Соблазненная
Шрифт:
— Все отлично, — бодро заверила она. — Вообще-то, я про него уже забыла.
— Вот и славно. — Джаред окинул ее взглядом, и Уинни с запозданием осознала, что хлопковая футболка облегает фигуру чересчур… э-э-э… плотно. — Незачем вам было приходить, честное слова… А что вы обычно делаете по субботам?
«То же самое и делаю: работаю не покладая рук», — собиралась было признаться Уинни. Но подумала, что Джареда этим не впечатлишь, будь он хоть десять раз новым владельцем «Мельбурн кроникл». Скорее всего, он просто решит, что этой старой деве
— Зависит от обстоятельств. — Уинни равнодушно пожала плечами и вернулась к бумагам, недвусмысленно давая понять, что ей не терпится вновь приняться за работу.
Джаред понял намек и перевел разговор в иное русло.
— А что, Саутленд уже ушел?
— Саутленд? — удивленно переспросила Уинни.
— Билл Саутленд, да. — Джаред прислонился к дверному косяку; темные очки, скрывая глаза, придавали его лицу непроницаемо-каменное выражение. — По крайней мере, я надеюсь, что в офисе расположился как у себя дома именно Саутленд, а не какой-нибудь бездомный бродяга.
— Верно, Билл и впрямь заходил, — подтвердила Уинни. — Хотел отредактировать горящий материал к следующему номеру.
— Когда я его видел, он «редактировал» разве что очередной сон. Храпел на все издательство, — возразил Джаред.
— В самом деле? — искусно изобразила удивление Уинни. — Да, Билл говорил что-то насчет того, будто поднялся ни свет ни заря. Наверное, задремал, сам того не желая.
— Скорее отсыпался после бурной ночи, — фыркнул англичанин, подошел к столу и бесцеремонно уселся на край. Затем снял очки, минуту-две сверлил собеседницу взглядом. И наконец обронил: — Вы двое, никак, пара? В этом все дело, так?
— Пара? — не поняла Уинни.
— У вас с Саутлендом роман? — нетерпеливо разъяснил Джаред.
— Разумеется, нет! — вознегодовала она.
Однако вспышка ее гнева не произвела на англичанина ровным счетом никакого впечатления.
— Ну, и незачем испепелять меня взглядом. Я только спросил. Говорят, Саутленд — бабник каких мало, — отметил Джаред.
— Из этого вы заключаете, что я и он… что мы… — Слова не шли с языка.
— Любовники? — пришел ей на помощь Джаред.
Уинни вспыхнула до корней волос. А он уставился на нее с таким интересом, словно имел дело с некой новой, неизвестной науке разновидностью людей.
— А я думал, современные женщины разучились краснеть.
— Возможно, вы не с теми общаетесь! — выпалила Уинни и испугалась.
Оскорбление явно попало в цель. За одну эту фразу новый генеральный директор вполне мог уволить дерзкую сотрудницу без выходного пособия. Но вместо этого он от души рассмеялся.
— Верно. Предпочитаю более опытных. Меньше возни. Меньше от тебя ждут. И почти никаких взаимных обид в финале… Хотя кто знает?.. Возможно, меня нетрудно перевоспитать.
После дождичка в четверг, подумала Уинни, гадая, флиртует ли с ней Джаред или развлекается на свой лад.
— А как насчет вас? — неспешно улыбнулся он.
— Меня? — фыркнула Уинни. — О, я предпочитаю
невидимых. Возни с ними еще меньше. Ничего от тебя не ждут. И никаких взаимных обид.— Вы ни с кем не встречаетесь? — удивленно поднял брови англичанин.
— Не встречаюсь, — для большей убедительности подтвердила Уинни. — И перевоспитываться мне ни к чему.
Джаред озадаченно постучал пальцами по столу. Похоже, он пытался понять, не шутит ли собеседница.
— Ответ предназначается лично мне или это своего рода манифест? — осведомился он наконец.
— Простите, не поняла? — сощурилась Уинни.
— Это вы меня шлете куда подальше или мужчины вообще не по вашей части? — послушно уточнил Джаред.
Уинни прикинула, насколько сильно ей хочется сохранить работу. Пожалуй, очень хочется… Так что молодая женщина стиснула зубы и промолчала. Впрочем, взгляд ее оказался красноречивее слов.
— Вижу, дело во мне, — невозмутимо сделал вывод Джаред. — Ну ладно, будем жить несбыточными надеждами…
Да этот тип просто смеется над нею! И нисколько даже не заигрывает. Шутки шутит, негодяй!
А Джаред, как ни в чем не бывало, спрыгнул со стола.
— Вы, часом, не знаете, как можно связаться с Саутлендом?
— Э-э-э… не знаю. — После уверений в том, что она никак не связана с Биллом, ей было несколько неловко сообщать, что тот обосновался у нее в квартире. — Возможно, я смогу ему что-нибудь передать…
— Отлично. Я созываю всех начальников отделов в понедельник, в девять утра, — сообщил Джаред. — Саутленду стоит там поприсутствовать.
Уинни кивнула.
— Я ему скажу… — и тут же добавила, стремясь развеять ложное впечатление, — если мы случайно где-то столкнемся.
Еще не хватало, чтобы Джаред решил, будто ее и Билла связывает что-то помимо чисто деловых отношений!
— Не забивайте себе голову, — небрежно отмахнулся тот. — Если Саутленд не изволил сообщить в отдел кадров номер своего телефон, это его проблемы.
— Но вы же видели его утром, — нахмурилась Уинни.
— Вы имеете в виду, почему я его не разбудил? — Джаред безошибочно сформулировал вопрос, читавшийся в глазах собеседницы. — Просто подумал, что утро похмелья не лучшее время для знакомства с новым начальством. А вы как думаете?
Очень благородно со стороны мистера Керуэна дать Биллу возможность реабилитировать себя, подумала Уинни. С другой стороны, он просто мог предпочесть уволить проштрафившегося сотрудника, как только тот протрезвеет…
— Билл — профессионал высокого класса, — вступилась Уинни за босса. — Три года назад за публикации о трудных подростках он получил премию Пулитцера. Два года назад серию его очерков по истории рок-музыки перепечатали «Ю-Эс-Эй тудей» и еще два массовых американских ежедневника…
— Билл был профессионалом высокого класса, — поправил ее Джаред. — Уж такой наш мир журналистики: в нем человека судят по последним достижениям. Былые лавры ничего не стоят. И Саутленду надо бы это знать.