Сто баксов на похороны
Шрифт:
– Заходите.
Они вошли. Зубов шагнул следом и услышал испуганное: «Ни хрена себе».
Мужики рванулись назад. Он коротким ударом в живот свалил первого и ногой ударил другого между ног. Захлопнул дверь. Увидел лежавшую в луже крови с задранным порванным халатом Нину. У стены под вешалкой лежал избитый Алексей. Зубов выхватил пистолет и щелкнул курком. Присев, приложил пальцы к сонной артерии Алексея. Пульс был. Он шагнул к Нине.
– Зуб, – открыв левый глаз, правый заплыл темно-багровой опухолью, простонала она. – Нас Танька, сучка…
Поперхнувшись, вздохнула. По подбородку поползла тонкая струйка крови. Зубов выматерился. Поднявшись,
– Живой, – подойдя, буркнул Зубов.
– А толку-то? – промычал Леха.
– Значит, жить будешь, – усмехнулся Зубов. Усадил его на полу и прислонил спиной к стене.
– Нас… – прохрипел Алексей.
– Все, – прервал его Зуб. – Короче, слушай. Слышишь? – Он слегка встряхнул его.
Открыв глаза на окровавленном, опухшем лице, Алексей прикрыл их в знак согласия.
– Отвезу в больницу, – сказал Зубов. – Где и кто бил, придумай сам. И больше никому ни слова, – жестко добавил он.
Леха вновь, давая понять, что все понял, моргнул. Павел подтащил к нему протяжно застонавшую Нину.
– Больно, – промычала она.
Ей он сказал то же, что Алексею.
– Не убивай нас, – неожиданно промычала она. – Мы…
– Забудьте обо мне, – перебил ее Зубов. – Делайте как скажу. Запомните: ваши вещи и документы я сдам в больничную каптерку. Квитанции отнесут вам. Все.
Встав, пошел в комнату. Увидел обоих мужиков. Они растерянно озирались. Увидев его, испуганно вздрогнули.
– Земляк, – торопливо заговорил один, – ничего нам не надо. Вот, – протянул он подрагивающей рукой деньги, которые он им дал, – возьми, только…
– Сейчас поможете оттащить бабу и мужика в машину, – перебил его Зубов, – получите по двести рублей. Если где-то что-то вякнете, вас убьют. Не я, это не мои дела. Ясно?
Мужики испуганно закивали.
– И еще. Если сейчас свинтите, найти вас не проблема. От вас нужно только вот что: поможете дотащить их до машины, получите бабки и забудете обо всем. Берите. Ты, – определив внешне, что один покрепче, – берешь его, – кивнул он на Леху. – Ты, – взглянул на второго, – берешь ее. Я ухожу за машиной. Если малейший кипиш, пойдете крайними. А если сделаете так, как говорю, получите бабки, и разбежались.
Мужики снова торопливо закивали.
– Я выхожу первым. Ждите меня и никуда ни шагу. Приду, скажу что делать.
– А если кто-нибудь занырнет? – испуганно спросил один.
– Никого не будет.
Выйдя из квартиры, Зубов быстро сбежал вниз. Он был уверен, что мужики сделают так, как он сказал. И ему чертовски повезло. Выйдя из подъезда, увидел «шестерку» с табличкой на стекле: «Свободен». Подошел. Молодой парень помогал вытащить из багажника вещи двум молодым женщинам.
– Земляк, – с нарочито бодрой интонацией сказал ему Зубов, – тут двух наших покоцали. «Кусок» получишь, если в больничку их оттащишь.
– В какую? – спросил шофер.
– В любую, но более-менее. Лучше в платную, чтоб вопросов не задавали.
– Есть тут такая, – кивнул таксист. – Правда, там шкуру дерут. Но…
– Короче, так, – перебил его Зубов, – подкати к дому, – он указал рукой на подъезд, – и как увидишь меня с бабой, открой заднюю дверцу. Вот, – он протянул пятьсот рублей, – задаток. Свалишь –
по номеру найду…– Не держи меня за пионера, – усмехнулся тот. – В такие игры играть не стоит.
– Так, мужики, – сказал Зубов, входя в квартиру, – берите его, – он кивнул на Леху, – оба. Я ее. И бегом по лестнице за мной. Если остановлюсь, тормозите тоже. И ни звука.
– Это, – несмело проговорил один, – им бы хоть морды забинтовать. А то кровью изойдут. Да и мы перема-
жемся.
– Соображаешь, – одобрительно заметил Зубов.
– Есть, – довольно кивнул Горец. – Теперь главное – не торопиться, но и не опоздать.
– Ты думаешь, это нам что-нибудь даст? – спросила Лола.
– Конечно. Ради него он на все пойдет.
– Но вдруг они сообщат о месте встречи гораздо раньше? Или когда уже…
– Времени будет предостаточно, я их знаю.
– А как мы узнаем, – спросила она, – что… – Оборвав себя, засмеялась. – Конечно. Ведь Инна обязательно узнает!
– Как раз она скорее всего ничего и не узнает. Они выйдут прямо на Михайлова. Хотя шубы… Конечно, я обязательно постараюсь уцепиться и за этот канал поставки шуб. Какие-никакие, а деньги. К тому же этим можно будет объяснить свои поездки в Якутию.
Горец довольно улыбнулся. Посмотрел на Лолу.
– Почему ты бросила работу в музее?
– Ты, наверное, слышал, год назад в Петербурге были украдены три ценные иконы. Вот я и проходила по тому делу. Доказать мне не смогли ничего, но с работой пришлось расстаться. К тому же работа в музее не позволяла развернуться. Сейчас я работаю на себя и делаю очень хорошие деньги. Знаешь, когда мы с тобой сошлись и я поняла, что тебя можно использовать против Кости, была удивлена, пока не услышала от тебя, что начинал ты с ним как компаньон. И знаешь, – Лола улыбнулась, – начала уважать тебя. Столько лет быть рядом с человеком только для того, чтобы, выждав удобный момент, всадить ему в спину нож…
– Я не умею прощать, – буркнул он. – И рано или поздно рассчитаюсь. А Кость… – Его глаза злобно сверкнули. – Мы начинали вместе. Всю грязную работу выполнял я. Чтобы он стал тем, кем стал сейчас, знаешь, сколько пролилось крови? – Горец криво улыбнулся. – А когда все начало налаживаться и мы могли полулегально зарабатывать деньги, он указал мне мое место. Поддержи я тогда Альберта, он бы стер нас с лица земли без особых усилий. Но я дождался своего часа. А что тебя столкнуло с ним? Инку я понимаю, он берет с нее немалый процент за охрану, хотя вряд ли кто из уголовников решился бы обложить данью жену Зуба. Зуб! – Он засмеялся. – Тот даже не пытался защитить ее в этом вопросе, потому что хоть и авантюрист, дерзкий и наглый, и умеет за себя постоять, тем не менее понимал, что война с Костью для него смерть. Он…
– Он просто хотел дожить до двухтысячного года, – засмеялась Лола. – И без ментовского, как он говорил, «хвоста». Инка имела связь с Долларом. Он был ее любовником, хотя любил жену таксиста, Викторию Вилову. Поэтому она и затеяла убийство таксиста. Ты хотел подцепить Вячика – и подцепил. Теперь он твой. Инка убрала мужа любимой женщины Доллара и только потом осознала это. И тогда…
– Вот тут, – возразил Горец, – ты ошибаешься. Она сделала все, что хотела. Похищение пацаненка должно было навсегда разлучить Доллара и Вилову. Потому что Виктория была бы уверена, что это он украл ее сына. А ведь он, оказывается, и хотел украсть, – рассмеялся Горец. – Но ты не ответила на мой вопрос. Чем тебе насолил Кость?