Сто тысяч миль
Шрифт:
— Не думаешь, что после такого к тебе больше никто не подойдёт? — повернулась к нему, не удержавшись от раздражающего, непонятного мне самой желания что-то об этом сказать. — В смысле не только сегодня, а вообще. Они явно сильно расстроились, и…
— И что? Я вроде уже дал понять, что они меня не интересуют, — пожав плечами, ответил Беллами. Посмотрел внимательно, заворожённо, так, будто кроме нас в зале никого не было. Или не только в зале — во всём чёртовом мире. — Кстати, тебе уже говорили сегодня, что ты красивая?
Ох. От его мягкой, будто скользнувшей ненароком улыбки сердце невольно ёкнуло,
Внезапно закружилась голова. Внутри всё свернулось в болезненный комок. Нет. Я не имела права. Будь на кону только моя душа, моя гордость, моя жизнь — возможно, да. Возможно, я бы сдалась прямо здесь. Прямо сейчас. Но после сегодняшней победы Беллами больше не был простым командиром. А я не была простой девчонкой из Клана. Я была офицером экспедиции с чёртовой орбитальной станции. Я была той, на кого все рассчитывали. У меня была миссия, у меня была ответственность за всех, кого я во всё это впутала. И слишком много всего остального.
Довериться Лесному Клану придумала я. Я привела сюда всех наших и теперь не могла позволить своим слабостям слепо вести меня. Что, если Джон всё-таки был прав? Что, если для Беллами всё это было просто игрой? И очередная партия началась сразу после предыдущей, прямо сейчас? Что, если даже «девочки» были постановкой, призванной пустить пыль в глаза? Я ведь никогда не была такой, как их девушки, по всем возможным параметрам, и тем интереснее было меня победить. Обольстить. Сыграть на личной симпатии, привязать к себе, чтобы мне не хотелось никуда уходить. Чтобы я по собственной воле сражалась за них, пока им это удобно. Единственным их козырем в войне с Роаном остались мы. Наши изобретения. Наши технологии. Пленники бы не старались. А вот обязанные всем спасённые — ещё как.
— Извини. Мне пора. — Я поднялась на ноги, встречаясь с его удивлённым взглядом. — Рада, что мы смогли договориться. Ещё раз поздравляю.
— Ты куда?
— Отдыхать. Я немного устала. Хорошего вечера.
Радуясь, что не успела наговорить ничего лишнего, я быстрым шагом покинула зал, но даже морозный холод ночи не подарил облегчения и не прояснил запутанные мысли. Земля под ногами, устланная камнем, всё равно казалась зыбкой и шаткой, пальцы совсем занемели, а грудную клетку будто зажали в тиски. Казалось, я брела в бесконечной тьме без направления и цели. Я нырнула в неё вслед за Уэллсом, потерялась, запуталась, уткнулась в тупик и никак не могла найти путь обратно. В прострации я едва переставляла ноги в тишине улицы и не сразу заметила две фигуры, преградившие мне путь.
— Кто это у нас здесь? Это
она? — неизвестная обратилась к ещё одной фигуре рядом с собой и выразительно посмотрела мне за спину.— Она самая. Небесная, — с презрением отозвалась та, что рядом с ней. — Хватайте её.
Прежде чем я успела пошевелиться, меня схватили сзади и толкнули в ближайшую стену, спиной прижимая к каменной кладке здания. Незнакомки окружили меня со всех сторон, хватая за руки, и я в панике осознала, что у меня даже нет оружия. А победить четверых врукопашную — да никогда.
— Кто вы такие? — с трудом сглотнув, я осмотрела девушек. Кто-то был в доспехах, кто-то — в платье, но все четверо глядели на меня с абсолютно одинаковым отвращением. В той, что сильной хваткой сжимала мою левую руку, я узнала одну из «девочек», что пытались добиться внимания Беллами.
— Нет, ну ты видела, — проигнорировав мой вопрос, заговорила одна из тех, что в доспехах. — И это на неё он решил променять мою сестру. И что это за недоразумение?
— Успокойся, Трис, думаешь, эта интрижка надолго? — усмехнулась вторая.
— До этого дня он никогда так ни с кем из девочек не разговаривал, — встряла та, из обеденного зала. — Смотрел, как завороженный! Дрянь его околдовала!
Панический страх немного отступил, давая сделать вдох. Нет. Это хотя бы не «Второй Рассвет». Не они пришли забрать меня в свои кошмарные застенки. Не они решили подвесить меня вместо чучела на всеобщее обозрение с ножом в сердце. Всего лишь какие-то ревнивые идиотки захотели устроить мне тёмную.
Собравшись с духом, я посмотрела в глаза Трис. Осмелилась высказать своё единственное предположение:
— Ты что, сестра Джины?
В ответ они издевательски засмеялись. Будто давая понять, что я сильно промахнулась.
— Ага. Конечно! А то ты не знаешь, кто моя сестра, — угрожающе сощурилась та. — Она сейчас на седьмом месяце своей первой беременности. Совсем одна, плачет и ждёт. А он всё не приходит, потому что решает твои проблемы, Небесная!
Меня будто бы окатили ушатом ледяной воды. Пока я пыталась решить, какой из тысячи вопросов задать первым, ещё одна из девушек склонилась ко мне.
— Ты совсем уже границы переходишь со своим колдовством, ведьма. Пока ты не появилась, у нас всё было тихо и мирно. А теперь что? Что будет?!
— Ты впутала нас в войну! Всё ради своих коварных целей, — поддержала её подельница. — Нажила врагов и теперь готова прикрыться жизнями наших воинов!
— Не знаю насчёт командира, но на нас чары твоего смазливого личика не подействуют, — согласилась со всеми третья.
— Высокого же вы мнения о нём, раз думаете, что для манипуляций им достаточно только смазливого личика, — огрызнулась в ответ я.
— Ты смотри, какая дерзкая! — злобно сощурилась Трис и глянула на своих подельниц: — Давайте научим её манерам?
— Вы, вчетвером напавшие на безоружную гостью своего Клана? О да, ценный будет урок! — презрительно хмыкнула я. — Что вам от меня надо?
— Надо, чтобы ты усекла, змеюка, что мы следим за тобой, и твоё колдовство тут не пройдёт.
— А сами-то не боитесь, что прокляну вас? — я усмехнулась, но тут же замерла, заметив сверкнувшее в руках Трис лезвие ножа. Кольцо противников сжалось, и вот уже ледяной кинжал касался моей щеки.