Чтение онлайн

– Ну что, покойник, ты всё ещё жалеешь, что та кие, как я, редко попадают к вам в плен? Нет? Молодец. Весело тебе? А мне очень! Мне бы ещё минут десять и утюг…

Продолжать не стал. Посмотрел в его глаза, наполненные ужасом, ухмыльнулся и свернул ему шею.

– Десять секунд. В график уложился.

– Как в коридоре?

– Всё тихо. Наверху тоже чисто. Парни всё сделали. У тебя есть три минуты, чтобы выбраться наверх.

Я повернулся к барону Штольценбергу, лежавшему бесформенным кулем возле стены. На его шее, обернувшись в два кольца, восседал Полоз. Я сковал руки генерала наручниками, позаимствованными

у покойного полковника, в рот ему засунул пилотку одного из бугаев, после чего приоткрыл дверь и выглянул в коридор. В связи с глубокой ночью на этаже присутствовали только двое охранников. Оба развалились в дежурке, сложив ноги на стол. Я перекатился к противоположной стене и метнулся к ним. Моё появление стало для них таким сюрпризом, что «гансы» даже сказать ничего не успели. Выхватываю из ножен одного из «гансов» нож. Пока тяну нож на себя, чуть изменив угол наклона клинка, распахиваю горло солдату, находящемуся ближе ко мне. И сразу же – обратное колющее движение – в сердце второго. И – опять всё тихо. Только солдатик с распаханным горлом булькает кровью.

– Минута прошла. В остатке две, – напомнил Полоз.

Собрал у охранников ключи и оружие и бегом рванул в камеру. Взвалил на себя генерала и направился к выходу. Из камерного блока вела дверь, за которой находилось ещё одно дежурное помещение. Если ничего не изменилось с того момента, как меня якобы в бессознательном состоянии протащили внутрь, там должно быть три человека: офицер и пара рядовых. Магнитным ключом отпираю замок, пинком открываю дверь и вламываюсь в помещение, готовый стрелять во всё и вся. Не успеваю ничего понять, как слышу шипение Полоза:

– Саша, замер, мля!!!

На всякий случай приседаю, положив генерала на пол, а глазами ищу опасность.

– Перед дверью, – сообщает мне Змей.

Перед дверью обнаруживается мужчина в немецкой форме. Он спокойно сидит на стуле и смотрит на нас. Оружия при нем не наблюдается.

– Мне его валить?

– Для начала поговорим, – Полоз полностью покинул моё тело и начал обвиваться вокруг меня и пленного.

– Ты кто, мужик? – спросил я на английском.

– Не утруждай себя, я говорю по-русски, – ответил немец.

– Голос узнаешь?

– «Полковник Чернопёсенко», если мой слух меня не обманывает.

– Именно! – хмыкнул Полоз, оценив шутку. После слов Полоза голова немца начала оплывать и трансформироваться в голову собаки. Страшной собаки.

– Ишь ты, крокодил какой! – озадаченно пробормотал я. – Кстати, Барон же говорил, что в помещения он входить не может!

– Он говорил про теорию…

– Которую доказать не удалось. А жаль…

– Факт.

– Валить его будем?

Вместо Полоза ответил «полковник Чернопёсенко», он же – Чёрный Пес:

– Ты не много на себя берешь, смертный?!

– Ровно столько, сколько смогу унести.

– Самоуверенный дурак!

Ответить той же любезностью мне не позволил Полоз:

– Тебе чего нужно, Псина?

– Договориться.

– С кем?

– С тобой. С майором договариваться бесполезно.

– Тогда начинай, – скомандовал Змей.

– Вы отдаёте мне генерала, а я выпускаю вас без боя и даю клятву,

что до конца войны не буду принимать участие в боевых столкновениях. Ни я, ни те, кого я оберегаю.

– А если нет?

– Вы выберетесь наверх, но уйдёте не далеко.

– Но твоего генерала мы кончим.

– Я переживу и эту смерть. К счастью, он не единственный ребёнок в семье.

– Тогда для чего тебе биться за него сейчас?

– Его смерть на большой промежуток времени выведет меня из игры. А при сегодняшних обстоятельствах это недопустимо.

– Всё это очень грустно, но договариваться нужно было до начала войны. Кощей заранее оповестил всю нечисть на континенте о том, что любой чих в нашу сторону неминуемо приведёт к уничтожению чихнувшего. А ты не только чихнул, ты попытался нагадить нам на голову. Поэтому, наш блохастый товарищ, придётся тебя в расход пускать. Это – дело принципа.

– Полоз, а тебе какая радость от войны на стороне Кощея? – Видимо, Пёс решил зайти с другой стороны. – Они же «серые», а ты – «чёрный». «Чёрный», как и я, поэтому…

– Не пытайся поменять масть, блохастенький, – перебил его Полоз. – Да, они «серые». Да, я «чёрный». Но ты совсем из другой оперы. Мы – дети Земли, ты – слуга Сатаны. А с вашим братом я воевал с момента вашего появление на этом свете. Тебе напомнить, как вы появились на этой планете и с чего начали? Нет?! А то, что православные святые сохранили мне жизнь за то, что я выступил против вас? Это ты тоже помнишь?! Я был до вас, я есть сейчас, я буду после того как падут ваши иерархи. И, пока я жив, я буду уничтожать всех, кто прямо или косвенно связан с вами, – в голосе Полоза звучала нескрываемая ненависть.

– Полоз, делать-то чего будем? – напомнил я о себе.

– Всё зависит от присутствующего противника: если он уходит без боя – идём прежним маршрутом, если начнётся драка – постараемся завалить его, но рискуем потерять генерала.

– В смысле?

– Смерть Пса автоматически повлечёт смерть всего рода Штольценбергов. Разлучение Пса и Штольценберга повлечёт лишь гибель собаки.

– И что выбирает ублюдок из семейства псовых? – посмотрел я на «полковника».

– Сейчас я уйду, – проронил он. – Но не пройдет и часа, как мы встретимся. И тогда я убью вас всех.

– Не надорвись, щенок, – усмехнулся Полоз вслед исчезающему противниу.

Пёс просто растворился в воздухе.

– Саша, ходу, ходу!!! У нас действительно мало времени, – скомандовал Змей.

– А почему он назвал тебя «чёрным» и чем ты отличаешься от «серых»? – поинтересовался я, взваливая генерала на плечо.

– Нашёл время спрашивать!

– И всё же?

– «Черный» на сленге нежити – особь, существующая только с помощью носителя. «Серый» – тот, кто существует самостоятельно, без привязки к человеку.

– А цветовая дифференциация откуда?

– Не помню уже. Всё, ликбез окончен. Валим!

На оставшемся пути нам не встретился никто из охраны. Моё нарастающее удивление удовлетворил Змей:

– Это Псина убрала охрану. Чтобы те не завязали бой и не попортили генералу шкурку.