Чтение онлайн

Йенсен посмотрел на рыжего Макса.

— А ты, Макс Портман, должен сейчас думать о своей беременной жене. После стольких выкидышей он смогла забеременеть. Как сказал бы муж миссис Пирсон, свершилось чудо Божье. Надеюсь, он будет молиться за всех вас.

По впалым щекам Наоми потекли слезы, она придерживала рукой живот. Я осторожно взяла ее за руку.

— А вот вас, миссис Пирсон, мне по-настоящему жалко. Вы просто оказались не в том месте и не в то время. Вполне возможно, вы просто пострадаете за грехи других людей. Например, мужа и ваших сыновей. Знаете, Наоми, почему-то я думаю, что им есть что рассказать о том,

кто повесил Берта Хайнца. Как и Паулю Беку. Это просто моя интуиция, а я привык ей доверять, миссис Пирсон.

Наоми всхлипывала, давясь слезами.

Йенсен выцепил взглядом меня.

— Миссис Эклз, я был рад принять в Кварту одинокую женщину, не побоявшуюся прилететь на Сантьерру с четырьмя родными детьми и приемной дочерью. Вы отличная мать, Кэтрин, и должны сейчас думать о будущем детей. Ваши дети вас ждут прямо сейчас, у выходы из больницы.

Затем Йенсен вгляделся в Дугласа Стюарта.

— Доктор Стюарт, вы кажетесь мне практичным и разумным человеком. Я удвою сумму вашего вознаграждения после окончания контракта. Через девять лет вы станете очень богатым человеком, что порадует вашу вечно всем недовольную супругу.

Он перевел взгляд на Хогана.

— Коннор, ты должен убедить людей выйти и сдаться. Я оставил тебя на своем посту после того случая с Терезой. Теперь понимаю, что это была моя большая ошибка. Мы увезем вас в лабораторию за пределы Кварты. Лучшие врачи Сантьерры обследуют вас и, если ничего не обнаружат, вы вернетесь обратно в свои семьи. Вы должны думать о безопасности других людей. Клянусь, если вы выйдете сами, то ваши близкие не пострадают при любом повороте событий. Если нет, то я обещаю, что всех ваших близких отправлю в Сексту. Там нет никаких законов. Женщины будут там рожать, пока не состарятся, мужчины работать на шахтах. Дети тоже там взрослеют очень быстро. Подумайте об этом, у вас осталось пять с половиной часов.

Йенсен отключился.

На несколько секунд повисло напряженное молчание.

— Что вы все об этом думаете? — спросил Дуглас Стюарт. По его лицу катился пот, хотя было достаточно прохладно.

— Я никогда не слышал про какую-то секретную лабораторию на Сантьерре, — добавил он.

— Он хочет нас сломать, — сказал Эван.

— Лично я не верю ни одному слову Йенсена насчет каких-то лабораторий, куда нас отправят, — сказала Элизабет. — Я думаю, нас попросту уничтожат.

Наоми Пирсон заплакала.

— Но в нашей крови доктор ничего не обнаружил, — сказал рыжий Макс. Нам ничего не сделают, подержат в лаборатории и отпустят. Мы должны выйти отсюда на условиях Йенсена. Я хочу выйти, Коннор! — Макс уже орал. Его лицо покраснело от злости.

— У меня тоже семья, —сказал Патрик. — Я тоже хочу выйти сейчас.

— Ваше мнение, Кэтрин? — Коннор посмотрел на меня.

— Я не верю Йенсену, — я покачала головой.

Хоган сказал:

— Мы сейчас в подземном бункере, он построен так, что можно пережить в нем небольшую ядерную войну. Есть запас продуктов и воды. Если кто-то хочет уйти сейчас, это ваше дело. Я останусь здесь и буду ждать ответ от глав других поселений. Есть небольшая надежда, что они прислушаются. Изучив тело Росси, возможно, ученые поймут, что происходит на Сантьерре последние двадцать лет.

Если кто-то хочет уйти, поднимите руки, я открою дверь.

Макс Портман поднял руку. Вслед за ним встал Патрик:

— Я хочу наружу.

—

Кто еще? — Хоган по очереди смотрел на каждого.

Дуглас Стюарт вытер пот со лба рукавом халата и сказал:

— Я тоже хочу уйти.

Хоган кивнул.

— Дверь сюда заблокирована. Сейчас я открою ее, и вы все очень быстро выходите отсюда.

Макс, Патрик и доктор торопливо подошли к двери.

Стюарт обернулся и сказал:

— Элизабет, берите у всех кровь каждые три часа. Продукты в холодильных капсулах.

Дверь отъехала в сторону, мужчины вышли, и снова раздался щелчок двери. Кроме меня, осталось пятеро — Наоми, Элизабет, Хоган и Эван. И в соседней палате лежал Тед Винник, его перенесли сюда, пока я спала.

Хоган включил монитор. Мы увидели, как трое мужчин друг за другом вышли из дверей больницы и направились к плотному ограждению, возведенному вокруг больницы за последние часы. Они скрылись из видимости, и мне оставалось только гадать, что с ними было дальше.

Элизабет посмотрела на плачущую Наоми и сказала:

— Миссис Пирсон, давайте, я поставлю вам капельницу, вам нужно немного отдохнуть.

Они ушли в соседнюю палату, Хоган отправился в комнату, где стояли мониторы наблюдения. Я услышала, что он с кем-то разговаривает. Мы остались вдвоем с Эваном.

— Послушай, Эван, это неправда, то, что Йенсен говорил про Риту и отчима. Она рассказывала, что убежала, когда он стал к ней приставать.

— Я знаю. Рита очень хорошая девушка, — ответил Эван. — Она любит всех вас, миссис Эклз. А я люблю ее.

Больше он ничего не сказал.

Через несколько минут к нам подошел Хоган.

— Кажется, есть хорошая новость, — впервые за долгое время я увидела, что Коннор улыбается.

— Кажется, есть хорошая новость, — впервые за долгое время я увидела, что Коннор улыбается.

— Главы Терции и Примы считают, что Йенсен превышает свои полномочия. Квинта и Терция пока колеблются. Я отправил им результаты наших анализов крови и все записи последних разговоров с Йенсеном. Его не все любят, как я знаю.

— Что это значит? — спросила я.

— К нам может прийти помощь, — ответил Хоган.

Он посмотрел на свой браслет связи и снова отошел в сторону. Я услышала,

как он сказал, отходя:

— Здравствуй, Луис.

Он долго с кем-то разговаривал, а затем, подойдя к нам с Эваном, произнес:

— Голоса глав других поселений разделились поровну. Квинта и Терция не хотят вмешиваться. Но сегодня решили впервые обратиться к главе Сексты. Сейчас я разговаривал с Луисом Домингесом, главой Сексты. Он бывший заключенный, человек очень жесткий, насколько мне известно. У них за последние полгода пропало несколько человек. Луис тоже хочет нас поддержать. Нам нужно немного подождать.

— Коннор, ты видел когда-нибудь этого Домингеса? Ты ведь работал на Сером континенте? — спросил Эван.

Хоган усмехнулся и показал пальцем на белый шрам на левой щеке.

— Это от его ножа. Несколько заключенных напали тогда на охранника, отобрали бластер. Я сумел разоружить их и договориться. Никто не пострадал, хотя сначала их всех хотели просто уничтожить. Заключенным добавили по несколько лет, охранника перевели работать в другое место. А теперь, выходит, Домингес стал главным на Сексте. Будем ждать.