Чтение онлайн

Каскад банкнот и поток монет наполняли кассы, так что за вечер они собирали около двадцати тысяч франков, более чем приличный доход для менее чем тридцати человек. Сэм перераспределял добрую половину и бережно хранил остальное для себя, готовясь к тому, чтобы в конце концов стать богачом.

Что касается расчлененных тел, то они сыпались как град в плохой мартовский месяц. Их находили повсюду, вплоть до Центрального массива. Некоторые команды отправлялись в путь днем, пользуясь возможностью осмотреть местность — единственное, что они могли делать при дневном свете, — а с наступлением ночи неустанно наносили удары.

Предчувствуя потенциальный источник проблем, Сэм прекратил хранение

ног. Отныне охотники наслаждались плодами своего труда прямо на месте, замаскированные в лесу или сидя посреди поля, а он, запертый на ферме, объедался сердцами до взрыва желудка. Он съедал максимум пять и отдавал оставшуюся дюжину своим храбрым слугам. Он был сострадательным хозяином, но достаточно строгим, чтобы не дать стае слишком много свободы в его отсутствие. Насиловать платиновую блондинку на ходу или разбивать булыжником все, что шевелится, было так легко. Все его боготворили, он был добрым и щедрым королем, который никогда не пользовался ими. Конечно, он заставлял их работать не покладая рук, но они любили свою работу и были очень горды тем, что служат такому благородному делу.

Наконец, за пределами его общины мир пришел в движение. Начался хаос, постепенно установилась фобия, которая стекала по улицам, как густой туман. Путешественники собирали обрывки плоти с листьев деревьев, прохожие обнаруживали обнаженные кости под столами для пикника. У входа в морги бездушные калеки толклись, чтобы их засунули в черные мешки на молнии, а лаборатории анализов были в огне. Мелкие правонарушения, кражи сумок у бабушек и другие соседские драки игнорировались, чтобы сосредоточиться только на этой чуме, которая разъедала страну и поражала ее, как сильный грипп.

Эти мертвецы, на которых Разрыватель Сердец ставил свою неповторимую подпись, оставили неизгладимый след в истории криминологии и даже в истории вообще.

Сэм стал знаменитым, но мало кто из амбициозных людей довольствуется тем, что имеет. Нет, это было только начало, разминка, если можно так выразиться.

Подумайте только, двадцать девять человек — это песчинка в пустыне Намибии! Он рассчитывал увеличить число своих сотрудников до пятидесяти в течение следующих двух недель, а после этого — к экспоненциальному росту. Только одно препятствие могло помешать его планам: нехватка нотариусов или судебных приставов. Но в этом вопросе у него еще был запас...

У Шарко не было выбора. Его «попросили» поехать туда по «высшему распоряжению.
– Остывшие тела скапливались, и кроме как констатировать факт, ничего больше сделать было нельзя. Так что ему пришлось отправляться в глубь Амазонки на поиски псевдо-колдуна, который однажды проник в племя призраков, чтобы оставить свой разрушительный след.

По уши вовлеченный в это приключение, Нил предложил сопровождать его. Инспектор в конце концов проникся к нему симпатией, и этот маленький человечек, как оказалось, обладал редким интеллектом.

Был понедельник, и полицейский собирался уезжать на следующий день. Но перед тем, как покинуть континент, он решил сделать последнюю рискованную попытку. Пять дней назад в его голове зародился безумный план, который, возможно, привел бы его к решению, но, конечно же, с риском для жизни. Поэтому он объявил, что днем даст пресс-конференцию, и это сообщение произвело фурор в СМИ, поскольку власти и правительство в последнее время хранили молчание. Так что еще до одиннадцати часов утра перед залом толпились журналисты, жаждущие сенсаций. После ожесточенной борьбы Шарко удалось получить согласие своих начальников, которые, в свою очередь, должны были донести информацию до верхушки иерархии. Он изложил им свой план,

и они сказали: - Почему бы и нет, мы ничего не рискуем.

Нет, рисковать было нечем, кроме своей жизнью. Но в их глазах жизнь была ничтожной, если это могло спасти десятки других жизней и, главное, улучшить имидж страны, которая находилась в упадке.

Конференция началась в 13:30, но эксклюзивная информация была предоставлена только в конце.

— Дамы и господа. Самые серьезные зацепки у нас есть не здесь, во Франции. Завтра утром я уезжаю во Французскую Гвиану. Мы отследили его до этой страны и думаем, что именно там скрывается решение. И поверьте мне, я не вернусь, пока не найду что-нибудь! Мы его поймаем!

Вечером, в новостях в 20:00, инспектор с гордостью заметил, что все прошло идеально, при поддержке СМИ, которые, как и было договорено, сделали акцент на его отъезде за границу. Он был уверен, что хищники, и в особенности их лидер, смотрели телевизор. Конечно же, они смотрели, ведь телевидение сделало их знаменитыми, подпитывая фобию, которая, без сомнения, была их лучшей рекламой.

С трудом убедив жену укрыться у своей матери, он остался один в своем доме. Он, гранитная скала, плакал как горбатый кит, когда она уходила, разрываясь между желанием отменить операцию и желанием покончить с этой бойней. А она не хотела убегать, оставляя его здесь, одинокого и беззащитного. Да, у нее было интимное ощущение, что она бросает его, полностью осознавая, что он ничто иное, как корова, которую забивают, чтобы остальное стадо могло перейти реку, кишащую пираньями.

Когда такси увезло ее, он знал, что она действительно его любит. Поэтому, когда желтый автомобиль тронулся, он запечатлел в памяти ее лицо так, как только мог. Затем она исчезла за углом улицы, прижав обе руки к заднему стеклу...

С опущенной головой и опухшими глазами он вернулся домой и заперся в своей квартире. Все должно было выглядеть реально, естественно, включая закрытые двери.

Конечно, никакой слежки, никаких полицейских машин, никаких микрофонов, только ягненок против стаи волков. Хотя он был психологически готов к тому, что коллекционер ног попытается его убить, он не мог помешать своему сердцу бешено колотиться, а страху, суровому и откровенному страху, одолевать его. Да, смерть пугала его, и все же он сталкивался с ней каждый день. Но сейчас речь шла о нем, о его существовании.

Никогда не пренебрегая аспектами сакрального, он сменил магазин своего оружия, тщательно уложив каждую из медных пуль в барабан. Будучи хорошим стрелком, он еще не стрелял ни в кого, кроме картонных мишеней и автомобильных шин, но в эту ночь у него будет ли другой выбор, кроме как лишить кого-то жизни? Он поднялся наверх, чтобы лечь спать. Холодная и безгранично пустая, комната все же была нежно озарена золотистым светом, исходящим от подсветки Пиеро. Он закрыл дверь, но не запер ее. Лежа как труп в склепе, он был готов...

О да, Сэм с удовольствием смотрел телевизор! И не один раз! Он даже испытал панику, странное чувство, которое не испытывал уже целую вечность.

Как эти ничтожества узнали о Гвиане?

Неважно, пора отвечать, дать волю действию! Он собрал четверых своих людей, прекрасно зная, что двое из них погибнут в течение ночи. Но эти приманки были необходимы, чтобы должным образом обмануть этого проныру-инспектора. Лионель настаивал на том, чтобы участвовать, но Сэм никогда бы не позволил себе потерять его. Не его, его лучшего человека, его друга, его брата. Того, кто заменил Уоррена, того, кто еще мог его рассмешить.