Сorvum nigrum
Шрифт:
— Да, Рон, как ты можешь? — хором повторили близнецы.
Джинни кинула возмущенный взгляд на брата, забыв про ложку на по пути ко рту. Рон недовольно вздохнул, посмотрев сначала на Гермиону, затем на сестру и потупился.
— Ой, да ладно, Герми! Сейчас бы все на нас пялились, подходили поздороваться, лезли фотографироваться… — продолжил разглагольствовать рыжий, ковыряя мороженое ложкой.
— Ну, предположим, что это так, но подходили бы они только к Гарри, а мы могли так же спокойно наслаждаться кофе и десертами, — поддела его Джинни.
— Джинн, Рон просто завидует! — отозвался Джордж, что-то подкручивая в колдокамере.
— Согласен, Джордж, — поддержал его Фред, — ведь на его фоне нашего братика никто не замечает!
Все рыжие, кроме Рона, засмеялись, но мне было
— И ничего я не завидую! — пробурчал разобиженный Рон. — Просто я устал, что все косятся в нашу сторону…
— Они и сейчас косятся, Рон, — закатила глаза Гермиона.
— Но это только потому, что за столом слишком много рыжих! — вставил Джордж, и вся компания покатилась со смеху.
Даже Рон улыбнулся, но взгляд от креманки с мороженым так и не поднял. То ли стыдно ему стало, то ли он так не считал. Впрочем, со стороны их столик выглядел весело в плане цветовой гаммы волос заседающих.
— Давайте сменим тему, — предложил Рон, — а то от этой у меня зубы уже сводит. Все Гарри, да Гарри, как будто тем других больше во всем мире нет.
— Рон, не будь таким придурком! У него крестный умер, надо его поддержать, а ты наоборот… — вступила в спор Джинни.
— Ага, крестный, которого он почти не знал, — не сдавался Рональд.
Я спокойно пил какао и читал книгу Николаса, изредка позволяя кинуть на компанию косой взгляд. Столик мой находился в самом углу, почти не заметный, и удобный для наблюдения. Дальше близнецы стали расписывать свои новые изобретения, я слушал лишь краем уха. Через некоторое время я стал ощущать на себе пристальный взгляд. Подняв глаза, я обнаружил, что Фред рассматривает меня в упор со своего места, и, даже встретившись со мной глазами, взгляда не отводит. Я сдержанно кивнул ему, он кивнул в ответ и отвернулся. Такое внимание мне не понравилось. Я посмотрелся в ложку, но облик мой был таким же, как вчера — гот-красавец.
Колокольчик на двери звякнул и в кафе, стройной процессией, вошли представители рода Малфой — Люциус и Драко. Старший Малфой огляделся и выбрал стол подальше от шумной рыжеволосой компании. Следом за ними вошла Нарцисса Малфой с молодой женщиной. По виду она напоминала родственницу Люциуса — такая же горделивая и белобрысая, тем не менее, щебетала она без умолка, щедро разбавляя свою речь вставками на французском. Ее цепкий взгляд прошелся по всем посетителям и остановился на мне. Она кокетливо опустила глаза и резко раскрыла веер, прикрыв губы, и вновь взглянула на меня. Ну что я могу сказать — она красивая и знает это. Я тоже знаю, но безразлично отвожу взгляд и углубляюсь в чтение. Специально. Я услышал тихое «хм!» и почувствовал колкость ее взгляда. Пусть побесится! Но каково было мое удивление, когда ко мне подошел сам Люциус Малфой, чинно поклонился и гордо представился:
— Лорд Люциус Абраксас Малфой-второй, к Вашим услугам.
Я медленно промокнул рот салфеткой, встал, распрямил плечи и поднял на него пронзительно зеленые глаза.
— Корвус Фламель, — представился я.
К слову — пребывая в этом примечательном образе я, при участии деда, придумал себе вот такое имечко. Оказалось, что у палочки моей уже есть имя — Сorvum nigrum, то есть, «Черный ворон». Палочка эта принадлежала японскому вольнонаемному киллеру Курои Тсубаса (черное крыло). Я же решился назваться Вороном, потому как оно созвучно с названием палочки, да и представлен друзьям деда я буду именно под этим
именем. Сегодняшний образ очень сильно подчеркивал мое сходство с мудрой птицей. Люциус лишь слегка улыбнулся. Что происходило в его голове, я не знал, то ли он оценил иронию моего имени и образа, то ли зацепился за знаменитую фамилию, то ли просто из вежливости. Мало ли что взбредет в его аристократическую голову.— Мистер Фламель, я хотел бы пригласить Вас за наш столик, чтобы разделить трапезу с моей семьей, — приглашающим жестом он указал на уже накрытый стол.
— Спасибо за приглашение, — слегка поклонился я, — но через десять минут у меня назначена встреча в другом месте.
Люциус своего разочарования не выказал ни словом, ни жестом, пожелал всего доброго и удалился, постукивая тростью о пол кафе. Со своего стола на меня уставились пять пар глаз, принадлежащих моим друзьям. Что ж, я служил полной противоположностью Малфоя, но если бы цвет моих волос был белый, то вполне сошел за сына. В глазах Гермионы я прочитал заинтересованность и легкое недоверие, остальные же просто горели любопытством. Рон, заметив интерес Мионы, зло глянул на меня, фыркнул и отвернулся. Я лишь вздохнул и снова опустился на стул. На счет встречи я не соврал — через десять минут я должен быть в Лютном, где мне предстоит урок выслеживания и ведения жертвы в городских условиях, захват и устранение.
–
Жертвой моей оказался безродный пес, покусавший нескольких волшебников. Вести его было тяжело, все время я держался с подветренной стороны, наложив на себя бесшумное заклятие. Несколько раз приходилось оборачиваться котом, чтобы протиснуться под заборами вслед за псиной. Когда Николас удостоверился в правильности моих действий, он дал отмашку, и я устроился на крыше двухэтажного здания, заняв удобную позицию. Встав в тени чердачной двери я наблюдал за ним. Пес ничего не подозревал, с интересом обнюхивал и метил углы окрестных зданий. Когда он замер и приподнял лапу для очередной метки, я нацелился и шепнул «Бомбарда». Бедный песик. Ошметки его тела разлетелись по всей улочке, а кровь окрасила стены красными каплями. Когда я спустился, мой дед все еще посмеивался.
— Гарри, почему именно бомбарда? — удивленно раскинул он руками, указывая на куски мяса и кишок.
— Чтобы не опознали, — сморозил я, приподняв бровь, а дед зашелся новой порцией хохота.
Ничего смешного я в этом не находил, почему именно это заклинание — не мог объяснить. Заклятие попало точно в цель, не задев ни дом, ни брусчатку улочки.
Дед нескольким взмахами руки убрал мое безобразие, очистив улицу полностью.
— А теперь пойдем ко мне, разберем пару устраняющих проклятий с отложенным действием, — предложил, а точнее приказал Николас.
Спорить я не стал, к тому же это бесполезно. Я уже знал что, прежде всего, в гостях у дедушки меня ждет вкусный ужин и ароматный кофе.
========== Часть 15 ==========
Следующим утром меня ждал сюрприз. Посреди гостиной стоял манекен в черной мантии с расшивкой на плечах и высоком воротнике. Судя по размеру — это для меня. Рядом, на маленьком столике, лежал свиток, на вид довольно старинный и ценный. Что все это значит, я не совсем понимал, но то, что мне придется облачиться в это странное одеяние — знал точно. Я подошел поближе и потрогал ткань. Не скажу, что это как-то мне помогло — знатоком тканей я не являлся, единственное, что могу сказать наверняка — это не хлопок, подкладка явно шелковая, как блузка тети Петунии, в которой она часто ходит в церковь по воскресеньям. Под мантией обнаружился черный костюм, напоминающий военную или кадетскую форму. Рядом стояли черные кожаные ботинки, а на них лежали перчатки такого же цвета.
Прикид немного не по сезону, учитывая, что на дворе лето и в подобной одежде можно, если не свариться заживо, то тепловой удар получить точно. Я стоял напротив наряда и размышлял о том, есть ли в магическом мире охлаждающие чары, а если есть, то почему я их не знаю? Насколько могу припомнить — в Норе стоит довольно вместительный шкаф, заменяющий магам холодильник и, готов поспорить, на него накладывались подобные заклинания, а значит и для одежды что-то подобное уже предусмотрели.
— Нравится? — раздался за спиной вкрадчивый голос Николаса.