Чтение онлайн

– Глупо так думать... Ведь весь этот гениальный план сделан именно тобой, я и Ковлинский тобой восхищаемся. Нам бы так уметь выкручиваться!
– говорил Джед.
– Ладно, давай закругляться. Нам еще нужно будет подготовиться к этой ночи.

VI. Рита Хогина

Как только Вадим вышел из дома Евсеевых, то сразу же поймал такси, оно как раз проезжало вовремя. Нет, он даже и не думал ехать домой. Возможно, если бы он не нашел то письмо, он бы так и сделал, но теперь когда действия начали разворачиваться не так, как он хотел, приходилось действовать самому.

Теперь Вадим Игнатьев делал

все не из-за каких-то своих личных интересов, хотя он так мог поступить в любую минуту. Что-то щелкнуло в нем, и он решил для себя, что никогда больше не станет прежним. Вадим ехал к Маргарите Хогиной. Ему нужна была хоть какая-то поддержка, хоть какое-то осознание того, что он делает это не только для себя. Вадим без этого не мог. Интуиция подсказывала, что он все делает правильно, хотя у него и было предчувствие, что что-то может пойти не так, как он задумал.

Издалека показался знакомый белый забор, знакомая белая стена. "Хорошо, что пока еще не стемнело..." - произнес про себя следователь Игнатьев. Вадим подумал: "Так как Риту должен был сторожить Джед до одиннадцати часов вечера, а теперь он, скорее всего, едет домой, то кто же находится с ней? Надеюсь, что никого... Да как можно так долго парковаться?"

Водитель такси явно никуда не торопился, в отличие от Вадима. Когда машина все-таки остановилась, следователь Игнатьев вышел из такси и подошел к левому окну, чтобы оплатить свою поездку. Далее он быстрыми шагами, перескакивая через ступеньки, поднялся по лестнице и распахнул дверь в полицейский участок.

Пройдя по длинным коридорам, он нашел ту комнату, где сидела Рита Хогина. Одно было странно, она сидела совершенно одна, без надзора и без адвоката. Следователь Игнатьев зашел внутрь и закрыл за собой дверь.

Рита явно была не удивлена приезду Вадима. Она подняла голову, посмотрела на него и снова ее опустила. Ее глаза были затуманены какой-то безысходностью и ужасным отчаянием. Следователь Игнатьев подошел к столу, за которым она сидела, отодвинул стул с другой стороны и сел на него. Все происходило очень быстро. Он решил немного поторопиться, так как знал, что кто угодно мог сюда заявиться.

– Рита, - сказал он, и она снова подняла свои глаза вверх и уставилась на него.
– У меня очень мало времени, поэтому отвечайте мне все честно и без лишних слов.

– Да, хорошо, - уныло сказала она.

– Начнем с самого главного. Вы убили Илью и Марину Евсеевых?
– спросил Вадим, не отрывая ладоней от стола и немного нагнувшись к ней.

– Я же отвечала вам на этот вопрос, - ответила она и отвернула голову.

– Кому ты отвечала? Я лично от тебя ничего не слышал.

– Марк Игнатьев сказал, что вы всё равно будете доказывать то, что именно я их убила. Против меня улики, и если я еще буду отрицать свою вину, то только усугублю свое положение.

– Ясно. Значит, вы никого не убивали, - утвердительно сказал следователь.
– Но перед убийством Марины, а я был на том месте первый, я нашел это письмо, - говорил он, вынимая конверт из своего кармана.
– Здесь говориться, что если я начну что-то делать, то нам с тобой останется очень мало времени, чтобы нормально жить. Вот это - настоящая улика, чтобы спасти нас. Но нужно сначала подумать, а не лезть на рожон.

– Стойте, так вы не с ними заодно? Значит я не одна такая? От кого эта записка? От Марка Игнатьева? От вашего брата?
– казалось, что с каждым вопросом

она наполнялась надеждой.

– Я не с ними. Чья это записка, я не знаю. Может быть, кто-то еще в этом замешен, я здесь не в курсе.

– Когда я тут сидела, здесь были трое людей в форме. Один был Марк Игнатьев, два других подошли позже. Один из них был тот, который вместе с тобой вез меня сюда, - сказала Рита, и Вадим был ужасно огорчен тем фактом, что на его пути стоит не только Марк, но и еще двое полицейских, один из которых Джед.

Еще было не известно, может быть, там у них есть связи и с другими полицейскими? Казалось, что эта дорога была в никуда.

– Его имя Джед Ян. Кто третий?

– Я не видела его раньше. Выше меня на голову, темно-каштановые отращённые волосы, но не длинные, худой. Он был не в форме, но значок у него имелся. Он был одет в серую расстегнутую кофту, на белую футболку. Еще у него были ядрено голубые глаза неестественного цвета, он явно переборщил с цветом линз. На шее была какая-то серебряная цепочка.

– Нет, что-то я такого не припоминаю, но думаю, что если увижу его, то узнаю, - ответил следователь Игнатьев.

– У тебя есть план? Что нам делать дальше?
– спросила Рита Хогина.

– Я тут вспомнил кое-что. Мой бывший напарник, я думаю, что он сидит в тюрьме ни за что. Я надеюсь, что он много чего мне сможет рассказать. Тебе в суде придется со всем согласиться, что ты убила их. Для нас главное, чтобы теперь Марк не переключился на меня, пусть думает, что у него все под контролем, - Вадим начал немного нагнетать обстановку и торопиться, потому что с каждым новым шагом, которые он слышал за дверью, его сердце замирало от страха, что их обнаружат.
– Из-за этого у меня появится время, чтобы без лишних подозрений съездить к напарнику. Запомни, если ты сядешь, то к тебе он не подберется. Я постараюсь управиться за неделю, потом, я обещаю, я найду доказательства, и тебя выпустят.

– Но нам все равно придется как-то поддерживать друг с другом связь?

– Дай мне свой номер телефона, - сказал Вадим и достал свой телефон, чтобы записать номер.

– Если меня посадят, то ты до меня вряд ли дозвонишься.

– Хорошо, но если я тебе дам свой, то Марк может это потом обнаружить. Тогда все-таки лучше напиши мне свой телефон, ну и электронный адрес на всякий случай. Не факт, что у нас получится, но я все-таки на это надеюсь, - сказал Вадим, дал ей ручку из его "всевмещающего" кармана и протянул Рите то письмо, на котором она написала, все то, что он попросил.
– Подай обязательно через некоторое время апелляцию на пересмотр твоего дела, это важно. И у меня все-таки остался еще один вопрос: откуда у вас ключи от дома Евсеевых?
– спросил Вадим, и Рита безоговорочно рассказала ему все правду.

– Мы тогда с Мариной поругались. И я забрала у нее ключи, когда она дала мне свою сумку. Я и не думала проникать в их дом. Я была рассержена на нее, и хотела выбросить ее ключи, но я их оставила у себя, так как мне показалось, что лучше ей их вернуть. Так сложились обстоятельства.

– Да, именно ключи здесь сыграли важную роль. Хотя даже если бы ты и не забрала ключи, то все равно они как-нибудь тебя подставили, как пытались сегодня подставить и меня. Надо же я работал с ними, и был так слеп. Сколько же лет они это от меня скрывали? И один из них мой брат, - сказал Вадим, опустив голову, и замолчал.