Чтение онлайн

– Не называй меня так!
– огрызнулась она, и сказала уже более привычным, немного ворчливым голосом: - И это не я откопала, а брат твой.

– Серьезно?
– переспросил парень, мгновенно изменившись. Стал серьезным, и разница между этим и тем его выражением была очень ярка. Словно бы из-под маски проглянул совершенно другой человек. Я удостоилась пронизывающего взгляда.
– Ты русская?

Я вяло кивнула, отходя от услышанного.

Брат... То есть, передо мной стоял Макс? Тот, кого Леша едва нашел, но... ничего не объяснив, не предпринял попыток

вернуть на его место? Вот тебе раз. Приятно познакомиться, причина всех моих проблем за последний месяц. Это, конечно, неприлично и все такое, но... где там рюкзак Тиль? Он оказался далеко, к сожалению. Или к счастью? Для кого как.

Меня продолжали сверлить внимательным и перетряхивающим внутренности взглядом... Случайно они с Тиль не родственники, нет? И вообще, почему все кому не лень, так обожают сверлить меня подобными взглядами? Я не шпион, не двойной агент, а простой человек, который даже ничего не скрывает. Но судя по таким взглядом, окружающие мне не верят, и всеми силами стараются разглядеть несуществующие тайны.

– И чего ты на меня так смотришь?
– не выдержала. Но спросила предельно вежливо. Даже чересчур.

Без капли раскаяния, парень хмыкнул, знакомо искривив губы и явив чуть ли не точную копию одной из ухмылок Леши, и разогнулся. Взгляд стал помягче, но какая разница каким он стал - на меня продолжали пялиться!

– Да вот, увидел кое-что удивительное...

Первая мысль - у меня что-то с лицом? Грязь? Волосы встопорщились? На всякий случай провела ладонью по носу, щекам и по волосам. Ничего не нашла. Тогда что он имел в виду?

Тем временем парень повернулся к Тиль и с ехидным видом быстро щелкнул ту по носу и отскочил, уже на расстоянии, которое все увеличивалось - видно, боялся, что девушка вновь схватится за рюкзак - прокричал:

– Тиль Динь-Динь, прости, нужно спешить. Вечерком заеду.
– Он поднял руку и помахал, продолжая пятиться.
– Агрессивная мышь, - на меня указали пальцем, - еще увидимся!
– Он приложил два пальца к виску, шутливо отдал честь, а потом развернулся и бодро потрусил прочь.

– Он невыносим...
– простонала Тиль, устало потерев лоб, и я была с ней солидарна. Агрессивная мышь... ничего, я тебе это припомню.

***

В дубовую дверь трижды постучали, но заходить не спешили. Минуту, две... секундная стрелка продолжила отсчитывать третью, и Алекс не выдержал:

– Хватит ломать комедию. Я знаю что это ты.

Никто другой и быть не мог. Катрина, занимающая пост у входа, уже доложила, какие гости снизошли появиться в IR.

Дверь картинно распахнулась, пропуская пришедшего в кабинет отца. Своим кабинетом Лекс его не назовет никогда и ни за что. Тюрьмой - с удовольствием. И с не меньшим посадит в нее беглого брата. Это место Макса, а не его. Но почему-то давит зад в кресле именно последний, а вот первый радостно скалится, полностью свободный. Как всегда свободный.

– А вот и я!
– раскинув руки, Макс подходит к столу. По-хозяйски сдвигает с ближнего к нему края стола бумаги и садится на освобожденное место.
– Салют, мелкий.

Его панибратский тон

взбесил. Ведет себя так, будто ничего и не произошло. Руки зачесались схватить его за грудки и швырнуть к стене, чтобы стереть эту ухмылку. А с еще большим удовольствием он бы его выкинул в окно и проследил, как... Но к огромному сожалению, он не сможет этого сделать. Этот вечный беглец ему нужен живым.

Макс, упираясь руками в стол, наклоняется и пробегает изучающим взглядом по Лексу. Тот презрительно ухмыляется, но не двигается, заталкивая поглубже желание врезать ему по роже.

– Накачался... Ты заставляешь меня комплексовать, братец!
– Никогда не поймешь, искренне он говорит или опять издевается, с таким лицом. Но Лекс не обманывался. Чтобы брат - и был искренен? Лекс одарил его тем же изучающим взглядом, как и брат раньше. И убедился, что, как и он сам, Макс мало изменился с их последней встречи. Разве что на отца стал больше похож. И не только рожей. Макс оторвал руку от стола и потянул руку к брату.
– А мордашка прежняя осталась, смазливая. Красавец.

– Не трогай меня.
– Алекс приложил все силы, чтобы сказать это спокойно. На что Макс только пакостливо улыбнулся и встрепал ему волосы.

– Мне не запрещено. Я твой дорогой брат, разве нет?

Вильнув головой, увернулся от руки. Этот отеческий жест стал последней каплей. Не в силах больше сдерживать клокотавшую ярость, Алекс вскочил, отшвырнув стул в сторону, и приблизил лицо к лицу Макса.

– Я сказал - не трогай меня!
– прорычал, безжалостно комкая в кулаках какие-то бумаги на столе. Все равно, лишь бы сдержаться.

Улыбка сползла с лица Макса. И перед ним предстало еще одно лицо брата, которое он ненавидел так же, как и насмешливо-издевательское. Спокойное. Осуждающее. Он не имеет права его осуждать! Не обращая внимания на перекошенное лицо Алекса, он смотрел на его руки. Перевел взгляд на его лицо, и, смотря тому в глаза, тихо спросил:

– Что ты с собой сделал?

Этот его ненавистный тон... но несмотря ни на что он всегда действовал на Лекса отрезвляюще. И сейчас тоже.

– Это не твое дело, - более спокойным, можно даже сказать - нейтральным тоном, ответил, отодвигаясь.

– Зачем?
– не собирался сдаваться брат, и продолжать его пытать. Зачем-зачем... Как объяснить, если сам, спустя столько времени, не смог сформулировать ответ, а не голый комок из ярости, раздражения и ненависти? И никогда не сможет.

– Я принадлежу себе. Ни отцу, ни тебе - себе!
– рубанув рукой воздух, отрезал Лекс.
– И мне решать что с собой делать!

Но как всегда, брат не воспринял всерьез его слова.

– Дурак, - бросил он.
– В этом ты не изменился.

Лекс медленно выдохнул. Нет, хватит, больше он не сорвется.

– Успокоился?
– После такого безразличного осведомления, он тем более обязан сдерживаться. Лексу еще раз показали, что отцу, что брату, он даром не нужен. Парень окончательно распрямился и холодно посмотрел на Макса. Уголок его рта дернулся, но комментировать не стал.
– Вернемся к насущному.