Стоит только захотеть…
Шрифт:
–Понимаешь, Анжелка, -возразила Лида, – это даже не совсем честно. Я его, наверное, не люблю. Выйду за него – и не встречу настоящую любовь. Да и его обману. Вот, жёны декабристов – в Сибирь за любимыми, а я за ним не поехала бы. Нет ощущения, что родственная душа встретилась. А потом – у меня до него никого не было. Если я с ним разойдусь даже, то уже не получится, что я честно ждала свою настоящую любовь…
Анжела вся скривилась:
–Вот это, сестра, и называется провинция и провинциальные барышни. Вот возьми, к примеру, мою мать. Она всю свою жизнь отцу отдала, считала, что это- настоящая любовь, а он взял и молодую себе нашёл, когда она постарела. Не надо никому никаких жертв. Это – Москва, рынок возможностей. Есть ли она – эта настоящая любовь – или
Лида пошла домой, раздумывая над словами Анжелы. Всю ночь она не спала, а утром решила, что нужно позвонить Алексею.
Как и предсказывала Анжела, Алексей, услышав Лидин голос, сразу ожил и прибежал в назначенное Лидой время в сквер недалеко от Лидиной работы. Лида сказала:
–Лёш! Я подумала и согласна.
Алексей просиял:
–Ну всё! Сегодня подадим заявление в ЗАГС и через месяц – свадьба. Пригласим твоих и моих родных, отмечать будем в кафе. Жильё снимем.
Лида поспешила сообщить об этой новости родителям и сестре. Отец принял новость сдержанно. Узнав, что Алексей работает проводником, сказал:
–Ты, Лидушка, за ним присматривай, а то с этими проводниками в рейсах всякое случается.
Лину Львовну больше заботило то, что у жениха нет своего жилья в Москве.
Сестра Лиду одобрила, но спросила, знает ли Лида причину развода Алексея. Егор, Татьяна и Анжела пообещали на свадьбу прийти. Более того, Егор пообещал принять самое деятельное участие в организации свадебных торжеств.
После того, как Лида и Алексей подали заявление в ЗАГС и стали планировать, что делать дальше, Алексей неожиданно предложил свадьбу отметить в Чебоксарах, напомнив, что он родом из Чувашии, там живут его родители, сестра и друзья. Когда Лида стала возражать, говоря о том, что её родителям, родственникам и друзьям будет неудобно приехать в Чебоксары, Алексею это не понравилось, он сузил свои почти чёрные глаза, но сдержался и сказал:
–Ты, Лидушка, не переживай. Понимаешь, я же – жених, значит должен организовать всё. Мы поедем в Чебоксары, отметим семейным кругом, а потом, можем отметить и в Москве. Так будет дешевле. У нас в Чебоксарах – большая квартира. Твои родные тоже могут приехать, место им найдётся, а с твоими друзьями отметим потом. В конце концов, всё свадьбой не заканчивается. Нам надо будет потом ещё снять новую квартиру – побольше и получше, может быть, поедем в свадебное путешествие, кстати, если захочешь, можем и в твой Вормск съездить.
Лиде всё равно не нравилась идея отмечать свадьбу в каких-то чужих для неё Чебоксарах, но логика в словах Алексея была, поэтому она согласилась.
Лина Львовна была очень любознательной дамой, поэтому она, если и не с удовольствием, но без возражений согласилась поехать в Чебоксары:
–Заодно и с родителями и родственниками жениха познакомимся, хоть узнаем, что они из себя представляют, а то отдаём дочку неизвестно кому.
Андрей Павлович не был в восторге ни от жениха, который, как и все остальные, не заслуживал его дочери-красавицы, да ещё и был разведён, ни от поездки на свадьбу в Чебоксары. Его настроение немного подняла разбитная Лика:
–Да чё-ты, папуль! Попьёшь пива. Я читала, что Чебоксары славятся своим пивом. Я, кстати, поехать не смогу. Меня с работы не отпускают.
Егор, Таня и Анжела, естественно, тоже не поехали. У Егора – бизнес, всё время распланировано. Таня – без Егора, естественно, не поедет. Анжела уже запланировала выезд на очередной йога-тур, и, конечно, не в Чебоксары. Они компенсировали своё отсутствие щедрым денежным взносом, что скрасило настроение Лиды.
Очень
расстроился Федя. Он, вообще, не поддержал идею со свадьбой:–Чего ты, Лида, торопишься? Только приехала в Москву, начала работать. Мы искусством, творчеством занимаемся, а ты сейчас завяжешься с кухнями, пелёнками, распашонками, талант весь растратишь. А потом…Ты уж извини, но здесь, в Москве, кто только не крутится: всякие аферисты, мошенники, извращенцы, между прочим!– Федя многозначительно посмотрел на Лиду, выдержал паузу и продолжил:
–Вот, что ты знаешь про своего жениха?! Как учился, где женился, почему развёлся, чем болеет? Как-то легкомысленно ты поступила, лучше бы за меня замуж вышла, мы хотя бы живём вместе несколько месяцев.
Лиде стало жалко Федю, которому снова нужно будет искать товарища для совместного съёма жилья, а жили-то они с Федей, действительно, хорошо – спокойно, иногда весело, но как жениха Лида Федю даже и не рассматривала – рыжий, длинный, худой, с каким-то одуванчиком на голове.
–Ладно тебе, Федя, найдёшь ещё себе компаньона, а дружить мы и дальше можем. Вот приеду из Чебоксар и в кафе все вместе сходим.
Федя разбурчался:
–Да нужен мне твой Алексей! Сама с ним ходи, а с тобой одной я теперь не пойду, вдруг он ещё тебя приревнует, придёт мне бить морду…, а я ещё не успел получить свой разряд по боксу.
После долгих раздумываний решили (правильнее было бы сказать, что это решил Алексей), что жених и невеста в свадебных нарядах вместе с друзьями и родственниками (кроме родителей Лиды и Алексея, с которыми молодые встретятся в Чебоксарах) приедут в ЗАГС, зарегистрируются, получат Свидетельство о заключении брака. Прямо перед зданием ЗАГС после регистрации устроят небольшой фуршет, затем отправятся к себе домой, переоденутся, возьмут вещи и в этот же день (уже были взяты билеты) отправятся в Чебоксары, отмечать свадьбу с родными.
Чебоксары
Вот и наступил день свадьбы. Алексей заехал за Лидой на такси. Он был одет в нарядный костюм – тройку и держал в руках большой букет своих любимых красных роз.
Лида купила в свадебном салоне платье с фатой и туфли. Сама она была недовольна тем, как выглядит. Её светлые волосы, бледная рыхлая кожа невыигрышно смотрелись на фоне белого платья. Красиво уложенная причёска не была видна из-за фаты. Зато прекрасно было видно, что Лида в свадебном платье – просто бомба невероятных размеров. Она долго думала, что лучше – пышное платье с многочисленными юбками и оборками или обтягивающее простое белое – гипюровое. Решив, что облегающее платье ничего хорошего в ней не подчеркнёт, а может и подвести в неподходящий момент, например, разойтись по швам, Лида выбрала платье с оборками. Учитывая неудачную липосакцию, Лида предпочла вариант платья с рукавами. Платье было синтетическое и в Лида немедленно вспотела. Под мышками и на спине выступили предательские пятна пота. От волнения Лида интенсивно потела, пот тёк градом, пропитывая одежду отнюдь не запахом утренней свежести. Белые туфли на каблуках – шпильках тоже ей не нравились. Обычно она носила кроссовки, на выступления хора обувалась в лодочки – широкие и на невысоком каблуке или сплошной подошве. Свадебные туфли ужасно жали, ноги отекли, складки белой кожи некрасиво нависали над туфлями. Настроение её катастрофически ухудшалось. Вдобавок ко всему наступившие жаркие (по-летнему) дни некрасиво подкрасили её бледно-розовую кожу в красноватый оттенок, а брови и ресницы, напротив, лишили цвета, придав пего-рыжий колор.
Федя посмотрел на неё и сказал:
–По-моему, ничего.
Приехавшая Анжелка подлила масла в огонь:
–Ага, ничего хорошего!
Лида побежала в ванную и заплакала. Она глядела на себя в зеркало и думала: «Какая я некрасивая!». Дальше она продолжала бы себя жалеть, но Анжелка стала кричать, что уже надо ехать, приехал Алексей.
Лиды вышла из ванны, Анжела сказала:
–Ничего, сестрёнка, не грусти. Нормально ты выглядишь, лицо фатой прикроешь. Платье пышное, толком ничего не видно, а вечером уже переоденешься и поедете. Сейчас я тебе лицо нарисую и – вперёд!