ЖАНРЫ

Шрифт:

* * *

Облеченные в одежды Длинно-тяжкие, – не мы К красоте откроем вежды, Мы – в темницах серой тьмы. Грез прибежище и нега, Тело женское! – в мехах, В шерсти, в шарфах, в царстве снега Ты лишь безобразный прах. Есть живое возрожденье! Краски, розы, нагота! Так, творите вы мгновенье… Кто же вас творит? – Мечта.

19 января 1900

* * *

Улицей
сонной и тихой
В белом сиянии дня Шел он весело, лихо… Девушка – взоры склоня.
Он выдавался нарядом, Хоть был некрасив, невысок; Девушка с задумчивым взглядом Робкий несла узелок. Двери публичного дома Вскрылись в сиянии дня. Он лихо вошел, как знакомый, — Девушка – взоры склоня.

14 марта 1900

* * *

Месяц серпом умирающим Смутно висит над деревьями; Тени встают умоляюще, Тянутся ветви виденьями. Зданья одеты туманами, Линии гаснут мучительно, Люди – как призраки странные, Конки скользят так таинственно. Мир непонятно-пугающий, Чуждая взорам вселенная! – Месяц, лишь ты, умирающий, Вечно твердишь неизменное.

15 декабря 1897

* * *

Огни «электрических конок» Браздят потемневший туман, И зов колокольчиков звонок… Пускается в путь караван. Там, в душную втиснут каюту, Застывший, сроднившийся вдруг (Друзья и враги на минуту!) Прохожих изменчивый круг. Беседы и облик безмолвный, Ряды сопоставленных лиц… О конки! вы – вольные челны Шумящих и строгих столиц.

23 июля 1900

* * *

Я видел искры от кирки, Ударившей о камень. Вы, силы пламени, легки, Люблю тебя, о пламень! Ты встанешь некогда врагом, Ты до неба воспрянешь! И день, венчанный вечным днем, — Я жду, – и ты настанешь!

8 марта 1900

* * *

Словно нездешние тени, Стены меня обступили: Думы былых поколений! В городе я – как в могиле. Здания – хищные звери С сотней несытых утроб! Страшны закрытые двери: Каждая комната – гроб!

16 сентября 1900

* * *

В борьбе с весной редеет зимний холод, Сеть проволок свободней и нежней, Снег, потемневший, сложен в кучи, сколот, Даль улицы исполнена теней. Вдали, вблизи – все мне твердит о смене: И стаи птиц, кружащих над крестом, И ручеек, звеня, бегущий в пене, — И женщина с огромным животом.

25 февраля 1899

Еще сказка

Женщине

Ты –
женщина, ты – книга между книг,
Ты – свернутый, запечатленный свиток; В его строках и дум и слов избыток, В его листах безумен каждый миг.
Ты – женщина, ты – ведьмовский напиток! Он жжет огнем, едва в уста проник; Но пьющий пламя подавляет крик И славословит бешено средь пыток. Ты – женщина, и этим ты права. От века убрана короной звездной, Ты – в наших безднах образ божества! Мы для тебя влечем ярем железный, Тебе мы служим, тверди гор дробя, И молимся – от века – на тебя!

11 августа 1899

Любовь

Не мысли о земном и малом В дыханьи бури роковой, — И, не стыдясь святого страха, Клони чело свое до праха. Любовью – с мировым началом Роднится дух бессильный твой. Любовь находит черной тучей. Молись, познав ее приход! Не отдавай души упорству, Не уклоняйся, но покорствуй! И кто б ни подал кубок жгучий, — В нем дар таинственных высот.

17 мая 1900

* * *

Осенний день был тускл и скуден, А воздух недвижимо жгуч. Терялся луч больных полуден В бескрайности сгущенных туч. Шли тополя по придорожью, Ветрам зимы обнажены, Но маленькие листья – дрожью Напоминали сон весны. Мы шли, глядя друг другу в очи, Встречая жданные мечты. Мгновенья делались короче, И было в мире – я и ты. Когда, забыв о дольном плаче, В пространствах две души летят, Нельзя им чувствовать иначе, Обменивая взгляд на взгляд!

23 октября 1900

* * *

Я – мотылек ночной. Послушно Кружусь над яркостью свечи. Сияет пламя равнодушно, Но так ласкательны лучи. Я этой лаской не обманут, Я знаю гибель наизусть, — Но крылья биться не устанут, С усладой повторяю: пусть! Вот всё невыносимей жгучесть, Тесней и опьяненней круг, Так явно неизбежна участь, Но в паданьи захвачен дух. Хочу упиться смертью знойной, Изведать сладости огня. Еще один полет нестройный — И пламя обовьет меня.

Сентябрь 1900

* * *

По холодным знакомым ступеням Я вошел в позабытый дворец (К поцелуям, и клятвам, и пеням), Оглянулся, как жалкий беглец. Здесь, ребенком, изведал я годы, Поклонялся величью дворца; Словно небо, казались мне своды, Переходы кругом – без конца. Ликовать иль рыдать о измене? Как все тесно и жалко теперь (Поцелуи, и клятвы, и пени…). …И открыл я заветную дверь.
Поделиться с друзьями: