Софи. Перерождение
Шрифт:
— Вы помните, что произошло в тот день? — Софи закусила губу и осторожно посмотрела на графа. Это было опрометчиво погружать первородного в тягостные воспоминания, но пусть лучше его гнев выплеснется сейчас, чем он затаит злобу, которая станет разъедать его и помешает осуществлению его планов мести. Она по-прежнему не верила в байки про некроманта, и ей хотелось услышать его версию тех событий.
— Я помню каждое мгновение того проклятого дня, — голос Адриана дрогнул. Он глубоко вздохнул и начал рассказывать.
Его клан был одним из самых молодых кланов королевства. Примерно за сто лет до событий той осени, Адриан принял
Адриан оставался последним представителем рода. Чтобы не допустить гибели клана, Адриан приобрел земли в их королевстве у разорившегося барона, чем перешел дорогу местному герцогу, который претендовал на эти владения. Погруженный в заботы о своих сородичах, Адриан был далек от человеческих интриг. Он встретился с королем и, получив от него титул графа и заручившись поддержкой, принялся устраивать быт своего небольшого семейства.
Его страстью и семейным делом было выращивание винограда и производство вина. Благоприятный климат данной местности и лучшие сорта винограда, привезенные с собой, а также умения и навыки клана принесли богатые плоды. Уже через несколько лет они стали главными поставщиками вин к королевскому столу. Их вино ценилось у высшей знати, и даже были поставки в соседние государства.
Главной ошибкой Адриана стал его затворнический образ жизни. Хлебнув дворцовых интриг в прежней жизни, Адриан совсем не жаждал погрузиться в это снова. Он редко появлялся в обществе, не поддерживал связей с инквизицией и мало общался с первородными этой страны. Однако это не спасло его от проблем, напротив именно это и стало причиной того, что в день нападения на замок он остался один на один с превосходящими силами врагов. Ему не к кому было обратится за помощью, и никто не стал его разыскивать после трагедии в замке.
В тот день был традиционный праздник по случаю окончания сбора урожая. Все представители клана вместе с семьями собрались в замке их хозяина, чтобы отметить это событие. Нападавшие хорошо изучили их обычаи и верно все рассчитали. Одним ударом им удалось не только заточить в магический плен всех первородных клана, но и уничтожить их семьи, которые в большинстве своем были обычными людьми. Первородные могут вступать в союзы с людьми, и от этих союзов даже рождается потомство, но чаще всего ребенок в таком браке будет человеком.
Герцог, напавший на замок Адриана, был внуком того, кто зарился на эти земли и остался ни с чем из-за новоиспеченного графа. Он сохранил семейную ненависть к иноземному выскочке, а успехи и процветание графства на фоне убытков герцогства были лишним поводом напасть на удачливого соседа.
Подготовка, по всей видимости, прошла в тайне, поскольку все слухи и грязные наветы появились, когда уже некому было их опровергнуть.
— Они напали внезапно. Мы были не готовы. Нас было слишком мало, к тому же на их стороне был сильный маг, — взгляд Адриана был обращен куда-то в глубины его памяти, — одним заклинанием он сковал всех первородных, там явно была замешена магия крови. Мы просто погрузились
в магическое оцепенение и были вынуждены смотреть, как эти звери убивают ни в чем не повинных слуг, селян, пришедших на праздник, наших жен и детей.Каролина, моя жена, пыталась противостоять им, до последнего защищая нашего сына. Она владела магией, но ее силы быстро иссякли, и они просто убили ее и ребенка на моих глазах, — голос первородного сорвался, и он отпил вина, — затем они открыли тайник со склепом. Они точно знали, где искать. Возможно, среди нас были предатели, уж слишком хорошо они знали замок и все наши традиции.
Семейные склепы — это неотъемлемая часть замка первородных. Они нужны на случай, когда клан находится в безвыходном положении, тогда первородные члены клана способны впадать в своего рода магический сон и пережидать неблагоприятные события, находясь в относительной безопасности в тайном убежище.
— В тот день это использовали против нас. Всех первородных отнесли в склеп и заживо замуровали в каменных саркофагах, наложив какое-то заклятье. Затем они подожги замок, чтобы скрыть следы своих злодеяний. Мы были вынуждены уйти в забытье, чтобы выжить и дождаться того дня, когда заклинание спадет. Но нам пришлось ждать очень долго. К тому же магия заклинания медленно истощала наши силы, и срока в сто пятьдесят лет оказалось достаточно, чтобы из магического сна не вернулось больше половины первородных, — граф тяжело вздохнул и продолжил, — твои друзья оказали мне большую услугу, вскрыв именно мой гроб и став моей первой трапезой за столько лет. Мои силы были уже на исходе, еще пара лет, и вы нашли бы лишь истлевшую одежду и медальон. Почему вы выбрали именно этот саркофаг? — вопрос прозвучал неожиданно, и Софи, заслушавшись рассказом, не сразу поняла, что граф обращается к ней.
— Э-э-э, — протянула она, собираясь с мыслями, — так из-за медальона. Именно его нас попросили найти, даже ваш портрет показали. И магию от него я почувствовала. Наверное, заказчик знает о нем и его магических свойствах.
Удивление на лице Адриана перешло в жесткую усмешку:
— Так ты не знаешь о силе артефакта?
— Нет, я лишь вижу наличие в нем магии, но не умею определять ее свойства.
— А кто заказчик? — по блеску в глазах Адриана стало понятно, что у него появился план.
Кодекс авантюристов предписывал не раскрывать личность заказчика, но Софи сейчас была в безвыходной ситуации, если она не будет сотрудничать с первородным, то может лишиться жизни, а это не входило в ее планы.
— Заказчик — местный торговец артефактами и древностями, но я не думаю, что артефакт нужен именно ему, скорее всего он тоже выполняет чей-то заказ, — Софи посмотрела на графа. Тот снова усмехнулся:
— Тогда нам надо с ним встретится.
— Нам? — неприятный холодок пробежал по спине. Софи начала понимать план Адриана, и их участие в нем ей совсем не нравилось.
— Ну тебе же надо получить вознаграждение за работу. Я дам тебе медальон, а ты приведешь меня к торговцу. Мы с ним побеседуем…
— А если я откажусь? — перебила графа Софи, пытаясь понять, правильно ли она угадала последствия для себя и Вена.
— Тогда мне придется убить тебя и твоего друга, явится в деревню и посетить каждый дом в поисках того торговца, а чтобы весть о моем «воскрешении» раньше времени не дошла до короля, я убью каждого, кому не посчастливится встретиться со мной.