Стальной прилив
Шрифт:
– Ты встречался с черными самолетами?
– Нет, таких не видел. Что за эскадрилья? Японцы?
– Я не знаю, Сергей. – В голосе Вольфрама послышались нотки испуга. Нотки тем более удивительные, что Вольфрам не боялся ничего и никого в этом мире.
– Первая атака произошла два дня назад. Три черные неидентифицированные машины сбили наш стратегический заправщик KC-135E и перебили, как котят, все его охранение. Десять F-16D! Десять, Сергей, за пять минут! Выжил один пилот. Определить тип вражеских машин он не смог, но сказал, что противник действовал с дьявольской эффективностью. Каждая «черная» ракета находила
– Похоже на сказку для подростков. Ты действительно веришь в этот бред?
Немец задумался:
– Да, Сергей, верю. Сегодня утром они разбили двенадцатое, десятое и четвертое крыло «Викингов», после чего уничтожили «Лэнсер». Наше командование до сих пор находится под впечатлением от их внезапной атаки. Кто эти ребята, Сергей? Почему информация о них отсутствует в коммерческих базах данных?
– Если это канадцы или ооновцы…
Немец нетерпеливо перебил полковника:
– Невозможно. На своих крыльях они несут символы Черного солнца. Звездами там и не пахнет.
– Тогда ты встретился с крылатыми поклонниками мадам Блаватской, – усмехнулся в трубку Сергей.
– Ничего смешного, мой друг! Эти эзотерики за три дня убили двадцать человек. Я не хочу, чтобы мои ребята попали под их бульдозер.
– Я понял, Вольфрам. Если до моих ушей доберется информация об этих машинах, я дам тебе знать.
– Военные тайны останутся между нами.
– Безусловно.
Сигнал прервался, сменился последовательностью одиноких гудков.
Сергей выключил телефон и посмотрел на лестницу, по ступеням медленно поднималась Джейн. Взгляд девушки был испуганным и тревожным.
– Ты видела Шоле?
Джейн кивнула:
– Он попросил у меня прощения. За прошлый раз, помнишь? Мы тогда много глупостей наделали, но я до сих пор не могу избавиться от чувства вины перед ним.
Сергей посмотрел в темноту коридора. Здесь, на лестничной площадке, в мягкой полутьме древних лампочек накаливания можно было поговорить без свидетелей.
– Рауль сказал тебе про дуэль?
– Нет, он упомянул про отцовский «Рафаль». – Девушка замолчала, а потом добавила: – Зачем вам эти детские разборки, Сергей?
Соколов вздохнул, оправдываться ему не хотелось:
– Прошлое столкновение закончилось вничью. Он остался без женщины и без славы, с жаждой реванша. Я могу понять, что им движет.
Джейн подошла поближе и взглянула полковнику в глаза.
– Мне удастся отговорить его от этого безумия! Я уверена в этом, дай мне час…
– Я не хочу, чтобы ты вновь пересекалась с ним.
– Это не тебе решать, Серж.
– Тогда Рауль прав и дуэль неизбежна.
– Никонов вам головы оторвет.
Сергей улыбнулся и произнес:
– Не оторвет, если ты ему не скажешь!
Северное море. 251 миля к югу
от островов Бернадотта.
Подводная лодка класса «Лос-Анджелес» SSN-719 «Провиденс».
16 ноября 2035 года, 00.13
В дверь каюты агрессивно
забарабанили кулаком. Выждав паузу, проситель замолотил снова, настойчиво впечатывая ручищу в твердую поверхность армированного пластика.Дэмпси скривил рот в недовольной гримасе, отложил в сторону книгу и сдвинул в сторону пачку секретных документов. Приоткрыв верхний ящик стола, капитан достал «кольт», взвел металлический боек оружия. Засунув пистолет за пояс, Дэмпси подошел к двери и щелкнул крохотной рукояткой замка.
Грохочущая створка врезалась в стенку отсека. В каюту ввалился задыхающийся Эмблтон, лицо судового медика было темно-красным от удушья. Следом за доком в помещение нырнули два крупных моряка-торпедиста. Форма одного была покрыта слоем черной смазки, второй удерживал пальцами рукоять автоматического пистолета. На лицах громил сияла жестокая улыбка.
Дэмпси невозмутимо взглянул на стенающего Эмблтона:
– Что это значит?
Громилы переглянулись. Мексиканец опустил пистолет, коварно улыбнулся и с интересом оглядел скромное убранство капитанской каюты. Второй моряк – крупный светлый мулат закрыл за собой дверную створку и вежливо представился:
– Капитан, сэр, уорент-офицер Крэйг Уорвелл, торпедный отсек.
Указав на своего товарища, моряк добавил:
– Это симэн аппрентис Хэндрикс. Мы представляем, как бы это сказать поточнее, комитет по спасению субмарины.
Гордон ощутил исходящую от энсина угрозу, но виду не подал, и остался стоять на месте не пуская пришельцев во внутреннюю часть каюты.
Уорвелл кашлянул:
– Капитан, вам известно, что моряки недовольны долгим походом. Выходных нет, развлечений нет, берега мы уже давно не видели. Последняя вахта длилась более пятнадцати часов – это недопустимо.
– На войне по-другому не бывает, – ледяным тоном отозвался Гордон.
– И все же, пятнадцать часов это много. Люди устали, реакторный не желает работать в прежнем темпе. Мы, торпедисты, тоже не железные. Нам нужен отдых, а не война…
Хэндрикс сердито посмотрел на Дэмпси. Пальцы моряка непрестанно скользили по бойку оружия.
Не дождавшись от командира ответа, Уорвелл добавил:
– В общем, капитан, Комитет требует от вас прекращения операции «Несгибаемая воля». Подыхать за нашего президента мы не хотим. Выполнять приказы командования мы тоже не собираемся. Эти козлы задержали нас в море на несколько лет, мы свое давно отработали. Ваш долг – вернуть нас домой к семьям и детям, целыми и здоровыми – одним куском. Полагаю, Техас или Свободная Мексика с удовольствием примут нашу подлодку.
– Ваш долг, офицер, заключается в исполнении президентских приказов.
Уорвелл грубо выругался в ответ, упомянув в своей реплике президента и часть его ближайших родственников:
– Учтите, капитан, выбора у вас нет. Если до шести часов утра вы не измените курс корабля, комитет остановит реактор и выведет из строя имеющиеся на борту торпеды. Злить и провоцировать нас не советую.
– Угрожаете? – рявкнул Дэмпси, пытаясь подавить моряков авторитетом.
– Нет, капитан, – покачал головой Уорвелл. – Просто констатирую факты. Хорошенько подумайте над моим предложением и прикажите проложить курс в Мексиканский залив. Если не будете брыкаться, обещаю от имени комитета сохранить вам жизнь. В противном случае – пеняйте на себя.