Смерть пилигрима
Шрифт:
– Какое уж там смягчи...
– вздохнул он.
– Я и так уже смягчил столько, сколько смог. Больше никак не получается.
– Пошли лучше спать, - предложила я, - я знаю отличный способ лечения сплина.
– Что-то новенькое?
– подозрительно спросил он, но в глазах забегали веселые чертики.
– И новенькое, и старенькое... Главное, действенное. Пошли!
x x x
Дарья уже две недели ходила с пластинкой на зубах, пытаясь на ночь прятать ее под подушку, но я взывала к ее обостренному чувству долга, пыталась поминать всуе Синди Кроуфорд и прочих
На работе продолжалась обычная волынка. Клиента приходилось пропускать через частый бредень, чтобы добиться мало-мальского гонорара, и я стала обдумывать варианты добавочного бизнеса, как-то: экскурсии по Святой Земле, служба знакомств, прокат видеокассет... Так и до нынешнего понятия "бюро по сопровождению" докатиться пара пустяков.
Свежим весенним утром, аккурат после женского дня, который стали праздновать в Израиле после приезда миллиона русскоязычных иммигрантов, в дверь моего кабинета постучали.
Обычно все всегда начинается в понедельник. Проклятие этого дня не обошло и нашу благословенную страну, хотя здесь рабочая неделя начинается с воскресенья.
– Войдите!..
В двери показалась знакомая шишковатая голова с лысиной, скошенной на правую сторону:
– Доброе утро, Валерия, - передо мной собственной персоной стоял доктор Иннокентий Райс.
– Здравствуйте, доктор!
– обрадовалась я.
– Присаживайтесь...
– У вас очень мило, - сказал он, оглядываясь. Мне показалось, доктор не знал с чего начать.
– Как ваша дочка? Носит пластинку?
– Да, все в порядке, спасибо. Позвольте полюбопытствовать: что вас занесло ко мне? Вроде бы с ивритом у вас все в порядке.
– Да-да, с этим нет проблем, - поспешил ответить он и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, как бы собираясь с мыслями.
– Валерия! Я пришел к вам за помощью...
– Пожалуйста, чем могу быть полезна?
– Илюшу убили...
– Кого?
– признаюсь, я сразу не поняла, о ком идет речь.
– Илюшу, моего зятя.
Голубоглазый бомж с седыми прядями встал у меня перед глазами.
– Дорожная авария? Как это произошло?
– Его нашли в саркофаге, который выкопали недавно, запеленутого с головой и мертвого. Смерти наступила от отравления.
– Боже мой! Какой ужас! Он принял яд?
Ну какие глупости лезут мне в голову! Выпил яд, потом завернулся в саван и лег отдохнуть... Что происходит на белом свете?..
– Нет, Валерия, его убили. Ему была сделана инъекция какого-то растительного яда типа кураре под лопатку. Так нам объяснили в полиции.
– Убийство!..
– ахнула я.
– Темное дело, - вздохнул он, - у полиции имеются по меньшей мере три версии. Или его убили с определенной целью, чтобы чем-нибудь завладеть. Или это ритуальное убийство. Или это ритуальное самоубийство... Из меня уже всю душу вымотали, пытаясь добиться, какие у Илюши были связи и знакомства. А я, кроме фамилии Барбары Уорнер, ничего не знаю. Он не говорил нам о своих знакомых...
–
Да, все это очень печально, если не применять более сильного эпитета, - мне до сих пор не было понятно, зачем доктор Райс рассказывает мне все это.– И я и решил обратиться к вам за помощью.
– Я вам соболезную, Иннокентий, но не понимаю, чем я могу вам помочь? все это абсолютно не относилось к сфере моей компетенции. Неужели Иннокентий хочет нанять меня плакальщицей или адвокатом по страховым компенсациям? Этого еще не хватало!
Доктор Райс откинулся на спинку стула и удивленно посмотрел на меня.
– Но ведь вы сами говорили, Валерия, что оказываете услуги по сопровождению.
– Иннокентий! Я же вам объясняла, какого рода сопровождение я провожу! Вы опять начинаете путать. Зачем вам мои услуги в сфере общения с Институтом Национального Страхования?
– Именно об этом и идет речь. Простите, что я ввел вас в заблуждение. Дело в том, что сегодня вечером из Днепропетровска через Киев прилетает моя сестра Анжелика, вдова Илюши. Она срочно вылетела в Днепропетровск из Москвы: родители Ильи живут на Украине, нужно было сообщить им эту прискорбную весть...
– он вздохнул.
– .Да... А через пару часов она приземлится в аэропорту Бен-Гуриона. Мы ее встретим, но ни у меня, ни у моей жены просто нет времени бегать с ней по инстанциям. Мало ли куда ей нужно будет обратиться?
Ситуация начала проясняться. Ну что ж, только час назад я горько размышляла на тему, что клиент иссяк. Но, как говорится в Талмуде, "Будет день, будет пища"...
– Что мне предстоит делать, Иннокентий?
– Поехать со мной в аэропорт. Там мы встретим Анжелику, поговорим и выясним, на сколько часов в день вы будете к ней прикреплены. О деньгах не беспокойтесь, Валерия, наша семья достаточно обеспечена.
Приятно иметь дело с подобным клиентом.
x x x
Рейс из Киева запаздывал. Мы с Иннокентием успели посидеть в баре, раз десять пройти туда и обратно всю территорию аэропорта и наконец, услышали желаемое:
– Совершил посадку рейс 4857 из Киева.
В зале выхода журчали фонтанчики, толпа встречающих облепила никелированные перила, а огромный экран в полстены показывал, как из недр аэровокзала выходят одуревшие пассажиры.
Иннокентий не отрываясь всматривался в толпу, стараясь не пропустить выход сестры. Уже прошли и румяные туристы с цветастыми дорожными сумками, и еще кучка хасидов из Умани, похожих на тощих пингвинов, а Анжелики все не было. Последними вышли две стюардессы, одетые в строгую форму.
Мое внимание привлекла женщина в темном платке, которая медлила выйти за ограждение. Она, по всей вероятности, высматривала кого-то.
– Иннокентий, это, случайно, не ваша сестра?
– Где?
– встрепенулся он.
– Вон там, за фонтанчиком.
Доктор Райс посмотрел в ту сторону, куда я показывала и ахнул:
– Господи, ну конечно! Анжелика, сюда, я здесь!
Женщина в платке услышала крик и пошатнулась. Ее колени подогнулись и она чуть не свалилась прямо в бассейн с фонтанами. Райс бросился ей навстречу.