Странный вождь
Шрифт:
Мои жёны, как обычно, с утра отправились в академию. И уже ближе к полудню ко мне, и явно похлопотать за дочку, вызвалась мама Эминэлла. Отказать тёще было невозможно. Симпатичная и, главное, душевная эльфийка лет под девяносто выглядела совсем молодой женщиной. Да, копия дочки, просто слегка повзрослевшая. Такие же светлые густые волосы до пояса и какие-то большущие, и совсем не эльфийские сине-голубые глаза и маленький носик меж ними. И фигура ладная, просто немного погрузневшая и бёдра чуть пошире. Понятно, что рожала. Кстати, у неё вполне наблюдались примерно пятый уровень по воде и третий по магии жизни. И её муж Сатиэль Саракерт тоже выглядел весьма неплохо и, как я видел, имел четвёртый уровень по стихии земли и второй по магии жизни. Да, неплохие способности! Но, жаль, что не получилось у пары выучиться на магов, но кое-какие знания и умения они за долгую жизнь всё же приобрели.
Лэр Сатиэль,
Жаль, но четыре с лишним десятка лет назад после Краха, то есть, уничтожения Орхея, молодая орхейская семья очутились в клане Лазоревого облака. И князь Пурисэль силком заставил лэри Эминэллу какое-то время сожительствовать с собой, и от этой связи и родилась моя жена. Подло, но, как мне было уже ведомо, такие деяния в эльфийских кланах и других местах, и, кстати, и в людских владениях, являлись вполне обыденной вещью. Право владетеля, которым сплошь злоупотребляли не только разные правители, но и менее значимые владетели. К счастью, такое средь сувар не имелось, и оно мне было глубоко противно!
После полного уничтожения Орхея полсотни лет назад, всё же уцелело немало бывших орхейцев, точнее, тех же эльфов. Они теперь были разбросаны по многим эльфийским кланам и в основном влачили жалкое существование. Всё-таки не приняли другие кланы их равными, всё мстили. Когда-то Орхей являлся сильным и богатым владением, соперничающим даже с Великой Тартарской империей и, главное, кланом Золотого руна. Вот они вместе с другими врагами сильно постарались и полностью уничтожили княжество. К счастью, уцелел Призрачный замок, так как находился под могущественной магической защитой, и достался мне. Уцелели и разные богатства! Но теперь я возродил Призрачную стену, и Призрачные земли опять оказались недоступными чужим. И мне однозначно требовались хоть какие-то подданные. Я ясно понимал, что бывшие орхейцы обязательно захотят вернуться на Родину. Хоть они тоже являлись такими же подлыми эльфами, но не мог я и не думал препятствовать их возвращению! Конечно, мне хотелось заселить пустующие земли больше суварами, но это являлась не совсем простым и весьма опасным делом. После смуты в своём родном клане у меня и к своим соплеменникам доверия не было! Их тоже требовалось тщательно выбирать. Так что, пока приходилось собирать подданных со всего света. И я уже и начал!
Кстати, эльфийка принесла и большую рукопись с описанием своей жизни в Орхее, понятно, что ещё до Краха. Надо же, как она быстро справилась! Ладно, почитаю. Насколько мне было известно, и её муж, конечно, тоже по моей просьбе, пока работал и находился довольно далеко до конца своей работы. Мама Эминэлла сразу же сообщила, что уже имела со своей дочкой несколько бесед. И она будто вовсю раскаивалась в своём проступке и только и желала моего прощения. Раз так, то чего же и сама не пришла? Мне ведь с ней, а не мамой Эминэллой жить!
— Мама Эминэлла! Тяжело мне с Эминэллой! Я ведь не подлый льстец Ажинэль, чтобы морочить голову легкомысленным девам и женщинам. К сожалению, я даже жён толком развлечь не могу. Сильное упущение, но, что делать, пока так, как он, обольщать не научился. Вот, позвольте немного рассказать о нападении, как я это видел. — И я и на самом деле рассказал маме Эминэлле о нападении на себя. Хотя, она и так многое знала. — Знаете, я никого из этих учеников не знал, но Эминэлла и Юсиэлла были с ними знакомы и как бы немного и дружили. И теперь, получается, это я виноват в гибели друзей жены. А ведь они убили извозчика и моего охранника и чуть не перебили всю семью в том доме, который захватили. Просто не успели. А Ажинэль и его любовница Тариэлла вообще сидели под Пологом невидимости и сильными иллюзиями, и я их просто не видел. Кто-то же дал им такие ценные артефакты? Вряд ли их собственные? Они ударили по мне, но немного промахнулись, и их магический удар опять пришёлся по экипажу. А там, между прочим, раненный Тамир, наш наёмник, при смерти лежал. Но меч я достал быстрее и сходу сразил парочку. Да, был сильно сердит и оттого и вонзил свой меч подлецу ещё и в голову. Чтобы точно никак не смог ожить! Между
прочим, и эльфы из клана Золотого руна сидели под Пологом невидимости и сильными иллюзиями. Я их тоже не видел и оттого и получил стрелы в упор. Вот так и было, мама Эминэлла. Если не верите, вещи Ажинэля и Тариэллы все у нас. Там и такие артефакты имеются, и чуть ли не восьмого уровня. Просто я не стал болтать об этом никому, чтобы не забрали.— Да, Акчул, про то, что нападавшие сидели под Пологом невидимости и иллюзиями, мне девочки ничего не говорили. Про это, похоже, пока просто неизвестно. И явно всё было продумано более важными лицами, чем эти ученики. Ещё и разные кланы? Только клану Золотого руна посильно объединить их вместе. Похоже, была ещё и одна группа, но она просто наблюдала и не вмешалась? И там как раз и находились главные лица. Точно, Акчул, сильно повезло! Я рада, что у нас такой сильный князь!
— Благодарствую, мама Эминэлла, за столь лестные слова. Честно говоря, и у меня хорошие жёны. Просто мы никак не можем зажить спокойной семейной жизнью. Всё нам мешают. Я уж о желании многих врагов убить себя даже вспоминать не хочу. Но, вот, как говорят, именно клан Золотого руна подло натравил южных тварей и степняков на Аэлиту. Вроде, эльфы оттуда находились неподалёку и как бы и спасли одного её охранника. Если бы я там случайно не оказался, её бы уже и в живых не было. Но даже она ни капельки меня не любит и сейчас как раз больше всех озлоблена.
Да, много с чем мне пришлось столкнуться за это время! Как ни жаль, больше с разными подлостями, даже со стороны как бы и близких. Как в одной песенке у меня в голове, хорошими делами прославиться нельзя!
— К сожалению, поведение многих молодых людей, особенно знатных, оставляет желать лучшего. Я не знала, что тут, Акчул, всё так тесно связано. Даже моя дочка, получается, постоянно крутилась рядом с теми, кто доставлял Вам разные неудобства.
Мне хотелось лишь ругнуться, но, жаль, не в присутствии же тёщи. Вместо этого я, чтобы убедить её хоть в чём-то, опять пустился в пространные рассуждения. Может, и поможет?
— Да, так и получается, мама Эминэлла. Словно и она одна из них! Могла и стать! А ведь нам надо быть сильно осторожным. К уничтожению Орхея, сами знаете, причастны почти все эльфийские кланы! И узнай они о нас, что тут начнётся! Наверное, даже наш дом штурмом попытаются взять! И Тартарию уже вовсю раздёргивают в разные стороны беспрерывными заговорами те же эльфы, прежде всего, клана Золотого руна. А Тайное отделение и служба охраны нашей академии пытаются строить всякие подлости почему-то именно мне и моей семье. И даже моя милая жена льёт слёзы по какому-то подонку! Никак не хочет осознать, что пора поумнеть и думать о своей семье и даже стране! Она же мне и сильно нравится! И хочется видеть её и свою дочку всегда рядом, а не где-то там, и чтобы они не страдали! Ведь все трое сами же напросились… я их силком замуж не брал. Один раз уже крепко поссорились, и не по моей вине. Думал, всё прошло, милые мои опомнились. Но, надо же, не совсем. Мне тут лечиться надо, но вместо этого приходится думать и переживать за целостность своей семьи. Я же своим жёнам ничего плохого не сделал. Наоборот, у нас впереди столько дел, а мы тут лаемся!
Вот, уже оправдываться перед тёщей стал! Чуть сам в слёзы не ударился. Потому что несправедливо! Я им любовь, а мои жёны мне только подлостями и отвечают!
— Жаль, но всё же простите её, Акчул. Я уже говорила с дочкой. На неё просто накатила временная слабость. Тут этот проклятый Ажинэль наговорил ей всякого, вот и всколыхнулись её чувства. Жаль, но тяжело расставаться с увлечениями молодости и, прежде всего, обманутыми надеждами. У одних это проходит быстро, у других долго. Но Эминэлла уже многое передумала. Она и замуж вышла оттого, что Вы ей понравились. Конечно, повлияло и то, что открылись, но не только это. Жаль, Акчул, и глупо очень, но так получилось! И Эминэлла у меня очень ранимая и восприимчивая девочка. Но она успокоится и о нём, наконец, забудет.
— Хотелось бы надеяться, мама Эминэлла. Вот только, Вы же знаете, что я четыре дня лежал один. А в выходной день, даже никак не предупредив меня, мои жёны вообще отправились на гулянку. И вчера меня навестил глава нашей управы, и он видел, что я даже сидеть ещё не мог. Только сегодня встал. Я даже хороших слов не могу подобрать, как это назвать! И так уж в Тартаре вовсю болтают, что жёны меня не любят, были уличены в связях с прежними возлюбленными, и что и будущие дети не мои. Пусть это не совсем так, но урон моей чести точно нанесён непоправимый. Мне на это плевать, вот только всё, сами понимаете, касается законности наследников. И боюсь, что после праздника уже немало и других подлых слухов добавится. Наверняка они сами же и наболтали. Может, ещё что натворили? Сами видите, что я, хоть совсем зелёный, но моей вины в ссорах нет!