажутся пшиком.
— Что?
— Все в порядке?
Кроме того, что я пожертвую сегодня самым желанным ради доказательства серьезных намерений?
— Да. Я сегодня отлично провел время.
— Ладно. — Леви покачал головой и быстро вернул своему лицу нейтральное выражение. — Спокойной ночи.
Я отрывисто кивнул, и через секунду он исчез в своей комнате. А я, не дав себе время передумать и вернуться, поспешил к себе в номер.
ГЛАВА 20
Киллиан
— Подождите, стоп. Давайте включим звук на микрофоне Киллиана и начнем снова. — Наш тур-менеджер Патрик расхаживал перед сценой, а затем, остановившись, оглянулся на микшерную будку в задней части стадиона, чтобы убедиться, что звукорежиссеры следуют его приказам.
Получив «добро» от команды, я заговорил в микрофон, и они продолжили настраивать звук, но тут Патрик снова покачал головой.
— Можно нам еще один микрофон? — крикнул он. — Эй, кто-нибудь?
— Да выключите вы его. Все равно никто не придет слушать Килла, — закатив глаза, бросил Вайпер.
Я показал ему средний палец, и в этот момент Леви крикнул из-за кулис: «Нашел!» Он появился на сцене через несколько секунд с новым микрофоном.
От моего внимания не ускользнуло, что он по-прежнему не смотрел в мою сторону и только коротко кивнул, когда мы прибыли на место встречи. После того, как я подумал, что в наш совместно проведенный день смог до него достучаться, похоже, Леви проснулся сегодня и снова возвел вокруг себя крепость.
Сказать, что я был разочарован — ничего не сказать.
Я снял микрофон с подставки, и Леви за ним потянулся, но я крепко сжал руку, ожидая, пока мужчина на меня не посмотрит.
Когда он, наконец, поднял глаза, я улыбнулся.
— Привет.
— Привет.
Проклятье. Как всегда коротко и по-деловому. Совсем не похоже на мужчину, с которым я вчера ужинал. Черт возьми. Весь прогресс накрылся медным тазом.
Леви
протянул мне новый микрофон, и стоило его взять, вытащил старый из моей руки и пошел обратно со сцены.Серьезно, какого хрена я сделал? Прошлой ночью я вел себя как истинный джентльмен, хотя все, чего хотел — затащить Леви в комнату и сорвать с него всю идеально выглаженную одежду.
Леви был вспыльчивым. Трудным. И самым упрямым среди всех моих знакомых. А я, между прочим, работал с Вайпером.
Леви явно хотел заставить меня побегать.
Снова сосредоточившись на проверке звука, я заметил Вайпера, ухмылявшегося мне с другого конца сцены, отчего зачесались руки и безумно захотелось подойти и стереть это выражение с его лица. Самодовольный придурок уже заполучил своего парня. И это казалось легко.
К несчастью для меня, ничто в жизни Леви Уолкера не было легким.
Я проверил микрофон, сказав несколько слов. Громкость, вроде бы, увеличилась, а затем Слейд заиграл «Трудно». Я присоединился к нему, перебирая струны баса без усилий, потому что мне больше не нужно было об этом думать. Мы играли эту и другие песни из нашего альбома «Искушение» так много раз, что я мог бы исполнить их во сне, если бы пришлось. Трепет слушавшей толпы никогда не надоедал, но мне уже не терпелось сочинить что-нибудь новое. Хейло и Вайпер написали большинство песен в этом альбоме, и, хотя мне они нравились, все же скучал по своим словам в песнях группы. Как только мы вернемся в Нью-Йорк, я сразу же отправлюсь в студию.
Песня закончилась, и Патрик кивнул.
— Звучит неплохо. Тебе как, нормально?
— Вполне, — ответил я.
— У кого-нибудь еще есть проблемы?
— Я слышал, что Слейду трудно, не встает, — ухмыльнулся Джаггер.
Слейд приподнялся позади своей установки и нацелил барабанную палочку в голову Джаггера.
— Какого хрена, чувак?
— Это не моя вина. Просто пытаюсь тебе помочь. — Слейд швырнул палочку в Джаггера, и тот, уклонившись от атаки, рассмеялся. — О, разве я сказал «не встает»? Я имел в виду, что ему трудно, и он отстает. Ошибочка.
Слейд вышел из-за ударных, и последовал спор, а я стянул ремень через голову и поставил бас-гитару сзади на подставку, чтобы команда позаботилась об инструменте. Я не собирался смотреть очередное представление броманса Джаггера и Слейда, какими бы они ни были забавными.
Мне нужно разобраться с упрямым менеджером группы.
Я отважился уйти со сцены, но Леви не было за кулисами. Я спросил о нем некоторых членов команды, но те пожали плечами, будто следить за Леви не — их работа.
Вообще-то, нет, не их, но мне это никак не помогло, верно?
Сделав полный обход, но так и не отыскав нашего менеджера, я вздохнул и направился в раздевалку, собираясь посмотреть, приготовлена ли еда.
Толкнув дверь, я заметил разыскиваемого обладателя светлой шевелюры и остановился.
Леви держал в руках планшет и, казалось, считал каждую банку содовой, каждую бутылку воды и проверял, все ли продукты на нашем столе учтены.
— Так и думал, что найду тебя здесь, — сказал я, ногой захлопывая за собой дверь и закрывая замок. Леви резко повернул голову в мою сторону, а потом посмотрел на запертую дверь.