Чтение онлайн

Вероятно, складывающийся в конечном счете характер распределения членов традиционного общества по различным секторам занятости может существенно отличаться от одного конкретного общества к другому в зависимости от общего уровня развития, этнических, культурных, географических и иных условий, однако имеются здесь и общие закономерности.

Во-первых, в силу определенного разнообразия общественных потребностей (которое, конечно же, возрастает по мере развития общества) постепенно заполняются все четыре основных сектора.

Во-вторых, подавляющая доля членов общества занята в аграрном секторе, который должен «прокормить», т. е. обеспечить производимыми продуктами питания не только собственных работников, но и представителей других секторов. Учитывая крайне низкую производительность сельскохозяйственного труда в эти эпохи, следует предположить, что

к аграрному сектору относились более половины трудоспособных членов традиционных обществ. [358]

Характер поселений. Одной из важнейших характеристик развития традиционных обществ, начиная с самых ранних стадий, следует считать возникновение принципиально новых типов поселений – городов.

«Город, окружающий своими каменными стенами, башнями и зубчатыми парапетами каменные или кирпичные дома, сделался средоточием племени или союза племен – показатель огромного прогресса в строительном искусстве, но вместе с тем и признак увеличивавшейся опасности и потребности в защите». [359]

Города становятся центрами проживания для членов общества, принадлежащих ко второму и третьему секторам занятости, – торговцев и ремесленников, а следом за этим – и для представителей четвертого сектора, информационного. Каменные стены, защитная сила которых становится фактором, привлекающим многих из представителей этих сословий, окружают не только дома вождей племенных союзов (а затем и государств), но и монастырей. Поэтому здесь сосредоточивается вся политическая, промышленная (точнее, ремесленная), а также интеллектуальная жизнь традиционных обществ. Впрочем, как уже было сказано, на протяжении всей традиционной эпохи подавляющее большинство членов общества – сельские жители. Это следует уже из описанной выше структуры занятости традиционных обществ, где основу экономики составляет сельскохозяйственный сектор, поглощающий огромную часть трудоспособного населения.

Уровень и масштабы образования. К традиционной эпохе относится появление образования как особого социального института. В предыдущий период отсутствие материальных носителей информации не позволяло надежно сохранять, накапливать и систематизировать знания, а также избегать многочисленных, как при «испорченном телефоне», искажений (включая неизбежную нормативную и ценностную окраску) в процессе устной передачи их. В то же время во всех традиционных обществах образование является привилегией довольно тонкого социального слоя. И дело не только в нехватке подготовленных учителей. Одна из основных причин – чрезвычайная дороговизна книг, по которым можно было проходить обучение.

Материальные предпосылки роста массовой грамотности возникают лишь к концу традиционной эпохи, после изобретения книгопечатания. Тем не менее печатные книжные и появившиеся позднее периодические издания, особенно светского содержания, в течение достаточно длительного времени остаются достоянием только элитной части общества. Отчасти это, вероятно, связано с дорогой ценой и печатных изданий, обусловленной их небольшими тиражами. Проспер Мериме в своей новелле «Таманго» упоминает любопытный факт из жизни одного из ее героев – Леду – в бытность его помощником капитана на каперском судне: «Деньги, вырученные за добычу, взятую с нескольких неприятельских кораблей, дали ему возможность купить книги и заняться теорией мореплавания». [360] А ведь это уже эпоха наполеоновских войн – по сути, начало индустриальной революции во Франции.

Однако главным препятствием к росту числа образованных людей является отсутствие у подавляющего большинства членов общества потребностей и серьезных побудительных мотивов к получению какого-либо образования: их повседневная трудовая деятельность чаще всего не требует никакой новой информации, никаких новых знаний сверх того, что было

получено от первых наставников и приобретено с опытом; кроме того, сама работа, изнурительная и продолжающаяся половину суток и более, почти не оставляет для дополнительных интеллектуальных занятий ни времени, ни сил. Продвижение вверх по социальной лестнице в обществе, разделенном довольно прочными сословными перегородками (а именно такова социальная структура большинства традиционных обществ), также практически не связано с получением образования.

Сказанное относится к трем из четырех выделенных нами выше секторов занятости, за исключением информационного, где и в тот период само содержание труда требовало сравнительно большого объема знаний, получить которые можно лишь с помощью систематического образования. Однако в традиционном обществе удельный вес занятых в этом секторе людей все же ничтожно мал по сравнению со всеми остальными секторами и не может оказать серьезного влияния на повышение роли образования для успешной профессиональной деятельности и на возникновение соответствующей потребности в массовых масштабах.

Характер развития научных знаний. С появлением письменности возникает потенциальная возможность для формирования научного знания. Его развитие, особенно на начальных этапах, существенно сдерживается доминированием в общественном сознании трех других типов знания. Тем не менее, как свидетельствует история, в традиционных обществах развитие науки, конечно, не стоит на месте.

Мыслители доиндустриальной эпохи совершили немало важных открытий практически во всех областях научного знания. Именно благодаря тому, что к началу индустриальной революции был заложен фундамент почти во всех отраслях научного знания, – и прежде всего в естественнонаучных дисциплинах, – удалось сравнительно быстро и эффективно создать весьма разветвленную систему прикладных и технических наук, которые стали использоваться в технологических производственных процессах с целью повышения их эффективности.

Однако, как отмечает один из основателей концепции постиндустриального общества Д. Белл, наука и техника развивались в традиционном обществе автономно, практически независимо от производства. Люди, которые занимались наукой, достаточно часто (если не в значительном большинстве) делали это почти бескорыстно, ради удовлетворения собственных интеллектуальных потребностей. Это, с одной стороны, обеспечивало большую их самоотдачу. Однако с другой стороны, общая, суммарная эффективность такой деятельности, не «подпираемая» потребностями экономики, не могла быть слишком высокой. Поэтому приращение научных знаний шло постепенно, сравнительно медленно, носило скорее линейный характер и требовало значительного времени для своего накопления.

В предыдущей главе мы описали условия возникновения и ход развития индустриальной революции – процесса, именуемого также индустриализацией. Напомним, что индустриальная революция приводит в действие три социально-экономических закона – закон экономии времени, закон повышения потребностей и закон перемены труда, влияние которых в предшествующую традиционную эпоху было слабо заметным, носило латентный характер. В результате вступает в фазу эксплицитного проявления закон ускорения истории (см. рис. 19, глава 10). Очевидно, что за четверть тысячелетия, которое насчитывает эпоха индустриализации, общий объем социальных изменений – и в количественном, и в качественном отношениях – оказался фактически гораздо большим, чем за предшествующие сто тысяч лет развития общества в целом.

Существует определенная логика индустриализации, в соответствии с которой страны и народы, приблизившись к этому этапу развития, независимо от исходного исторического, этнического, культурного и религиозно-идеологического фундамента, от социально-политиче-ского устройства, неизбежно приобретают схожие характеристики.

Другими словами, чем выше индустриализированы общества, тем больше тяготеют они к единообразию социального порядка.

Этот тезис, получивший в социологии название тезиса конвергенции, утверждает, что процесс индустриализации продуцирует общие и единообразные политические и культурные характеристики обществ, которые до индустриализации могли иметь весьма различающееся происхождение и социальные структуры. Все общества в конечном счете движутся к общему уровню развития, поскольку индустриализация для своего успешного осуществления требует выполнения определенных, причем одних и тех же условий. К таким требуемым условиям относятся: