ЖАНРЫ

Шрифт:

«Нет, я не нахожу свои стихи прекрасными…»

Нет, я не нахожу свои стихи Прекрасными. Как далеки они от тех Стихов грядущих лет Горящих звездами в моем воображении. Я не воздвигла памятник себе И даже эмигрантской, нищей славой Увенчала я не была… Я лишь беспомощно бросаю зерна На тернии сегодняшнего дня, Я только сею, Жать придут другие Те злаки, что произрастут из зерен Посеянных моей рукой. И значит все-таки Жила я не напрасно — Здесь на земле — Стараясь
в звезды превратить
Стихи.
1975 г.

«Пустыня. Двугорбый верблюд…»

Пустыня. Двугорбый верблюд. И мы на верблюде вдвоем. И сфинкс в песчаной дали И голос твой шопотком: – Пойми, я тебя люблю, Мы счастливы быть могли Тогда, и теперь и потом. Но ты виновата кругом, Но ты виновата во всем!.. – О чем ты толкуешь тут? Я не виновата ни в чем — Во всем виноват верблюд. Отдать верблюда под суд! 1975 г.

«Открытка — море и скала…»

Открытка — море и скала И на скале три пеликана. И я подумала: Бодлер не прав, Поэт не альбатрос, а пеликан — Ведь отрывает он от сердца своего Куски, сочащиеся, кровью, Звенящие живою болью И превращает их в стихи, Кормя свои стихи собою, Как кормит пеликан своих птенцов Своею плотью. Мне это ясно стало, Так ясно, что себя я вдруг — На мимолетное мгновенье — Увидела зобастым пеликаном, С широковейными крылами Средь моря, на скале. Со мною рядом Увидела я тоже пеликаном Вас, Игорь Чиннов, Вас недавно Приславшего открытку эту мне. И тут же рядом, на скале — Совсем как на открытке — Сидел и третий пеликан Точь-в-точь такой же, как мы с вами Но не поэт, а птица пеликан. 1975 г.

«Об Офелии, о фее…»

Об Офелии, о фее Лира-Лир, о Лорелее И еще о той комете Хвост раскинувшей по небу. И еще об этом лете, Что уходит на потребу Катастрофы бытия… Я… Но что такое я?.. До чего мудреный ребус! Мне не разгадать его Даже в ночь под Рождество. Но уже готов ответ Глубочайшего прозренья, Соломонова решенья — В этом и сомненья нет: «Я — строка стихотворенья Посвященного судьбой — С уваженьем — мне самой». Вот я что! А я не знала, Даже не предполагала И теперь горжусь собой!.. 1975 г.

«Птица самолет. Светлая истома…»

Птица самолет. Светлая истома, Сдвиг во времени-пространстве. Хоть гораздо лучше мне жилось бы дома «Муза дальних странствий» Ты и мне знакома. Беззакатный день. Вечер длинный-длинный И пропеллера голос лебединый. Звук звенит за звуком и за словом слово, Как в стихотвореньях Гумилева Из «Чужого Неба»… 1975 г.

СТИХОТВОРЕНИЯ РАЗНЫХ ЛЕТ

«Нет, я не буду знаменита…»

Нет,
я не буду знаменита.
Меня не увенчает слава. Я — как на сан архимандрита На это не имею права. Ни Гумилев, ни злая пресса Не назовут меня талантом. Я — маленькая поэтесса С огромным бантом.
1918

«Вьется вихрем вдохновенье…»

Николаю Гумилеву

Вьется вихрем вдохновенье По груди моей и по рукам, По лицу, по волосам, По цветущим рифмами строкам. Я исчезла. Я — стихотворенье, Посвященное Вам. 1919

«А ко мне в полуночном сне…»

А ко мне в полуночном сне Прилетала рыжая сестра, И со мной пробыла до утра, И в подарок оставила мне Уголек своего костра, Чтобы помнила я о сестре, Чтобы косы стали мои Красны, как медь, Чтобы мне, как и ей, сгореть На костре.

«В городе не знаешь даже, что зима…»

В городе не знаешь даже, что зима, В городе большие, мрачные дома, И живут в домах расчетливые люди, Вечно беспокоясь: что-то завтра будет? А в лесу морозно, солнечно и тихо, Выйдет на прогулку круглая ежиха, На снегу блестящем колыхнется тень, Из еловой чащи выглянет олень, Вьется грациозно рыжая лисица И поводит носом — чем бы поживиться? Звери ищут корма, на небо глядят На морозно-райский, розовый закат, И в глазах их мысли ясные простые, И совсем небесные, и совсем земные. 1921

«Любовь. Как изучать ее законы?..»

Георгию Иванову
Любовь. Как изучать ее законы? О чудо из чудес — счастливей брак! Бывают изумительные жены — Бывают и бывали — это так. Да, это непреложный факт. Вот Пенелопа или Андромаха, Покорные и мужу, и судьбе… Но я скажу без гордости и страха, Без преувеличенья о себе: Я строю замки на песке сыпучем, Слова любви пишу я на воде, Но если даже улетишь ты к тучам, И там – ни на луне, ни на звезде – Ни в мире том, что называют лучшим, – Такой жены ты не найдешь нигде. 1922

«Летят на юг соловьи…»

Георгию Иванову
Летят на юг соловьи Дорогой певучей и дальней. Улыбаются губы твои, Но сердце мое печально. Откуда печаль моя, Хотя бы лишь на мгновенье? Ведь мне улыбка твоя — Как соловьиное пенье. 1922

«Луна. Новогодняя ночь…»

Луна. Новогодняя ночь. Ворона сидит на окне. – Ворона, прошу вас убраться прочь И не возвращаться ко мне! – Ворона зловещее каркнула «Кра!» И, стукнув клювом в окно, В сиянии лунном исчезла, но Теперь не уснуть до утра. А время идет. И вот настает Тысяча девятьсот Двадцать первый год. – Не жди от него добра!.. 1920
Поделиться с друзьями: