Чтение онлайн

— Незаменимая штука также для атаки американских военно-воздушных баз и исследовательских кораблей, — добавил Питт.

— Потише, майор, — пробормотал фон Тилль. — Во время обеда прошлым вечером вы предположили, что самолет появляется с моря. Вы стреляли наугад, но вы оказались гораздо ближе к истине, чем думали.

— Теперь я вижу это. — Питт бросил быстрый взгляд на вход в тоннель. Еще два охранника стояли, небрежно прислонившись к стене у входа, их автоматы аккуратно висели на плече. Питт начал говорить:

— Старый Альбатрос…

— Поправочка, — вмешался фон Тилль. — В отношении Альбатроса. Для моих целей тихоходный двукрылый аэроплан был самым замечательным средством, он мог приземляться

и взлетать с небольших полей, темных берегов или с воды возле корабля: его нижние крылья могут, или, вернее сказать, могли превращаться в понтоны, наподобие судна с подводными крыльями. Я использовал Альбатрос Д-3, оборудованный более современным двигателем, конечно, потому что его аэродинамические свойства идеально отвечали моим требованиям. К тому же, старый, обшарпанного вида аэроплан вряд ли можно было заподозрить в незаконной деятельности. Жаль, он больше не сможет летать. — Фон Тилль достал пачку сигарет из нагрудного кармана и закурил одну. Затем он продолжал. — Я никогда не собирался ни вооружать свой доставочный самолет, ни тем более вовлекать его в сражение. Только после того, как у меня не осталось выбора, кроме атаки Брейди Филд и вашего дорогого корабля, я установил на нем пулеметы; слишком крутое решение, возможно, но вашего капитана Ганна не обескуражили мои искусные попытки организации диверсий против его экспедиции. Я не боялся, что какой-нибудь любопытный пловец или поклонник подводной охоты обнаружит мою небольшую подводную оперативную базу. Однако знающий и опытный океанографический исследователь представлял совершенно определенную опасность. Я не мог рисковать. Был организован рейд, и я до сих пор убежден, что это был великолепный план. У полковника Льюиса не оставалось выбора, кроме как приказать… все время забываю его название, ах, да, Первой Попытке покинуть побережье Тасоса, если бы атака продолжилась без помех. Вы не могли знать, конечно, что Альбатрос намеревался атаковать корабль с бреющего полета сразу после того, как будет нейтрализована военная база. Вы, майор Питт, появились на сцене в самый неподходящий момент и все испортили.

— Превратности войны, — с сарказмом заметил Питт.

— Жаль, что Вилли не может быть здесь, чтобы услышать ваши слова.

— А где же наш старый добрый любопытный Вилли? — спросил Питт.

— Вилли был пилотом, — ответил фон Тилль. — Когда Альбатрос рухнул в море, бедный Вилли не смог выбраться из-под обломков. Он утонул прежде, чем мы смогли добраться до него. — Лицо фон Тилля внезапно стало злым и угрожающим. — Кажется, ты мне стоил моего шофера и пилота, так же, как и моей собаки.

— Доверчивость со стороны Вилли. — спокойно отозвался Питт. — Я обманул его тем же старым трюком, который использовали британцы для Курта Хейберта. А что касается собаки, то, прежде чем натравить одну из своих бешеных тварей на ничего не подозревающего гостя, вам нужно было пересчитать прежде ваши столовые приборы.

Фон Тилль с любопытством смотрел на Питта некоторое время. Затем он понимающе кивнул.

— Замечательно, совершенно замечательно. Ты убил моего чемпиона породы ножом с моего собственного обеденного стола. Надо заметить, это очень, очень неблагодарно с вашей стороны, майор. Могу я поинтересоваться, как и кем вы были предупреждены?

— Предчувствие, — отозвался Питт. — Ни больше, ни меньше. Вам не следовало пытаться убить меня. Это была ваша первая ошибка.

— Очень жаль, что вам удалось выбраться из лабиринта, чтобы продлить ваше существование всего на несколько часов.

Питт безразлично взглянул в пространство позади фон Тилля и Дариуса. Зияющий черный тоннель был сейчас странно пуст, двое охранников исчезли. А пятеро охранников, которые прислонились к стене пещеры с автоматами, выглядели так

же грозно как и раньше.

— Ваш торжественный прием приводит меня к заключению, что вы нас ждали, — тихо проговорил Питт.

— Разумеется, мы поджидали вас, — уверенно произнес фон Тилль. — Добрый друг Дариус проинформировал меня о вашем предстоящем визите. Точное время стало ясным, когда Первая Попытка начала подозрительные действия: ни один капитан в здравом уме не подведет свой корабль так близко к скалам Тасоса.

— Так сколько же сребренников заплатили Дариусу за предательство?

— Точная сумма вряд ли вас заинтересует, — сказал фон Тилль. — Дело в том, что Дариус находится на моей службе уже десять лет. Вы можете заметить, что наше сотрудничество основано на полной взаимной выгоде.

Питт взглянул в угольно-черные глаза Дариуса:

— Неважно, как ты докатился до предательства, но этот шаг делает тебя законченным подлецом. Вот в чем ваша вторая ошибка, фон Тилль. Использование такого скользкого гнусного таракана, как эта бестия Дариус, непременно приведет к обратным результатам.

Дариус затрясся от злобы. Маузер задрожал в его огромном кулаке, он казался невероятно длинным и был нацелен прямо в живот Питта.

Фон Тилль устало покачал головой:

— Раздражая Дариуса, вы только приближаете наступление своей смерти.

— Какая разница. Вы в любом случае собираетесь нас убить.

— Опять предчувствие, майор? Оно хорошо вам служит. — Фон Тилль говорил весело. Слишком весело, чтобы Питт мог усомниться в его намерении.

— Я ненавижу сюрпризы, — язвительно заметил Питт. — Как и когда?

Фон Тилль с подчеркнутой педантичностью отодвинул рукав и внимательно посмотрел на циферблат своих часов:

— Через одиннадцать минут, если быть точным. Это все время, на которое вы можете рассчитывать.

— Почему не сейчас? — рычал Дариус. — Зачем ждать? У нас есть и другие дела.

— Спокойно, Дариус, — урезонил его фон Тилль. — Мы можем использовать лишние руки, чтобы погрузить наши припасы на борт подводной лодки. — Он взглянул на Питта. — Из-за вашего ранения вы, майор, освобождаетесь. Остальные ваши люди могут начинать переносить снаряжение, которое вы видите в доке, к первому люку.

— Мы не работаем на мясников, — ровно и спокойно ответил Питт.

— Очень хорошо. — Фон Тилль обратился Дариусу. — Прострели его левое ухо. Следующей пулей убери ему нос. И после этого…

— Прекрати, старый кровожадный немец. — Слова срывались с губ Вудсона. — Мы загрузим твою проклятую лодку.

У них не было выбора. И у Питта не было выбора. Он только мог беспомощно сидеть и наблюдать, как Спенсер и Герсон начали разбирать небольшую гору деревянных ящиков на пирсе и передавать их Найту и Томасу на подлодку. Вудсон исчез в люке; только его руки время от времени мелькали над палубой, чтобы подхватить ящик. Жгучее ощущение появилось в ноге Питта. Могло показаться, что какой-то маленький человечек бегал взад-вперед по ране с факелом с руках. Раз или два он был близок к потере сознания; но каждый раз он находил силы держаться, пока не исчезали нахлынувшие волны темноты. Невероятным усилием воли он сохранял свой голос ровным во время разговора.

— Вы ответили только на половину моего вопроса, фон Тилль.

— Неужели способ вашей кончины действительно так много значит для вас?

— Как я уже сказал, я ненавижу сюрпризы.

Фон Тилль с холодной расчетливостью изучал Питта. затем он пожал плечами:

— Я полагаю, нет необходимости скрывать неизбежное. — Он замолчал, чтобы снова взглянуть на часы. — Вы со своими людьми будете застрелены. Немного жестоко и безжалостно, но я предпочитаю думать об этом, как о более гуманной смерти, особенно если сравнивать с погребением заживо.