Стороны медали
Шрифт:
– Значит, ты меня любишь?
– Сама в шоке, - мрачно пробормотала я, глянув исподлобья на него.
Нет, эта сволочь еще и улыбается. Еще и ТАК улыбается, как тогда, в больнице, когда мы заключили перемирие, и он снял свою метку.
– Да, блин, я люблю тебя, - раздраженно заявила я, сама не понимая, почему и на кого из нас злюсь. – Доволен? В тебе столько качеств, которые просто невозможно любить, но я все равно их люблю, и это просто выводит из себя, ибо я не понимаю, как умудрилась так попасться. Я призналась, а теперь, если не возражаешь, пойду найду какой-нибудь
Я попыталась подняться, но руки Локи легли мне на плечи, поэтому я осталась сидеть. С божественной силой трудно спорить. Трикстер сел рядом, спиной к двери, и потянул меня на себя. Проклиная себя за слабость, я последовала за его движением и оказалась в кольце его рук, в той же позе, в какой мы сидели в библиотеке. Я повернулась боком, чтобы видеть его лицо.
– Я не знаю, как все это называется, - прошептал Локи, глядя куда-то вверх. – Слишком сложно для меня, но… Я не хочу и не могу тебя потерять ни в одном из смыслов. Неважно, уйдешь ли ты сама, или мы не сумеем тебя вылечить. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной постоянно, всегда. Ты заставляешь меня чувствовать себя живым, я уже забыл, каково это. Я хочу касаться тебя, хочу целовать, потому что так я чувствую, что ты моя и принадлежишь только мне.
– Эгоистичный бог, - пробормотала я, спрятав лицо у него на груди.
– Если то, что я чувствую, и называется любовью, то… - Трикстер сжал меня крепче, положив подбородок мне на макушку. – Пусть будет так, я люблю тебя.
По идее, после подобных слов люди чувствуют радость. А я жду начала вторжения инопланетян, ибо все это просто невозможно. А если невозможно – значит, сон. А раз сон, то вторжение будет как раз к месту… Черт, какой бред я несу...
– И что дальше? – со вздохом спросила я, поднимая голову, чтобы посмотреть на Локи, который пожал плечами и просто сказал:
– Дальше я сниму с тебя проклятье.
– Предположим. А потом? Какое будущее ты видишь? Остаться в Асгарде? Вернуться в Мидгард? Или…
– Шепард, ты невыносима, - перебил меня трикстер, поморщившись. – Ну хочешь, я завоюю для тебя Етунхейм?
– Будем обживать твою родину? – Я скептически хмыкнула. – Помнится, ты пытался ее уничтожить. Впрочем, там все равно холодно. Холодно ведь?
– Для тебя – да.
Я вздохнула с притворным сожалением и потянулась к Локи, целуя его. Все-таки тот факт, что я имею на это полное право, для меня все еще в новинку.
– Что если мы не сумеем снять проклятье? – спросила я, приподнимаясь на колени. Хоть так я выше, чем он.
– Я не знаю. – Трикстер покачал головой, глядя в сторону. – Не знаю.
– Локи, - прошептала я, наклонившись к нему. – Просто соври мне, и скажи, что все будет хорошо. Ты ведь бог обмана.
– Все будет хорошо, - эхом повторил за мной принц, подавшись вперед, чтобы поцеловать меня.
Мне очень хотелось притвориться, что я ему верю. Я коснулась его губ своими, чувствуя, как только от этого по телу пробегает слабая дрожь. В глазах почему-то защипало, но я подавила дурацкий девчачий порыв. Не к месту. Я встала и потянула Локи за собой, и он, как ни странно, подчинился.
– Сейчас мне полагается отнести тебя
на кровать на руках? – чуть улыбнувшись, спросил трикстер.– Только попробуй, и я убью тебя, - пробормотала я, с тоской глядя на треклятые ремешки костюма.
– Поверю на слово.
Локи взял меня за руку и повел в указанном ранее направлении. Остановившись возле постели, трикстер повернулся ко мне и усмехнулся, заметив мое внимание к застежкам.
– Знаешь, в чем преимущество быть богом? – спросил он, опустившись на кровать и усадив меня сверху.
– Клевый шлем? – с неподдельным интересом предположила я.
– Я могу почти все.
Принц положил руку себе на грудь, и я ошарашенно наблюдала за тем, как верхняя часть костюма стала растворяться в воздухе, начиная от его ладони и дальше.
– Ладно, тут мне крыть нечем, - проговорила я.
В этот раз все было иначе, не так дико, не так отчаянно, медленно, мучительно и одновременно восхитительно медленно. Мы оба притворились, что у нас еще куча времени, что все будет хорошо, и никакая угроза не висит дамокловым мечом. Я и думать забыла о проклятье, просто утонув в нахлынувшей нежности, которую очень странно было получить от Локи. Вот уж точно, разностороннее создание… Я целовала его, ловя каждый вздох, а он снова и снова срывал с моих губ приглушенные стоны и свое имя. Изгибаясь под этим холодным бледным телом, я готова была похоронить прежнюю жизнь. Пусть так, мне уже все равно.
– Давай в следующий раз оставим шлем? – с ухмылкой прошептала я, тяжело дыша, когда Локи приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на меня.
– Безумное существо, - хрипло пробормотал трикстер, улыбнувшись.
Кто спорит-то? В него влюбиться могла только сумасшедшая.
Мы почти не разговаривали, просто лежали рядом, и этого казалось достаточно. Почувствовав, что меня начинает одолевать сон, я посмотрела на Локи и, убедившись, что его глаза закрыты, а дыхание – ровное и спокойное, как у спящего, я с чистой совестью положила голову ему на плечо и задремала.
Проснулась я внезапно от уже знакомого ощущения чужого присутствия. Страх, волной нахлынувший на разум, не давал даже двинуться. Сделав над собой усилие, я посмотрела на Локи, но тот спал, как ни в чем не бывало. Какого… Он ведь гораздо чувствительнее к таким вещам, нежели я. Мой взгляд упал на дверь в смежную комнату, которая почему-то была приоткрыта. Из образовавшийся щели лился ровный синеватый свет. Я еще раз посмотрела на Локи, и встала с кровати, пытаясь унять нервную дрожь. Страх постепенно отступал, и сейчас я была просто обязана выяснить, что происходит. Раз Локи не проснулся, значит так надо. Я взяла валявшуюся на полу футболку, которая как раз прикрывает бедра и, надев ее, пошла к двери.
Надеюсь, я об этом не пожалею.
Часть 83
Пожалею. Абсолютно точно пожалею – это я поняла сразу, как только вошла в комнату и увидела в большом сияющем тем самым светом, что меня привлек, зеркале, стоявшем возле противоположной стены, печально знакомый туман. Я рванула было назад, но дверь захлопнулась, отрезая путь к отступлению.
– Я не причиню тебе вреда, - прошелестел голос Таноса, и фигура в зеркале будто приложила руку к поверхности.