Сожженные мосты часть 7
Шрифт:
И посол Российской Империи Воронцов. Именно он обратился с предложением о проведении операции, которая должна была уничтожить врагов шахиншаха на границе…
Но ведь именно он, лично он развернул ее до масштабов, предполагающих нанесение удара даже по пакистанской территории! И знал об этом – ограниченный круг лиц!
Так что же получается среди этих лиц – предатель, агент Махди?
И получается, что о последних минутах жизни самого шахиншаха, и его сына, принца Хусейна они знают только со слов одного человека, князя Воронцова!
Нет, быть такого не может. Слова князя можно проверить, опросив эвакуированный
Но все равно – Сашку надо спросить и как можно быстрее, просто безотлагательно. Он может знать что-то, что позволит окончательно сложить картинку, понять, как могло произойти то, что произошло. И понять – как действовать дальше.
– Так кем же все-таки может быть Махди, Айрат-хаджи?
– А ты так этого не понял? Он может быть лишь тем, кто ведет свой род от Ас-Садыка и может предъявить доказательства тому. Он может быть лишь принцем крови и иерархом одного из тайных исламских орденов, иначе ему никто не поверит, и за ним никто не пойдет. Скажи, как звали сыновей шахиншаха Хосейни?
– Одного звали Хусейн, старшего, второго … Мохаммед, кажется.
Старик наставительно поднял указательный палец.
– Вот тебе и третий символ, самый страшный. По преданиям шиитов, вышедшего из сокрытия Махди будут звать так же, как звали Посланника Аллаха. Какова судьба юношей, которых ты только что мне назвал?
– Один погиб при перевороте. Второй – в Санкт-Петербурге, учится в Академии Генерального штаба. Он никак не может быть там, где люди встречали Махди.
– Второго зовут Мохаммед?
– Да, Айрат-хаджи.
– На твоем месте – я бы не был в этом так уверен. Шииты верят, что у сокрытого имама должны быть помощники. А коварство восточных правителей может обмануть кого угодно – но не меня. И тебя оно тоже обманывать не должно…
Государь окончательно понял, что хотел сказать ему старый кади. И ужаснулся.
– Могу ли я сделать что-либо для вас, Айрат-хаджи? Благодарность моя велика.
– Да, можешь. Огради людей от безумия, спаси, кого сможешь. Останови зло.
– Я сделаю все что смогу.
– Тогда… Аллах с тобой. Пусть ты и неверный, кяффир – но делаешь праведное, и Аллах поможет тебе…
Уже из вертолета Государь дал команду задержать – обязательно живым – младшего принца Хоссейни, учившегося в Академии Генерального штаба. В суете, в круговороте – так получилось, что никто и не вспомнил о нем, вначале хотели урегулировать кризис, и только потом – думать о преемственности власти. Но приказ – был отдан, и принят к исполнению слишком поздно…
* в РИ мусульман было больше, чем православных, разрыв этот понемногу – но увеличивался.
** Обращение "-хаджи" свидетельствует о том, что этот человек совершил хадж в Мекку
*** запрет, высказанный авторитетным религиозным деятелем и обоснованный толкованием норм шариата
**** подобная поговорка и в самом деле существует.
***** гулат – экстремисты, ед. число – гули
11 августа 2002 года
Российская Империя, Санкт-Петербург
Суворовский проспект
Академия генерального штаба
Занятий в академии не было – обучение в академии Генерального штаба происходило, как и в любых других учебных заведениях, с сентября по июнь, лето было отдано на практические работы по рекогносцировке местности и практику в воинских частях. Но Академия работала – потому что преподавательский состав из тех, кто не ушел в отпуск, занимались делами, которые невозможно сделать во время учебного процесса: кто обновлял лекционный фонд*, кто готовился к защите степеней в библиотеке, кто-то и книгу писал, потому что среди преподавателей было немало выдающихся военных теоретиков. Конечно же, как и в любом другом военном учебном заведении там был дежурный офицер.
Два экипажа Баварских моторных заводов пятой серии – их выпускали совсем близко, на заводе в Кенигсберге, и ими пользовалась СЕИВК, с визгом затормозили около главного входа в здание, шесть человек выбежали из них и бросились в здание, то и дело переходя на бег, сопровождаемые недобрыми взглядами немногочисленных, оказавшихся свидетелями этой сцены военных. Военные ненавидели и МВД и СЕИВК и считали для себя низостью каким-либо образом сотрудничать с жандармами. Жандармам, впрочем, на это было совершенно наплевать.
– Где дежурный офицер!? – накинулся один из ворвавшихся в вестибюль на часового.
– На втором этаже – струхнув немного, ответил поставленный сюда за провинность курсант – вызвать, господин…
– Не нужно.
Жандармы сунулись через вертушку, хромированную, доходящую по грудь – но она была намертво закрыта.
– В чем дело?
– Господа, без пропуска нельзя.
Жандарм достал пропуск в здание СЕИВК заодно с удостоверением.
– Это пойдет?
– Никак нет, это пропуск не к нам.
– Он прав, господа! – раздалось за спиной.
Жандармы повернулись – невысокий, белобрысый, молодо выглядящий полковник Генерального штаба с кожаным портфелем подмышкой смотрел на них.
– Порядок есть порядок, господа – сказал полковник – у нас особый пропускной режим, это объект, охраняемый по Уложению о сохранности тайн государственных и иных. А вы кто такие?
– Слово и дело государево!
На полковника это не произвело никакого впечатления
– В таком случае, вам нужно вызвать сюда начальника первого отдела, он имеет привилегию проводить по своему пропуску посетителей. А сейчас господа… извольте посторониться, я спешу.