Чтение онлайн

— Не похоже на работу, Спэнсер, — заявила она. — Похоже на свидание.

Я хмыкнул.

— Он клиент!

— Ты со всеми клиентами ужинаешь в понедельник вечером?

— Ну, нет, — ответил я. — Но тут другое. Не знаю. В любом случае по фиг. Мы назначили место встречи с бывшим в выходные. В это же самое время неделю спустя все будет кончено.

Лола не смотрела на меня. Она вглядывалась в меня. Я даже не догадывался, для чего.

— И как, считаешь, все пройдет?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Что — то с этим бойфрендом не так. Не могу подобрать слов — понятия не имею, честно говоря. Он кажется приличным парнем, но, думаю,

Эндрю будет лучше без него.

— Мм — мм, — протянула Лола, покровительственно кивнув.

Я понял, что она подразумевала, и мысленно отметил: поработать над своей «маской». А вместо того, чтоб начать отрицать, показал ей средний палец.

— Заткнись.

Она расхохоталась и отпила кофе.

— В общем, я собиралась тебе позвонить, но решила, что лучше ты раскошелишься на кофе. Мне нужна помощь завтра и в среду. У меня двухдневная фотосессия.

Лола довольно часто занималась макияжем на фотосессиях, а я помогал ей с барахлом.

— Без проблем. При условии, что ты завязываешь намекать на меня и Эндрю.

Она улыбнулась.

— Не могу обещать.

Я закатил глаза.

— Во сколько?

— Заберу тебя в семь.

Ровно в шесть часов я стоял на крыльце дома Эндрю. Постучал, подождал — никакой реакции. Телефон пискнул сообщением от него.

«Задерживаюсь. Буду через пять минут. Прости».

Я ответил: «Опоздание так тебе не к лицу. Думал, ты не любитель».

Не прошло и десять секунд, как запела моя мобила. Звонил Эндрю.

— Я за рулем и не должен был писать тебе. Стоило позвонить. Ты злишься? Сказал же — прости.

Казалось, он искренне беспокоился.

— Что? Нет. Я просто стебался.

— Ой.

— Ты же не едешь, пока болтаешь по телефону? — уточил я. — Не менее опасно, чем эсэмэс.

— У меня «блютуз».

— Ой. В твоей машине кто — то есть?

— Нет, а что?

— Какая жалость. Хотел ляпнуть что — нибудь сексуально — неуместное, чтоб смутить тебя, вот и все.

Его смех удивил меня.

— Прости, что разочаровал.

— Переживу. — Я перевел дыхание и понял, чтоб улыбался. — Походу, твоя соседка считает меня извращенцем.

— Почему?

— Входя в здание, она пригвоздила меня осуждающим взглядом и реально быстро захлопнула за собой дверь, типа я попытаюсь вломиться. Я ей улыбнулся, проинформировал, что жду тебя, а она радостно сообщила, что в сумочке у нее газовый баллончик.

— Господи.

Я рассмеялся.

— Мне стало страшно, что придется применять кун — фу.

— Ты знаешь кун — фу?

— Нет. Потому и стало страшно.

Он расхохотался.

— Похоже на Констанцию. Ее квартира прямо надо мной. Могу поговорить с ней.

— Не надо, все хорошо. Девушка живет в ЛА одна. Она и должна подозрительно относиться к незнакомцу, что тусуется возле входа в ее жилище, и готовиться причинить невыносимую боль при первых проявлениях странности.

Он хихикнул.

— Ты не очаровал ее?

— Пытался. Но должно быть моя эффектная улыбка срабатывает только с парнями.

— Может, дело в бороде?

Я ахнул, симулируя обиду.

— Ужас! Я люблю свою бороду, — сказал я, автоматически коснувшись бакенбардов.

— Тебе идет.

— Ты в курсе, сколько требуется времени, чтоб она росла правильно? — спросил я. — Очень маленькая лазейка для совершенства. Три дня — максимум. Граница между чрезмерно длинной и чрезмерно короткой довольно

тонкая, друг мой. Говорю тебе, ты не понимаешь, насколько облегчаешь себе жизнь бритьем. Хотя не думаю, что борода тебе пойдет. Разве что небольшая щетина на выходных.

— Только на выходных?

— Да, решил, что на работе тебе не стоит носить растительность на лице, — пояснил я ему. — Но я полностью за щетину на выходных.

— Неужели? — поинтересовался он. Сомнений не было: он улыбался. Он что, больше не ехал? Это хлопнула дверь машины?

— Эй, ты где — то тормознул?

— Может быть.

— Может быть? Тут либо да, либо нет. Дай угадаю: ты покупаешь в магазине продукты для роскошного блюда, которое я не смогу приготовить, и твоя сестра превратится в Гордона Рамзи [9] .

На другом конце линии повисла тишина, и, обернувшись, я увидел, что он стоял на тротуаре и разглядывал меня. Трубка возле уха, глупая улыбка на лице, в руках — пакет с едой на вынос.

Хотя он мог прекрасно меня слышать, я все равно сказал в телефон:

— Ты абсолютный обманщик.

Он сбросил звонок.

— Да, я такой, — ответил он, подходя ко мне и вручая теплый пакет, и вставил ключ в замочную скважину. — Я не готовлю.

— Вообще?

— Если могу избежать.

— Справедливо, — произнес я, следуя за ним внутрь. Выглядел он хорошо, даже отлично: серые брюки, светло — голубая рубашка на пуговицах с закатанными до локтей рукавами, обычный черный вязаный жилет. И меня поймали за разглядыванием его задницы.

От комментариев он воздержался, но, забирая пакет, улыбнулся.

— Итальянская подойдет?

— Вполне.

Он загрузил еду в духовку подогреться, потом достал тарелки и прочую ерунду из шкафов.

— Хотел заказать вьетнамскую, — сообщил он. — Недалеко отсюда неплохой ресторанчик, там превосходно готовят курицу в манговом соусе. Короче, я заранее позвонил и пояснил, что для заказа мне нужен список ингредиентов, рассказал про аллергию на моллюсков. Она пыталась мне втереть что — то о меню, а я продолжал повторять: «Нет, полный список ингредиентов, включая составляющие соусов». В общем, после двадцатиминутной перепалки, она отказалась. Начала орать на меня по — вьетнамски. Поэтому я ответил, что мне плевать, насколько хорош ее гой га [10] , и предложил запихнуть его подальше.

Я не мог поверить.

— Правда?

— Правда, — ответил он, потом прекратил свое занятие и уставился на меня. — А что? Не стоило?

У меня вырвался смешок.

— Нет, мне нравится. Просто для меня никто такого не делал.

— Как так? — удивился он. По — видимому, вопрос был риторическим: времени на ответ он мне не предоставил. — Мне важнее, чтоб ты не рухнул в моей гостиной замертво от анафилактического шока, спасибо.

Я усмехнулся.

— Да, мне тоже.

Он сунул мне упаковку салфеток и махнул рукой на тарелки и столовые приборы, словно я выиграл их в лотерею.