Чтение онлайн

Несмотря на возражения худой женщины, Ванда села на кровати.

– Откуда этот красивый блеск над морем? – спросила она.

Не без иронии Хантер начал объяснять ей, что это просто свет новой планеты, когда вдруг заметил, что существует какой-то другой источник света, вызывающий грозный красный отблеск, который раньше не был замечен.

– Может быть, это горят заросли? – мрачно предположил Войтович.

– Боже, – вздохнула худая женщина, – только этого нам не хватало. Словно без этого у нас недостаточно хлопот.

Хантер сжал губы. Он считал, что пылает Лос-Анджелес, но

не хотел пугать собравшихся.

Коротышка снова обратил внимание на небо. Фиолетово-желтый диск теперь полностью заслонил Луну.

– Мы должны придумать этой новой планете какое-то название, – сказал он. – Знаете, это даже забавно; минуту назад мне казалось, что она – самое прекрасное чудо на свете, но уже в следующее мгновение я думал о ней, как о каком-то куске мертвого камня, который легко можно заслонить, протянув руку вверх.

– Мистер Брехт, а что означает слово «планета»? – спросила Анна.

– Странник, любовь моя, – ответила вместо Рудольфа Рама Джоан.

«Испан известен человеку под тысячами названий, – думал Фулби, – и несмотря на это, продолжает оставаться Испаном.»

Гарри Макхит, который недавно познакомился с древнескандинавской мифологией и исландской Эддой, подумал: «Пожиратель Луны» – вот было бы хорошее название для этой новой планеты. Правда, для большинства людей это слишком ужасно.»

«Она могла бы назваться Дон», – подумала Марго. Она закусила губу и так прижала к себе Мяу, что кошка даже запищала. У девушки на глазах выступили слезы.

– Странник – это самое подходящее название, – заявил Коротышка.

Желтое пятно, которое для Дылды олицетворяло Лопнувшее Яйцо, а для Анны – игольное ушко, находилось у левого края Странника. Желтые заплаты на полюсах не претерпели изменений, но такие же пятна начали появляться и с правой стороны. В сумме: четыре желтых пятна, указывающие на север, юг, восток и запад.

Коротышка достал блокнот и начал рисовать.

– Фиолетовый – образует большой Икс, – заметил Войтович.

– Косой крест, – возразил Дылда, наконец-то говоря что-то вслух. – Выщербленный щит. Круг, разделенный на четыре части.

– Символ психической целостности, – добавил Бородач.

Рама Джоан кивнула.

Пара больших желтых глаза появилась над краем оврага, заливая территорию Ванденберга-Два светом. Люди услышали глухое ворчание. В сторону ворот мчался вездеход, дрожащие рефлекторы которого освещали кусты и небольшой участок проселочной дороги.

– Подъем! – приказал Пол. – Наконец-то начинает что-то происходить!

Глядя на экран «Бабы Яги», Дон видел звезды словно бы заключенными в гигантские песочные часы с едва обозначенным сужением. Из-за слоя пыли, покрывшей корабль во время полета сквозь Луну, изображение кое-где было затуманенным.

Черная глыба, с левой стороны вонзающаяся в песочные часы, была Луной, теперь совершенно отрезанной от Солнца могучим новым небесным телом.

Странник, врывающийся в звездные песочные часы справа, не был полностью черным – Мерриам заметил на нем семь блестящих светло-зеленых пятен, каждое из которых было примерно пятисот километров в диаметре; самые дальние пятна выглядели эллипсами, ближайшие –

кругами. Пятна были идеально плоскими, хотя время от времени Дону казалось, что он видит на них фосфоресцирующие ямы или шахты. У него не было ни малейшего понятия, что означают эти пятна, но он точно так же не смог бы объяснить бледно-зеленые пятна на черном брюшке паука.

«Баба Яга» и Луна вращались вокруг Странника, но маленький кораблик постепенно догонял спутник Земли, поскольку находился ближе к Страннику и летел по более низкой орбите.

Дон включил радар, внимательно следя за эхом импульсов, отраженных от поверхности Луны. Через несколько минут он пришел к выводу, что поверхность земного спутника непрерывно изменяется, а значит, процесс его уничтожения продолжается.

Неожиданно сильное эхо от неизвестной планеты показало, что Странник был абсолютно гладким шаром.

Планета-выскочка, появившаяся неизвестно откуда! Это невероятно, однако тем не менее очевидно! Дон попытался вспомнить фрагменты прочитанных или услышанных им рассуждений о свойствах пространства. Войдя в континуум вне измерений, внешней оболочкой которой является наша вселенная, какое-нибудь тело может прибыть из далекого космоса без необходимости преодоления огромного разделяющего нас пространства. Но где среди неисчислимого множества звезд и галактик находится подпространство? Почему в нашей вселенной должно быть подпространство? А может быть, пространство вне измерений имеет бесконечное множество трехмерных поверхностей, каждая из которых именуется космосом?

Внутренний голос монотонно твердил ему: «Земля и Солнце справа, за покрытым зелеными пятнами шаром. Они зашли десять минут тому назад и появятся через двадцать минут. Я пролетел только сквозь Луну, а не сквозь подпространство. Вокруг меня не межгалактическая тьма, а нормальные звезды, только небо выглядит неважно – перевязанным снопом или песочными часами, в то время как семь бледно-зеленых туманностей блестят у меня с правой стороны…»

Мерриам все еще был в скафандре, только треснувший шлем он снял и бросил на пол. В шкафчике должен был быть запасной.

– За работу! – решительно произнес он, но слова застряли у него в горле.

Дон отстегнул ремни и пододвинулся в кресле поближе к экрану. В кабине было холодно и темно, но Дон не включал ни обогревателя, ни освещения и даже пригасил огни на пульте управления. В этот момент самым важным было видеть все как можно четче.

Вращаясь по внутренней орбите, он опережал Луну. Амбразура видимого неба очень медленно росла, а черная глыба вновь затмившейся Луны так же медленно отступала назад.

Ему почудилось, что на фоне усыпанного звездами Млечного Пути он видит тонкие черные нити, соединяющие вершину Странника – скажем, северный полюс планеты – с выступающим краем Луны. Вьющиеся в космосе черные нити были едва заметны, подобно тому, как бледно светящиеся звезды можно увидеть, глядя не прямо на них, а немного в сторону.

У Дона возникло чувство, что Странник, схватив и лишив свободы передвижения Луну, теперь принялся за него; создавая вокруг маленького кораблика черную паутину, желая в скором времени высосать из человека жизненные силы.