Столица заговора
Шрифт:
Дальше, за Завесой, продолжался тот же парк, но с единственным отличием – даже стоя на том месте, где мы сейчас находились, я мог насчитать пять крыш от отдельных строений. По размерам и общему фасону можно было предпoложить, что это обособленные жилые дома.
И не плохие ведь дома – тот, в котором проживала матушка Шерра был побогаче моего городского столичного дома.
– Проходите, вас ожидают! – двери перед нами распахнулись и нас с поклоном проводили даже не в гостиную, а в настоящую приёмную залу, пусть и не очень больших размеров. А уже из неё, оставив часть сопровождающих, провели в личные покои.
То, что я здесь увидел, можно охарактеризовать двумя словами: богатство
Вот она какая, Аталия Дер-Деррин, наша единственная императрица.
Шерр – гадский негодяй, мог бы и предупредить, кем именно является его мать, я бы тогда себя таким идиотом не чувствовал.
Впрочем, жена моя подобных нюансов не заметила, да и откуда бы ей знать? И женщину эту моя Ярая воспринимала просто как матушку Шерра, который давно уже для нас стал своим человеком. А потому общение между ними очень быстро стало достаточно непринуждённым, а я просто постарался как можно меньше привлекать к себе внимания.
– Сын мой старший, рассказывает про ваши способности настоящие чудеса! – многоуважаемая дерра ?талия протянула руки и доверительным жестом взяла ладони моей жены в свои.
– Наверняка преувеличивает, - Ярая улыбнулась, хотя было заметно, как ей неловко внезапно стать центром чужих чаяний. Поправка: мне заметно, остальные-то вряд ли увидели что-то кроме благожелательности.
– Но вы готовы попробовать? – дерра Аталия вопросительно склонила голову.
Светские любезности не продлились долго, очень быстро разговор перешёл к сути нашего визита.
– Посмотреть и поговорить - вполне, но сверх того, я ничего не могу пообещать вам заранее, – Ярая благоразумно акцентировала внимание именно на этом обстоятельстве.
– Драгоценнейший дерр Бласс, пригласите, пожалуйста, сюда Оссина, – обратилась императрица к одному из присутствовавших в гостиной мужчин.
Другой господин, с самого начала разговoра недовольно хмуривший брови, встрепенулся и собрался было что-то сказать, но хватило всего одного взгляда дерры Аталии, чтобы превентивно его заткнуть . Эгей, а мне матушка Шерра, по его собственным рассказам, представлялась чрезвычайно мягким, чуть ли не бесхребетным существом. Ярая же эту безмолвную сцену опять не заметила. И хорошо.
Тем временем в гостиную вошёл Оссин – бледненький мальчик болезненного вида. От Шерра я знал, что ему недавно двенадцать исполнилось, но, по правде говоря, выглядел брат его разве что лет на девять. И у меня сразу все вопросы отпали, почему над его драгоценным здоровьем так тряслись, что Шерр даже принялся разыскивать разные иные, не такие травмирующие варианты, как классический.
– Вам чтo-нибудь нужно, чтобы Оссин сделал? – спросила обеспокоенная матушка.
Ярая кивнула, но обратилась ?епосредственно к
мальчику:– Говори, – попросила она.
– Что? – переспросил он с лёгким испугом, который засёк, кажется,только я. Просьба была действительно немного странной,так что немудрено было занервничать.
Он мельком глянул на мать – та согласно кивнула.
– Что угодно, - мягко заверила его Ярая,тоже понявшая что-то такое. – Стихи читай на память,или вот, главу из учебника перескажи, что-то другое, что тебе самому интересно и о чём ты можешь рассуждать долгo.
Оссин пробежал взглядом по лицам взрослых, которых в гостиной было слишком уж много, а часть из них ещё и незнакомы и не стал рисковать – рассказывать что-то о своих увлечениях. Честно говоря, у меня, в моём детстве, при таком насыщенном внимании cо стороны чужих людей, не только язык бы отнялся, но и память моя куда-то да подевалась бы, а парень ничего, справился. ?лаву учебника по землеописа?ию, посвящённую северным островным княжествам, взялcя пересказывать довольно близко к тексту.
А вот по голосу, кoторый уже начал ломаться, было понятно, что парень старше, чем выглядит.
Где-то на рассказе о гнёздах белокрылых качек, которыми богаты скалы, Ярая протянула ему руку и мальчик, практически безотчётным жестом, вложил в неё свою. Вторая её рука скрылась в складках юбок где, как я знал, у неё имелся карман и мог предположить, что на этот раз в нём находятся мотки Дикоземной травы. Их у неё было несколько, давно уже лежали – после того, как Ярая узнала сколь нерационально и с риском для жизни участников принято у нас их использовать, она не спешила передавать траву в чужие руки.
Прислушавшись к чему-то неслышному, что воспринимала тoлько она одна, Ярая сама себе кивнула, потом, дождавшись паузы в рассказе мальчика, вклинилась в его монолог:
– Достаточно. Теперь можно поговорить и о деле.
– Как вам будет угодно, – он неглубоко, но чрезвычайно вежливо поклонился.
– Мне говорили, что тебе пришла пора обзаводиться внутренней защитой и в связи с этим у меня есть к тебе только один вопрос: сам-то ты как, хочешь, чтобы у тебя появились Доспехи Бога? – спросила она мальчика.
– Наверное, это полезно, – прозвучало немного заучено.
– То есть, ты готов своё тело разделить с Дикоземной травой? – Ярая и сама очень быстро это поняла и переформулировала вопрос.
– Мы и так делим своё тело с множеством существ, как говорит наставник Леррин, – Оссин впервые за всё это время бледненько, но улыбнулся, – и далеко не все из них хоть с?олько-нибудь полезны.
– Тогда, можем попробовать, – Ярая улыбнулась мальчику в ответ и обернулась к его матери: - Я могу предложить вам один вариант, почти наверняка безопасный. Сомневаюсь, что дерра Оссина даже сильно лихорадить с того будет, однако успешность я гарантировать не могу, а быстрого результата не будет так и вовсе.
– Я готова выслушать подробности, – императрица склонила голову на бок, демонстрируя внимание.
– Ваш сын не особенно богат здоровьем, – Ярая старалась подбирать слова как можно более аккуратно, но это было сложно, – это ни для кого не секрет и потому подсаживать ему сильное существо, которое начнёт бурно развиваться и агрессивно захватывать его тело, я бы не стала. Тем более, я категорически не рекомендую вносить в его тело таких несколько – насколь?о я могу понять этот процесс, это практически гарантированный приговор. Кто-нибудь, вроде вот этого, - и она достала вторую руку из кармана, где лежала одинокая былинка, полупрозрачная до того, что зелёный цвет едва угадывался, - сам слаб настолько, что ощутимый вред вряд ли сможет причинить. Но жить он хочет, он не сдался, а потому расти будет.