Смертельный защитник
Шрифт:
– Я, в общем-то, заехал к тебе по делу. – Резко вставил ронин.
– А то раньше было по-другому! – Усмехнулась девушка.
– Ну да, точно – иронично признал он.
Она встала прямо перед чёрным ронином и низко поклонилась ему до самого пола, это было сделано вразвалочку с откровенной издёвкой и детским озорством на веснушчатом лице.
– Мира Миядзаки к вашим услугам, чем могу быть полезной для вас господин? – Она произнесла это с наигранной покорностью и пыталась сдержаться, чтобы не засмеяться.
И тогда он прямолинейно сказал ей:
– Я хочу забрать свои доспехи, Мира.
После этих слов она тут же стала серьёзной и с недоумением посмотрела на своего старого друга.
– Ты оставил у меня их на хранения семь лет назад,
– Если я тебе скажу, то ты мне их не отдашь – сухо произнёс ронин.
Мира улыбнулась безрадостной улыбкой и как-то печально на него посмотрела, казалась она только что поняла, что затеял ронин.
– Да уж, загадочен, как всегда. Ладно, пошли, отдам твоё барахло. Ей богу лучше бы ты себе девушку нашёл приятель.
Следующие полчаса кузнец потратил на то чтобы надеть на ронина все доспехи. Она кропотливо завязывала и затягивала каждую шнуровку, заклёпку и стяжку.
Покончив с этим, кузнец отошёл на пару метров, чтобы лицезреть своё творение во всей красе. Завороженная с трепетом в глазах она смотрел на ронина в чёрных доспехах. В целях большей подвижности они покрывали не всё тело воина. Пластины из лёгкой и тонкой стали покрытые кожей защищали лишь самые атакуемые места: плечи, руки, грудь, пах, бёдра и голень.
Ронин подвигался и попрыгал в доспехах. Он совсем отвык от них, тяжесть, конечно, была, но незначительная. Пару дней тренировок и он быстро привыкнет к ним снова.
– Помню, как я ковала их здесь, как же давно это было. Я тогда ещё решила сделать эту броню чёрной, похоже, это твой цвет по жизни. Доспехи сделаны из прочных стальных пластин, покрытые сверху толстым слоем кожи. В отличие от самураев, чья броня весит гораздо больше, ты будешь легче, быстрее, проворнее. Но есть и минусы. Расстояние между пластинами слишком большое – это делает тебя уязвимым для стрел и ножей.
– Я никогда не искал лёгких путей.
Он направился к выходу, и тогда девушка сказала ему:
– Подожди, не спеши, мы ведь с тобой так давно не виделись. Я хотела тебе столько всего рассказать, да и ты был со мной не до конца откровенен, так и не сказал, куда снова собираешься держать путь, я же…
– Мира! – Чёрный ронин остановился у самого порога, повернув голову, он посмотрел на девушку через плечо и сказал:
– Я благодарен тебе за все те годы дружбы, что ты подарила мне, но теперь я больше не вернусь. Я отправляюсь в своё последнее путешествие. Чувствую, оно будет самым тяжёлым и трудным в моей жизни, ибо на сей раз, я делаю это ради чести – уверен, прольётся немало крови, будет много смертей и кто знает, быть может, и меня, наконец, настигнет рок. Но именно таков путь воина и ничего большего я не жду.
Он отвернулся от неё. Закрыл глаза. Тяжело вздохнул. И напоследок произнёс:
– Мне было очень важно увидеть тебя, в последний раз… береги себя.
Ронин исчез.
***
Она была сломлена. Казалось, весь мир перестал для неё существовать. Принцесса закрылась в своей комнате. Свернувшись калачиком она бессмысленно пялилась в голую стену. Она перестала что-либо чувствовать кроме боли. Ненависть, отвращение и стыд тоже были, но боль перекрывала их с лихвой. Ей не хотелось жить, на данный момент все её мысли вертелись вокруг суицида.
Финальным аккордом послужила погода. Темные тучи сгустились в небе, заслонив собой луну и звёзды. Засверкали молнии, и послышался гром. Всего минуту назад ночь была тёплой и приятной, а сейчас яростный ливень обрушился на стены дворца и поднялся сильный ненастный ветер.
Удивительно как мир способен измениться в мгновение ока.
Щёки
принцессы были мокрыми, а глаза жгуче красными. Не в силах больше терпеть эту боль, она взяла веревку от своего халата. Встав на табуретку, она привязала один её конец к потолочной балке. Другой конец она обвязала вокруг шеи. Через постоянные всхлипывания из её горла вырывался жалобный стон. Принцесса решила в последний раз посмотреть хотя бы в окно и потом шагнуть с табуретки.На улице природа сходила с ума. Молнии без остановки били по линии горизонта. Вдалеке, почти за пределами сада принцесса увидела то самое ясеневое дерево. Под сильным ветром оно прогибалась. Шквальный поток дождя ломал все её сучья и ветви.
Принцесса решилась прыгнуть с табуретки… Дерево очень сильно прогнулось от ненастной погоды, ещё чуть-чуть и ствол переломиться пополам… Я это сделаю, всего лишь один шаг – внушала себе несчастная девушка… Её ствол трещал. Кора лопалась и рассыпалась как труха. Дерево должно было сломаться… Она дышала тяжело и прерывисто, кровь прильнула к её мокрым от слёз щекам. Чтобы не оставить себе пути назад, принцесса в упор смотрела на ясеневое дерево и в деталях вспоминала как лорд Анджей изнасиловал её… Звучит раскат грома, и молния бьёт совсем рядом с деревом. Внезапно ненастье прекратилось, ветер и дождь стихли. Почти все деревья в долине были свалены, кроме ясеня. В отличие от своих соседей он был более тонок и не таким крепким, но зато гибким. Все его сучья были оторваны и разбросаны во все стороны. Дерево стояло голым, но не сломленным… Принцесса упала на колени посреди комнаты, верёвка валялась рядом. В этот момент боль отступила и на её место пришла злость. Злость на всех, на всё и на себя в том числе. Если быть принцессой означает представлять собой слабую и беззащитную даму, то я не хочу быть принцессой. Я не собираюсь выходить замуж за этого поганого ублюдка Анджея. Я не намеренна, быть проданной ему своей семьёй в качестве политического подспорья.
– Я… отказываюсь быть принцессой. Я отрекаюсь от своей императорской семьи, и всем что меня с ними связывает!
Под покровом ночи, сразу после бури она незаметно для всех покинула дворец и безвозвратно исчезла. Потом ходили слухи, что её видели на юге. Там, где сплошные пески и жгучее солнце.
Глава 2
Перепутье судьбы
Древняя японская пословица гласит: «Невидимой красной нитью соединены те, кому суждено встретиться, не смотря на время, место и обстоятельства. Нить может растянуться или спутаться, но никогда не порвётся»
Стоял безумно жаркий полдень. Небо было ясное и солнечные лучи раскололи дневной воздух, да так, что он словно пар, обжигал гортань и лёгкие при каждом вздохе. Подобная аномальная жара убивала всё живое, что и так с трудом существовало в этой местности.
Здесь, в окружение сотен километров находилась всего одна дорого. Чёрная, грунтовая, монолитная линия тянулась от горизонта до горизонта. С её правой стороны располагалось бескрайнее море жёлтого песка. Он лежал то совершенно ровно и гладко, то переливался в извилистую и вечно-волнующиеся форму с бесконечными ухабами и резкими углублениями.
А если посмотреть в левую сторону этой дороги, то можно лицезреть… о чудо! Точно такой же унылый пейзаж…
И через эту пустыню, тянувшеюся на множество километров, ступая по чёрной, словно сажа, дороге, шёл человек, на нём был надет плотный чёрный балахон с капюшоном, полностью скрывающий его лицо. Со стороны этот человек был похож на священника, но это лишь с виду.
Каблуки на его сапогах уже почти стерлись от этой тёмной грунтовки, по которой он вновь и вновь ступал, не смотря на безумную усталость и боль в ногах. Странник не рассчитывал преодолевать остаток своего пути пешком, но выбирать не приходилось. Его лошадь сдохла ещё три дня тому назад.