Чтение онлайн

— Дерек, я знаю, что ты очень хорош в деле сыска, помоги, я волнуюсь. И даже не могу объяснить, откуда этот мандраж. Только это не официальное расследование. Не хочу вмешивать этих. — Он ткнул пальцем в потолок, и продолжил, — будет неприятно, если девочки загуляли, а я как наседка прибегу их тащить домой с гвардией в камуфляже. И что-то мне подсказывает, что ты Дерек должен быть рядом в моих поисках.

Я спросил у него могу ли осмотреться. Мужчина кивнул, сказав, что будет ждать меня в кабинете.

А я пошел по большому дому осматриваясь, принюхиваясь, прикасаясь к вещам. Поднялся в спальню Анны, почему-то казалось, что именно там найду ниточку,

по которой пойду дальше. Стоя посреди комнаты, закрыл глаза. Анна собиралась и очень спешила. Вещи в комнате хранили ее запах, в котором я неожиданно уловил незнакомые ноты. Духи? Что-то в глубине сознания не согласилось с этим выводом. Не стал настаивать. Потянулся за запахом и пошел за ним, остановился внизу лестницы, след звал к дверям дома, выходящим на подъездную, алею. Но что-то, тонкое и почти неуловимое, тянуло в подвал.

Решившись, повернул туда. Где-то в темноте мягко мерцал свет. Подходя ближе, уже знал, что это оборудование Анны. Запоздало накрыло сожаление, что так получилось с ее проектом. Анна, конечно, была огорчена, единственно что упомянула, это что сохраняла копии личности дочки.

Слишком болезненны для него были воспоминания о этой девочке. Он даже не мог объяснить себе почему всегда видел в ней женщину, в которую бы она превратилась. Они часто играли в настольные игры, Глеб, Анна, их дочь и Дерек. Как она радовалась, когда им удавалось победить отца с матерью. Тогда она запрыгивала ему на руки обвивая за шею, и его уносило видение, теплые руки прекрасной женщины обвивают его шею, губы тянутся к его губам, а вокруг гости кричат, — да здравствуют молодожёны.

Отогнав так некстати нахлынувшие воспоминания, я двинул мышку. Экран ожил и на нем он с изумлением увидел одну из игровых карт, по которым они играли когда-то. В одном из углов были нарисованы горы. Когда-то давно Лилия, так звали дочь друзей, называла их Гималаями. И сейчас там пульсировала кровавая точка.

Карта таяла, а на него смотрело лицо девочки. Нет, он понял, что это уже не тот ребенок, который погиб более двадцати лет назад. Симбиот взрослел и подобрал себе черты, которые он видел в своих видениях.

Не в силах оторваться от этого лица опустился на стул. Компьютер заговорил.

— Дерек, я рада, что ты наконец пришел ко мне. Я столько всего должна тебе рассказать, но только не сейчас. Ты должен поторопиться. В горы там есть проход, за который ушла Анна, — царапнуло, что вместо мамы она назвала ее по имени.

— Я нашла, где, но почему-то не пойму как. Глеб мог понять, а я могу только искать. Дерек, возьми меня с собой, я знаю, что ты можешь.

Казалось, что со мной разговаривает живой человек, человек, в существовании которого я разуверился давным-давно. Понимая, что больше не смогу остаться один, начал перебирать варианты. И вспомнил, как один из лаборантов хвастался разработанным портативным компьютером, который был как кулон, при этом на нем можно было решать попросту глобальные задачи с помощью виртуального интерфейса. И еще сокрушался, что ему не дают его оттестировать. Послал ему запрос, набросав задачу и указав место, где нужно загрузить информацию, — Жди, сказал Лилии, и пошел в кабинет к ее деду.

Утро началось неожиданно. Никак не мог сдержать улыбку вспоминая, как вчера из кухни выпорхнуло воздушное создание в желтом ажурном платье до пола, с блюдом фруктов, подскочило к столу, за которым мы беседовали с Бастет, и со всего размаху, впечатавшего свою ношу на стол. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы

понять, что передо мной нимфа пустыни. Вон как за ней зноем потянуло. Даже не хочу думать, что на моей кухне послужило толчком к инициации, увидев ее ногу с тату до колена, я уже тогда знал, что Бастет пришла не одна, а в сопровождении свиты. И совсем немного времени понадобилось, чтобы в этом убедиться.

— А, Нимфа, — слегка устало протянул, — благодарю, садись, что застыла?

Бастет слегка расширила зрачки, вглядываясь в спутницу. Дрогнула усами переводя взгляд на меня. Выжидающе я бы сказал, оценивающе. На секунду показалось что прыгнет. А нет, отпустило. Хвост расслабился, и тело оперлось о спинку дивана.

Было что-то в ней неестественное, я бы сказал. Обычно богиня не занимает тело смертного надолго. Физическое тело плохо переносит божественную сущность. Сейчас же я наблюдал странный симбиоз. Божественное проглядывалось сквозь ментальность носителя, но то ли носитель был силен, то ли богиня нашла лазейку, которая позволяла ей продлить воплощение здесь и сейчас, у меня было двоякое впечатление об Анне, как она представилась сама.

Мы достаточно поздно разошлись. Пришлось довольно много рассказать им о том почему они оказались в этом месте. И главным, было то, что Бастет послужила проводником, сама об этом не догадываясь.

— Хорошо легли карты, — прошептала нимфа.

Её сестра все больше молчала.

Насыщенный день все же выдался у девчонок, — одернул себя. Показал им гостевую спальню, предварительно уточнив, им раздельную или общую. Халия, захлопала в ладоши, — общую, как в детстве. И томно протянула, — посекретничаем. Анна не прокомментировала ее мечты, просто кивнула соглашаясь.

Поэтому спал я мало, и когда в чуткий сон ворвался далекий ментальный бубнёж, поспешил проверить мелькнувшую догадку.

Ущелье плавно перетекало в долину. Но выход в нее загораживал лес. Густой бурелом запечатывал вход в ущелье и на краю леса впритык к отвесной скале стояла избушка. Перед входом пыхтела старушка.

— Вот доберусь я до твоих кривых ручонок, повыдергаю их напрочь. Во же стервец что задумал. Можно, я у тебя бабушка к магическому экзамену подготовлюсь, а то в Академии мешают. А ты, куда смотрел? — обратилась она непонятно к кому, — и тут же пнула под хвост кота, который отлетел на пару метров и ретировался в кусты.

— Учишь его, вкладываешь душу, а он — на тебе, избушку мою пере поло винил.

Только сейчас, присмотревшись, я понял, что действительно, избушка как надвое была разрезана, даже труба была прижата к скале только половиной.

Наконец, ведьма выдернула из-под ступенек свою клюку, разогнулась, и я от греха подальше, кашлянул, чтоб представится.

Старушка шустро развернулась, подняла на меня светлые глаза и продолжила:

— И почему я не удивлена, что это ты, Грифон? — Окинула цепким взглядом горы, возвышающиеся за моей спиной, оперлась о клюку, развернулась к двери. — Ладно, заходи, — и шагнула вовнутрь.

Сидя на скамье, возле дубового стола смотрел на нее, как она готовит самовар, как чертыхается на любимого внука, который закинул ее к черту на кулички, тут она настороженно покосилась в мою сторону, и казан ее фамильный испортил, стервец. Ей еще повезло, что только одну ручку оттяпало.

Присаживаясь, к столу, повязала на голову белую косынку, и, если бы не был с ней знаком, мог бы и поверить в бабушку Божий одуванчик.

— Ну что, касатик, говорил, что устал по мирам мотаться? На покой собирался, остепениться, деток завести?