Стикс и кости
Шрифт:
– Нет, - покачала головой Луиза.
– Не надо тебе к ней ехать - Ты меня отвезешь?
– Нет.
В голосе слышалась злость, и он дал задний ход.
– Может, завтра.
– Нет. Никогда.
Они еще немного поговорили, а потом он решил, что пора спать.
На этот раз Ифетао к нему не пришла.
***
Дэнни проснулся, слыша, чувствуя, как ломаются пальцы на ногах. Сначала мизинцы
Хрясть!
Он закричал во сне.
Только это был не сон.
Начали вибрировать кости стопы правой ноги, затем согнулись, словно на них что-то давило. Боль все усиливалась. И в животе у него что-то начало рваться. Он попытался дотянуться до ног, помассировать их. Ничего не вышло: руки по-прежнему его не слушались.
Он все кричал, а под его крики ломались и ломались тоненькие косточки стоп.
Появилась Луиза с теплыми полотенцами, вытерла его потное лицо, завязала стопы, чтобы смягчить боль.
– Ничего, ничего, - шептала она.
– Все будет хорошо. Мы справимся и с этим.
– За что?
– стонал он.
– За что, за что, за что...
– Он замолчал: перехватило дыхание.
– Больше она тебя не тронет.
В конце концов до него дошел смысл ее слов.
– Ифетао?
– Конечно.
– Луиза вновь вытерла с его лба пот.
– Отдыхай. Старайся ровнее дышать. Какое-то время ты не сможешь ходить. Но не волнуйся. Я обо всем позабочусь. Я тебя люблю.
Его словно пронзило молнией.
– Уиззи, та штуковина, которую Иффи оставила на крыльце. Которую ты положила в укромное место. Я думаю, ее лучше уничтожить.
– Я это уже сделала, любимый.
– Хорошо.
– Он покачал головой. Мысли путались, он никак не мог найти нужных слов.
– Я никогда не верил в черную магию.
– И не надо в нее верить. Но иногда она срабатывает. Он начал проваливаться в темноту, надеясь там обрести спасение от боли. Луиза что-то сказала.
– Что?
– переспросил он.
– Река Стикс широка и глубока, - повторила она.
– В ней очень много ненависти.
– И тут же словно переключила телевизионные каналы.
– Коты вылезли. Я их покормила. Кажется, я им понравилась.
–
Что ты имела в...– Он не договорил. Его окутала благословенная темнота.
***
Проснувшись вновь, Дэнни не смог шевельнуться. Луиза сидела рядом с чашкой кофе наготове. Помогла выпить ее маленькими глоточками.
– Боюсь, ноги у тебя не очень - Они болят, как и плечи, - прошептал он.
– Какое-то время тебе придется побыть дома.
– В голосе слышалось сочувствие.
– Но я уверена, что все образуется.
– Зато нам не придется ехать к Ифетао.
– Дэнни попытался улыбнуться.
– Это точно. Да и смысла в этом нет.
– Ты о чем?
– Эта женщина ненавидела тебя. Помнишь фигурку, которую я уничтожила? Ту, которую она оставила на крыльце. Ее назначение - превратить тебя в импотента. Наверное, она решила, что ты этого заслуживал.
– Луиза вздохнула.
– Но не имела права так поступать.
Дэнни попытался поднять голову, чтобы посмотреть на Луизу. Его пальцы поползли по одеялу, как пауки-калеки.
Ее взгляд упал на его руки.
– Осторожнее. Как бы то же самое не произошло и с пальцами рук. Всеми десятью, включая большие.
– Но тут же она ослепительно улыбнулась.
– Но я говорила тебе, что могу печатать с голоса. Все у тебя будет в порядке.
– Что ты такое говоришь?
– пробормотал он.
Внезапно взгляд его упал на комод за ее спиной. Там стояла его фотография в металлической рамке. Но теперь к рамке привалилась какая-то фигурка, напоминающая куклу Кена, с перевязанным телом, руками, ногами. Повязки эти неестественно выгибали конечности. Особенно сильно они перетягивали плечи, стопы, кисти.
И вот тут, несмотря на боль, он таки начал осознавать, что с ним происходит. Уиззи любила его.
Она заговорила, словно прочитав его мысли.
– Дэнни, я буду любить тебя всегда. Я не позволю ей причинить тебе вред. Ничего у нее не выйдет. Я позабочусь о тебе. Можешь на это рассчитывать.
Подступало забытье, и он понимал, что обратного пути уже не будет.
Сознание уходило, и Дэнни не знал, как удержать его. Но успел понять, о чем говорит ее холодная улыбка.
Любовь всегда побеждает ненависть.
Всегда.