Столкновение
Шрифт:
— Я нормально с этим справляюсь.
— Но…
— Мы закончили? Мне нужно рано вставать, чтобы еще поработать волонтером, — говорю я с ложным волнением.
Когда она опускает глаза, меня охватывает чувство вины, и я испытываю желание заполнить напряженную тишину. Саммер собирает свои вещи и выходит из кабинета так быстро, что я едва успеваю подумать. Я выхожу вслед за ней, она быстро прощается, когда тяжелые двери закрываются за нами, и уходит в противоположном направлении. Холодный воздух ударяет мне в лицо, когда я накидываю куртку и разглядываю ее непрактичный наряд. Ее полусухие леггинсы и тонкий свитер не предназначены для января в Коннектикуте.
—
— Я хожу пешком. Мое общежитие вон там, — она показывает в сторону здания, расположенного ближе всех к кампусу.
— Я тебя подвезу.
— Все в порядке, — говорит она, пытаясь укротить свои длинные каштановые волосы, которые развеваются на ветру.
— Позволь мне тебя подвезти.
Она смотрит на меня.
Я смотрю на нее.
Когда кажется, что она предпочла бы остаться здесь и замерзнуть под холодным ветром, я смягчаю свой взгляд.
— Пожалуйста? — я почти не узнаю свой голос, но эта девушка чертовски упряма, и я не хочу, чтобы она гуляла одна так поздно.
Она уступает и идет за мной к машине.
— Это что, стандартная машина для качков?
Щелкнув кнопкой, черный F-450 вспыхивает фарами.
— Я вижу, ты фанатка хоккейных стереотипов.
— Больше похоже на эмпирическое доказательство. Все, что тебе сейчас нужно, – это плейлист в стиле кантри, чтобы закрепить мои стереотипы.
Я открываю дверь и пытаюсь помочь ей сесть, положив руку на талию, но она отмахивается, чтобы самой забраться внутрь. Садясь на свое место, я включаю обогреватель и подогрев сидений для ее мокрых леггинсов. Когда мой Bluetooth подключается, играет первая песня, и, к моему удовольствию, она в стиле кантри.
Она неожиданно смеется, заставляя меня посмотреть на нее, чтобы полностью уловить этот звук. Я думал, что смех Саммер Престон – это последнее, что я когда-либо услышу. Весь вечер я пытался рассмешить ее, и ничего, даже улыбки не было. Но теперь, когда я знаю, как звучит ее смех, я хочу услышать его снова.
Она хмуро оглядывает мою машину.
— Здесь хорошо пахнет.
— Ты обычно ездишь в вонючих машинах?
— Нет, я просто имею в виду, что твое снаряжение, вероятно, находится где-то здесь.
Я покачал головой.
— Оно в багажнике. Не могу допустить, чтобы мое заднее сиденье плохо пахло.
Она фыркнула. Не совсем смех, но довольно близко.
— Ты встречалась с хоккеистом или что-то в этом роде? — спрашиваю я, выезжая на дорогу.
Она смотрит в окно.
— Или что-то в этом роде.
Бывший парень. Очевидно, что ее неприязнь к этому виду спорта вызвана неудачным опытом отношений. Это не может быть только потому, что я ей не нравлюсь.
Остаток пути мы ехали молча, пока я не подъехал к ее общежитию. Она выходит из машины и мчится к входу, прежде чем я успеваю проводить ее. Я наблюдаю за тем, как она заходит внутрь, когда на центральной консоли пищит мой телефон, и я немедленно отвечаю. Пропустить звонок от Эдит Кроуфорд – это не то положение, в котором хочется оказаться.
— Привет, бабушка.
— Ты получил мою посылку? Я попросила Эрика отправить ее по почте, — говорит она.
— Да, всем ребятам они понравились. Я пришлю тебе фотографии.
Она связала свитера для всей команды и не слушала никого, даже свои больные артритом руки, когда последние несколько месяцев провела за вязанием. Она говорила, что это дает ей возможность сосредоточиться на чем-то другом, кроме их бизнеса с закусочной.
Я давно не навещал родной Провиденс, но мои бабушка и дедушка понимают, что мой график
настолько плотный, что у меня почти не остается времени на то, чтобы выйти на воздух. Просить их приехать на игры мне кажется неправильным, тем более что им сложно планировать работу своего кафе.В последний раз, когда на трибунах была моя семья, мне было тринадцать лет, и оба моих родителя пришли на игру. Я помню это ощущение, как будто это было вчера. Я был полон радости, и это была одна из лучших игр в моей жизни. Настолько лучшей, что меня взяли в главную юниорскую команду как игрока младше пятнадцати лет. Это была последняя игра, на которой присутствовали мои родители, и, хотя трибуны заполнены кричащими болельщиками с моим номером, я никогда не чувствовал себя так, как раньше. И думаю, что никогда больше не почувствую.
— Ладно, я просто хотела спросить. Ты приедешь домой на каникулы?
Весенние каникулы казались такими далекими, что я даже не задумывался об этом. Единственное, о чем я думаю, – это о том, чтобы мы попали на турнирные конференции и никого не выгнали, не отстранили и не отправили на испытательный срок. А это сложнее, чем кажется, когда ребята делают глупости.
— Да, приеду.
— Было бы неплохо, если бы ты как-нибудь привел гостью.
Моя бабушка не отличается изворотливостью в своих вопросах, поэтому я знаю, что она хочет услышать. Последние два года она приставала ко мне с вопросами о девушке, говоря, что она стареет и мне следует использовать свою внешность для чего-то другого кроме баловства.
— Буду только я. Но я сообщу тебе, если что-то изменится.
— Знаешь, мы бы хотели быть достаточно подготовленными, чтобы общаться с девушкой, которую ты приведешь домой.
Они любят разыгрывать карту старости, хотя это самые энергичные семидесятилетние люди, которых я знаю. Если бы не замена коленного сустава у моего дедушки, они бы уже были в горах.
— Я уверен, что вы оба будете такими же энергичными, когда наступит этот день, — не в ближайшее время, потому что о девушке я никогда не думал, а приводить ее домой – это не то, к чему я готов. Случайные связи – единственное, чем я могу довольствоваться в течение сезона, но теперь и это кажется невозможным.
— Как дела с хоккеем?
— Хорошо. Завтра я тренирую команду мини-хоккеистов, — я опускаю, что это не по моей воле.
— Знаешь, когда ты был маленьким, твой папа был волонтером, заодно помогал присматривать за тобой.
Я смеюсь.
— Наверное, поэтому сейчас я не так часто участвую в драках.
— Пусть так и будет, мне не нужно, чтобы ты потерял зубы, — сурово говорит она. — Ну что ж, я тебя отпускаю. В следующий раз позвони мне с какими-нибудь интересными новостями. С тобой скучно.
— У меня много интересных историй, бабушка.
Она хмыкает.
— Думаю, тебе не нужно их мне рассказывать. Одному Богу известно, чем вы, студенты, сейчас занимаетесь.
— Не я. Я ангел.
— Не сомневаюсь. Спокойной ночи, детка.
— Спокойной ночи, бабушка.
Глава 7
Саммер
Это надежно.
Именно эти слова я сказала своему терапевту, прежде чем она изложила мне длинный список причин, по которым моя самопровозглашенная «надежная» формула является крайне вредной.