Чтение онлайн

Атис припал к автомату. Тщательно поймал на мушку подозрительное место на крыше. Ждал, затаив дыхание. Он уже до половины сдвинул крючок спуска автомата, но сдержался, рассмотрел. На тонкой сухой ветке болтался белый платок. Нет, какая-то тряпка, лоскут. То-то! Вояки! Атис засмеялся, тронул пальцами рану, кровь свернулась. Ничего, заживет, как на дикой собаке! Атис встал на колени.

— Ты-и-и! Вонючка-а-а! — заорал весело Атис, прислонившись щекой к стволу, следя за тем, чтобы не высовываться. — Бабу давай! С тобой разговаривать не буду-у-у! Пусть выйдет…

— Кто ты?!

Голос был сорванный, хрипловатый,

но молодой. Атис с удовольствием вслушивался. Противно оставаться одному в этих гнилых местах. Конечно, им мятежников бояться нечего, во всяком случае, бабе этой… Агент, тот должен остерегаться, а бабе что! Дурак, а! Взял и грохнул пилота! Тьфу! Атис секунду подумал, потом решительно вышел из-за дерева, бледнея, но не опуская головы, с автоматом, закинутым стволом назад на плечо, пошел к избушке.

Он услышал какую-то возню, тихую ругань, потом женский голос, резкий и раздраженный. Навстречу ему вышли двое — обросший мужчина в штурмовом комбинезоне, босой и грязный, с пистолетом в руке… И изумительно красивая женщина! Атис даже глаза Прищурил! Рыжая, волосы так и горят вокруг головы! В форменной куртке Надзора, обвисшей на плечах, в немыслимой обуви. Ах, черт! А глаза, глаза-то!

Снег шел редкий, мохнатый. Волосы у нее были в мелких каплях растаявшего снега, но почему-то не обвисали сосульками.

Остановились шагах в трех друг от друга, смотрели.

«Ничего пара… Мощный мальчик! Наверняка спецотряд. „Волкодав“! Рукоять пистолета не жмет, держит свободно, утопив тыльную часть в ладони — так удобнее стрелять с ходу! Молодец. А эта! Ну и рыжая!»

— Класс? — спросил Атис агента. — Номер допуска?

— Первый класс, допуск «О» — уровень высший, — чуть помедлив, ответил агент.

Атис удивленно всмотрелся в него. Первый класс, нулевой допуск с высшим уровнем — это без пяти минут инспектор Надзора! Бывшего Надзора, конечно… Но этот «волкодав» имел высшее образование, «Университет Убийства». Таких было немного. Учили их годами, использовали в крайнем случае.

— Я тебя знаю, — хрипло сказал агент. — Ты — Атис Кагайнис! Надзор Дальнего Востока.

Атис кивнул, устало пошел к двери избушки, она была приоткрыта. На ходу обернулся:

— Принеси мешок, там, у корней, где я был. Жрать хочу.

— Вы за нами?

Мария напряженно смотрела на этого человека, который несколько минут назад готов был убить их, а теперь небрежно поставил автомат у двери, нисколько не заботясь, что его схватят…

— Я?

Атис немного подумал, потом расхохотался. Запекшаяся корка крови покрывала его висок с правой стороны, подтеки крови шли по шее за воротник куртки.

— Пошли в ваше логово, там расскажу.

Он скрылся в избушке. Мария и Стас переглянулись. Стас нахмурился, покачал головой и пошел за мешком. Мария дожидалась его у двери, куталась в куртку, напряженно морщила лоб, думала.

Ели молча. Атис Кагайнис равнодушно, а Мария… Она прямо задохнулась от восторга, увидев великолепие стола! Консервы! Настоящее мясо, сок, поджаренный муг из коробки! Ела жадно и быстро. Стас стеснялся, но потом вошел «в темп», не отставал. Иногда вспоминал о недавней перестрелке, косил глаз на лежавший на лавке пистолет.

— Что ж ты сразу пальбу-то открыл? — спросил Атис, когда они принялись за банки с соком. — Такого мужика угрохал!

Стас посмотрел на Марию,

ничего не ответил.

— Нас ищут! — Мария облизала сладкие от сока губы. — Меня. А он со мной. — Она запнулась, виновато кусала неизменный палец. — Что от нас все хотят? Там, в Ясногорске, чуть отряд не приставили, потом в Области в камере держали… Под конвоем в Центр отправили…

— Конвой — это он! — кивнул на Стаса Атис. — Как зовут?

— Мария, а его Стас.

— «Мария Григорьевна Долина, 25 лет, рост 178, профессия — манекенщица, цвет волос рыжий, стрижка „Тартюф“, глаза — темно-синие, нос прямой, губы припухлые, сердцевидной формы, на правой руке тонкий шрам… На правом плече родинка с чечевичное семечко». «При обнаружении должна быть доставлена в распоряжение Особого Отдела Президентского Надзора. При невозможности доставить — подлежит немедленному уничтожению с последующим фотографированием трупа в присутствии трех свидетелей». Все!

Стас Чакин медленно поднимался из-за стола, по его лицу пошли пятна. Мария сидела, наклонив голову, смотрела в пол.

— Не дергайся, я старше тебя по званию. Это раз. Во-вторых, эту ориентировку знали все, понял? В-третьих, она теперь никому не нужна. — Атис сунул руку в мешок, покопался, вытащил бутылку из твердой пластмассы, поставил на стол. — Спирт. Чистый. Налей понемногу… За падение Рима!

Они молча, с удивлением смотрели на Атиса. Стас спохватился, отвинтил колпак у бутылки, выдернул пробку, налил в колпак спирта.

— Я первый! — Атис опрокинул спирт в рот, не поморщившись, выдохнул. — Ну, как тебя, Стас? Давай! За упокой Федерации! Аминь!

— Что?!

Мария вскинула голову, напряженно всматривалась то в Стаса, то в Атиса.

— В стране переворот. Кто там у власти, их сам черт не разберет! Армия с ними. На остальное мне наплевать. Президент в четырех километрах отсюда… Был! Там вертолеты летали, слышали?

Стас кивнул.

— Ну вот. У края болот мы сели, в овраге. А когда почти уже вышли на вас, там вертолеты шарахались. Снег — не видно. Взяли ОНИ Президента, как пить дать. Вместе с ведьмой его. Шлепнут теперь.

— Кто «ОНИ»? — тихо спросил Стас.

— Революционеры! Борцы за народное счастье! И мутанты с ними. Все, как у настоящих. Мутанты, значит, пролетарии, народ остальной — это вроде как массы революционные. А безики у них Правительством будут.

Атис захохотал, откинулся на лавке, почти упал.

— Я одного безика знала… — задумчиво отозвалась Мария, — Он всего Есенина наизусть читал, А когда просил, то все время приговаривал: «Извините! Очень благодарен!» Говорят, лет семьдесят назад стихи печатали. Правда? Но моя бабушка уже не помнила. Кажется, стихи в 2005-м запретили…

Атис равнодушно пожал плечами.

Он знал, что теперь в дороге будет не одинок. Этот крепкий парень очень может пригодиться. Идти надо было долго до самой Кольцевой дороги, там захватить какую-нибудь машину и… Атис украдкой посмотрел на Марию. Такие женщины одни не бывают. А этот… Третий лишний. До Кольцевой… Все в этой жизни до Кольцевой дороги!

Они шли по пустому Городу.

Все было на месте. Вот постиранное, еще не успевшее до конца высохнуть белье на балконе первого этажа. Кое-где в квартирах горит свет! ОНИ ВСЕ ВЫШЛИ НА МИНУТУ! НО КУДА?! Хлопнула форточка, ее некому закрыть на шпингалет.