Чтение онлайн

— Тогда мир утонет в кузнецах и охотниках! — проскрипел кто-то.

— Так не принято, Китт Бронсон. Секреты мастерства должны оставаться секретами.

Новая волна недовольства была куда более тихой. Кого-то я своими речами задел.

— Тех, кто считает, что секреты мастерства должны оставаться секретами, я не задерживаю, — говорю твердо и киваю в сторону выхода, где стоит настоятельница. — Вас я убедить ничем не смогу, и пытаться не буду, чтобы ваши принципы не взбунтовались, когда вы станете учить ребят своей профессии. Мне нужны люди, которые испытывают удовольствие, обучая. Которые хотят, чтобы ученики превзошли

В воздухе повисло молчание, тяжелое и задумчивое. А затем моим приглашением воспользовались — старики поднимались с мест, кивали мне, некоторые бормотали извинения и уходили. Глядя на уходящих, поднимались и те, кто изначально к двери не собирался.

И вот, когда казалось, что все рухнуло и к выходу пойдет каждый, заговорил скуластый старик.

— А ты, Китт. Не тот ли самый практик. Который зельями. Храм снабжает?

— Верно, — киваю. — Думал, вам сказали.

— Погодите-ка! — воскликнула старушка. — Получается, ты готовил те целебные зелья, что моего сына-калеку, зверем подранным, с койки подняли?

Все взгляды устремились на меня. Я спокойно встретил его взгляд.

— Да. Я их готовил и отдавал в храм.

Тщедушный старик остановился на выходе, опираясь на палку. Глаза его блестели:

— Те зелья меня из могилы выдернули! Легкие гноились, я уже прощался с семьей! Я жизнью обязан!

Атмосфера в зале менялась. Недоверие стало смешиваться с уважением, скепсис — с интересом. Послышались одобрительные возгласы, кивки. Кто-то уже смотрел на предложение благосклоннее.

— Я согласен обучать, — снова крепкий старик. — Могу инструктором быть. Могу дисциплине обучить. Строевой подготовке. Основам рукопашного боя, стрельбе. — Каждая фраза стучала молотом по наковальне. — Был командиром стражи. Тренировал новобранцев. Я практик девятой ступени. Закалки. Сам достаточно пожил. Хочу передавать опыт.

Следом за первым ко мне обратились еще трое из оставшихся. Коренастый мужчина с руками, покрытыми старыми ожогами — кузнец. Худая женщина с длинными тонкими пальцами — травница. И молчаливый, угрюмый детина с чуть поседевшими волосами, плотник.

Четыре человека, не слишком много. Но и не мало! Да, я мог бы завербовать куда больше инструкторов, если бы рассказал про омолаживающие зелья, но решил этого не делать. Как только пансион заработает, а старики помолодеют, в специалистах недостатка не будет.

Договорившись с четырьмя специалистами, я сообщил им, куда и когда зайти, чтобы устроиться на работу (дальше Самир справится) и попрощался. В зале осталось двадцать три человека, ожидающие второго предложения. С ними я был еще лаконичнее.

— Второй путь быстрее и принесет вам куда больше денег. С помощью особой техники я могу менее чем за час извлечь ваши знания, ваш опыт в ремесле и передать другому, кто сможет ими воспользоваться. За это вы получите единовременную выплату в пятнадцать золотых.

Меня прервал глухой ропот, разросшийся до взволнованного гула. Лица исказились недоумением, страхом, недоверием.

— Извлечь? Как это — извлечь? — крикнул кто-то с задних рядов.

— Это ведь разум пострадает! А как же память? — испуганно спросила пожилая женщина, сжимая в руках платок.

— А это не опасно? Не умрешь ли после этого?

Один из стариков, чье лицо было похоже на высохшую грушу, угрюмо сжал

— Золото, — проговорил он тихо, но так, что все услышали, — Это все для молодых, у которых жизнь впереди. А мы живем прошлым. Воспоминания — едва ли не единственное, что у нас осталось, а ты их собираешься извлечь… Нет!

Его слова холодным душем окатили тех, кто уже начал мечтать о золоте. Они снова посмотрели на меня, друг на друга. В глазах прибавилось сомнений.

Следующие полчаса я потратил на убеждение. Пытался успокоить тех, кто боялся техник, преодолевал коллективное недоверие и убеждал, что ничего плохого с остальной их памятью не будет. Всех не убедил, но выложенные на трибуну золотые сработали. Трое стариков согласились на мое предложение.

— Мы свое уже пожили… Детям деньги оставить надо, — качнул дряблой шеей один.

— Знания мои все равно мне уже не нужны, пусть кому-то помогут, а я хоть на старости лет в достатке поживу, — другой.

Три человека. Мало ли?

Думаю, для первого раза пойдет. В голове пока только общие черты по грандиозной работе — по извлечению не обычного чувства или эмоции, а целого навыка.

Насколько знаю, никто прежде не варил зелье понимания боя или зелье, влияющее на мышечную память, я же хотел шагнуть дальше. Мышечную память и заученные движения можно передать и обычной тренировкой. Но мне нужно было нечто большее. Интуитивное понимание расстояния в бою, мгновенное вычисление угла атаки и прочее, прочее, что приходит и разрастается после пережитых схваток на смерть. Аж руки чешутся — хочется сварить очередные эликсиры, которых мир еще не видел.

Я попрощался со стариками, договорившись о встрече позже и выдав авансом по несколько серебряных монет.

Теперь надо думать и рассчитывать пропорции.

Воздух в лаборатории влажный, насыщенный самыми разными ароматами: терпкая горечь корней мандрагоры, сладковатая дымка испарений. Десять малых котлов, выстроенных в идеальном порядке, тихо побулькивают над ровными языками алхимического пламени. Пар медленно тянется к работающим вытяжкам.

Хожу мимо котлов, оценивая, анализируя готовящиеся основы для зелий по цвету и плотности пара, по мельчайшим пузырькам на поверхности.

Большинство мастеровых заняты вместе со строителями. Курса и еще одного помощника хватает, чтобы поддерживать кипение и, сверяясь по песочным часам, доливать в котлы подготовленные жидкости; я появляюсь здесь раз в пять часов, чтобы убедиться, что…

— Все в порядке, господин? — спрашивает Курс.

Мужчина всего несколько дней назад хрипел и заходился в кровавом кашле, кожа была желтой, как залежалая бумага. Теперь щеки порозовели, кашель прошел. Он уже относится ко мне с уважением, граничащим с преданностью, и, думаю, это не предел.

Впрочем, на поправку пошли все, и в коллективе отношение ко мне потеплело до самых комфортных температур. Я не утаиваю знания, как Крайслеры — отвечаю на вопросы и щедро плачу за работу. Здоровье всех мастеровых приходит в порядок, вдобавок они общаются с остальными работниками, обмениваются историями, и наша с Самиром репутация ползет вверх и у тех, и у других.

— Да, все отлично, — отвечаю запоздало. — В третий котел через полчаса долейте десятую долю литра воды. И помешивайте котлы каждые полчаса, не реже.