Чтение онлайн

— Прости меня.

Я зажмурилась, вдыхая его запах, и перед глазами снова встала картина того, как он гнал Морока по той дороге — без оглядки, без опасений.

Мгновение спустя рука Вильгельма легла мне на спину, и я едва не застонала от глупого щенячьего счастья.

— Это ты меня прости. Я не имел права осуждать тебя. И не должен был говорить…

Его дыхание обожгло мою щеку, и я сделала шаг назад, чтобы взять его лицо в ладони, не позволить отвернуться.

— Я побоялась тебе сказать. Знаю, что должна была, чтобы ты понимал, с чем имеешь

дело, но…

Он не позволил мне договорить, поцеловал горячо и ласково, и мне снова пришлось схватиться за него, чтобы не упасть.

— Он не причинил тебе вреда? — оторвавшись от меня, Вильгельм спросил полушепотом.

Я отрицательно покачала головой и опустила глаза, чувствуя, что при воспоминании о прошедшей ночи меня начинает трясти.

— Мел?

Он всё ещё тревожился и не понимал. Думал в первую очередь обо мне, а не о том, с чем приходилось сталкиваться ему самому.

Я заставила себя снова взглянуть ему в глаза, но при этом сжала воротник его рубашки крепче.

— Он появился на дороге прямо за деревней. Красавица испугалась и сбросила меня. Я обрадовалась тому, что она ускакала и он не мог ей навредить. Потом побежала в лес, и… — в горле встал ком, и барон погладил меня по голове успокаивая. — Он гнал меня всю ночь, и я даже не понимала, куда бегу. А потом всё прекратилось. Я перебежала дорогу, упала и ударилась о сосну. Я думала, теперь он точно меня догонит, но…

Сил продолжать не было, но Вильгельм серьёзно кивнул, прижимая меня к себе.

— Ты добежала до земли Кернов. Ему нет хода за очерченные ими границы.

Теперь, когда он подтвердил мои догадки, я могла позволить себе жалко всхлипнуть и ненадолго прижаться к нему крепче.

Когда мой, — всё ещё мой, — барон снова был рядом, даже собственный страх не казался таким унизительным.

Мне ведь в самом деле несказанно повезло — повезло убежать, повезло, что он оказался настолько щедр, что поделился со мной своей силой.

В дверь постучали, и мне пришлось от него отпрянуть — не хватало ещё цепляться за него у кого-то на глазах.

Вильгельм быстро, почти мимоходом погладил мою талию и пошёл открывать.

— Прошу прощения, господин. Обед и новое платье для госпожи, — пока одна девушка вешала платье и объяснялась с ним, другая поставила на стол поднос.

Стоя к ним спиной, я всё-таки зажмурилась, так хорошо пахла еда.

Не лучше, чем изжаренное на костре в пустой деревне мясо, но всё же.

— Благодарю, — Монтейн остался восхитительно вежлив. — Герцогиня просила что-нибудь передать?

Польщённая девушка, судя по изменившемуся тону, улыбнулась ему вполне искренне.

— Только чтобы я была наготове выполнить любое ваше распоряжение.

Он не менял тона, беседуя с Ханной и её служанкой, обращался к обеим с равным уважением, и я невольно улыбнулась, понимая, что этого гостя будут любить не меньше, чем саму хозяйку.

Пока барон отпускал служанок, я заняла его место у окна и тоже посмотрела во двор.

Люди продолжали заниматься своими повседневными делами, мужчины чинили крышу…

Вот

только герцога Удо среди них уже не было.

Как бы они ни старался демонстрировать Чёрному Барону снисходительное и злое веселье, его эта встреча взволновала не меньше, чем герцогиню и самого Уила.

Мутное гнилостное подозрение снова поднялось со дна души, но я заставила себя не обращать на него внимания.

Не раньше, чем приведу себя в порядок.

— Мне, наверное, нужно…

Вспомнив о том, на что сейчас похожа, я не решилась больше смотреть на барона, но он снова подошёл ко мне сам.

— Не торопись. Здесь за тобой никто не гонится. И бояться нечего.

Памятуя о том, что ванную нужно уступить ему, я всё же поторопилась.

Как ни странно, отмыть и расчесать волосы мне удалось быстро. Благо, воды было вдоволь — когда её только успели принести?..

Новое платье, переданное для меня герцогиней, оказалось подобрано идеально. Оно не было совсем простым, но и не было вычурным. Легкая светлая ткань, расшитый коричневой лентой подол… Оно удивительным образом подходило к моим волосам и глазам и идеально село по фигуре.

Закончив одеваться, я уже почти не сомневалась в том, что без колдовства здесь не обошлось — едва ли одна герцогиня стала бы распоряжаться вещами другой без спроса, а меж тем сама Ханна была ниже меня, да и её грудь…

Я такими формами похвастаться не могла, и почему-то именно за это вдруг сделалось особенно неловко.

Когда я вернулась в гостиную, Вильгельм сидел на подоконнике и смотрел во двор.

Почти как в тот вечер, когда я имела глупость предложить ему своё тело в знак признательности.

Разве что теперь у него в руках был почти полный бокал с вином, и выглядел он куда более задумчивым.

При моём появлении он поднялся, поставил свой бокал на столик рядом со вторым, приготовленным для меня.

— Тебе очень идёт.

Он не лукавил.

Напротив, в его потемневших от безрадостных мыслей глазах мелькнуло такое восхищение, что я едва не зарделась.

— Там ещё много воды…

Я не знала, что ему сказать и как стоит реагировать на подобное.

Монтейн улыбнулся. Быстро, едва заметно, но так озорно, будто нащупал уязвимое место, в которое намеревался ударить при первой же возможности, и я смутилась ещё больше.

— Слушаюсь, госпожа! Уже ушёл.

Он всё-таки поцеловал меня за ухом, прежде чем скрыться в ванной, и оставшись в одиночестве, я негромко рассмеялась.

Смех этот получился плохим. Истеричным, жалким, горьким.

Теперь, когда вода смыла изнеможение и испуг, тяжёлые мысли захватили меня в полной мере. За ними меркли даже голод и желание спать.

Если мои догадки верны…

Я не представляла, что делать с такой правдой.

И как смотреть Монтейну в глаза, если он эти догадки подтвердит.

Пока он приводил себя в порядок, я мерила просторную комнату шагами, не решаясь дотронуться лишний раз до мебели, или же заглянуть в предназначенную для нас спальню.